©kris krüg

Большинство статей по генетике поведения получают большой отклик в прессе. Ведь так выгодно звучат заголовки «ученые нашли ген ума/глупости/смелости/агрессивности». И журналисты обычно не обращают внимания на спорность таких исследований, а также их серьезную критику со стороны других генетиков.

Так случилось со статьей, опубликованной 18 января этого года Джеймсом Фоулером в журнале PNAS. Ученые исследовали две большие базы данных и сопоставляли генотипы друзей. Они искали у них похожие или противоположные варианты шести генов, вероятно влияющих на социальное поведение человека. Эти гены обычно ассоциируют со способностью рисковать, открытостью, агрессивностью (про ген MAOA я недавно писала). Анализ показал положительную связь между генотипами друзей для гена DRD2 и отрицательную — для CYP2A6. Иначе говоря, дружат люди с одинаковыми вариантами гена DRD2, и разными — гена CYP2A6. За что же отвечают эти гены?

Ген DRD2 кодирует один из типов дофаминового рецептора, который вовлечен в большое количество неврологических процессов — от удовольствия до обучения. Его варианты связывают с большим количеством поведенческих реакций: от детской агрессии до шизофрении и алкоголизма. Фоулер с коллегами как раз обсуждают «алкогольный» вклад этого гена в формирование социальных кластеров — непьющие люди избегают общества алкоголиков и наоборот. И даже предлагают вариант влияния социума на поведение — человек с «алкогольным» вариантом гена в «трезвой» среде не будет пить, а среди людей с таким же вариантом — будет. Довольно спорно, но об этом — дальше.


©pnas

С геном CYP2A6 все обстоит еще сложнее. Он участвует во множестве метаболических реакций, перерабатывая лекарственные препараты, и даже никотин, поэтому его сложно привязать к какому-то определенному поведению. Однако авторы, ссылаясь на статью 2007 года, в которой показано, что люди с одним из вариантов гена CYP2A6, которые психологически открыты для всего нового, чаще начинают курить, чем люди с другим вариантом этого гена. Из этого Фоулер и коллеги делают довольно странный вывод о дружеских связях «открытых» и замкнутых людей по принципу «противоположности притягиваются». Выглядит красиво, если не вчитываться.

Естественно, на бедных ученых тут же посыпалась критика, самый аргументированный и злой вариант которой можно прочитать в блоге Neurocritic. Несмотря на довольно большую выборку (от тысячи до трех тысяч человек), низкую вероятность получения случайных результатов (от 1/2000 до 1/30000), и учет родственных связей друзей, Фоулера закидали вопросами. Это стандартные вопросы для работ, пытающихся связать поведение и работу генов, и еще не раз будут звучать в этой быстроразвивающейся области. Большинство из них — это комментарии на тему математических и статистических методов, которые использовались в исследовании, и критика спекуляций авторов по поводу вклада всего одного гена в определенное поведение. Также, в свете большой работы Карин Вервей, опубликованной в октябре 2010 года, исследования Фоулера кажутся невоспроизводимыми. Карин Вервей с коллегами искали связь 1,26 млн генетических маркеров с личностными чертами среди выборки в пять тысяч человек. И не нашли никаких сколько-нибудь значимых результатов. Это пока что первая настолько масштабная работа, и Фоулер в ответ на критику обещает сделать подобное полногеномное исследование, и подтвердить, а, возможно, и опровергнуть свои результаты.


©kris krüg

Думаю, что каждая следующая работа по генетике поведения будет встречена громким «бууууу» со стороны классических генетиков. Ведь на то, чтобы доказать генетическую природу диабета понадобилось 10 лет, что уж говорить о таком сложном, многофакторном, и статистически неопределенном признаке, как поведение. Но, чем больше критики будут встречать такие исследования, тем точнее они будут, а это пойдет на пользу как самим ученым, так и нам — носителям свободной от генетического вклада личности.