В этом году выпускники БВШД в качестве дипломного проекта подготовили новую айдентику для четырех московских музеев. T&P показали студенческие проекты представителям музеев и одному из авторов айдентики Политеха Анне Кулачек, чтобы понять, что происходит с дизайном музеев Москвы сегодня.

Анна Кулачек

арт-директор Института медиа, архитектуры и дизайна «Стрелка», победитель конкурса на создание нового бренда Политехнического музея

«Мне кажется, что мы слишком рано делаем айдентику для московских музеев: нужно сначала сделать музей более современным, потому что фирменный стиль — это лишь коммуникация. Иначе получается, что новая коммуникация накладывается на старый контент. Когда мы готовили айдентику Политеха, нам описали стратегию развития, она была интересной. Это было то, за чем хотелось идти.

С Политехом получилась уникальная ситуация: музей переделывал свою концепцию, собирался стать суперсовременным, мобильным и активным. Они устроили конкурс, и нам с Ирой Ивановой можно было делать все, что мы хотели. В основе нашего стиля — блок-схема, которая может меняться в зависимости от ситуации. Все реагировали на нашу концепцию для Политеха по-разному. Кто-то говорил, что стиль получился слишком радикальным, кто-то — что его сложно сделать разнообразным.

В идеале дизайнер должен поддерживать свой фирменный стиль в течение полугода, адаптировать стиль к жизни, потому что для огромной институции, у которой столько подразделений, невозможно все предусмотреть в первой презентации. Фирменному стилю Политеха сейчас, на мой взгляд, нужно развитие — как минимум, еще несколько направлений, одно из них базовое — более облегченный стиль для адаптации к другим стилям и партнерским мероприятиям. То есть то, что есть сейчас, — это основа, которую нужно адаптировать к жизни.

Из музеев, которые обновили свою айдентику, мне очень нравится Еврейский музей: в этом случае дизайнеры тоже понимали структуру и концепцию, и было понятно, для какого контента нужно делать айдентику. Fleve удалось сделать чистый и запоминающийся фирменный стиль, радикальный на фоне музейной айдентики того времени в России. Еще мне нравится стиль Музея Москвы, над которым работал Рома Горницкий, и ММОМА (его сделал Кирилл Благодатских)».

Ирина Кошелева

курс «Графический дизайн»

«Существует стереотипное мнение, что в „каменных« музеях ничего не происходит, и текущий дизайн музея отказывается это мнение опровергать. Музей же довольно динамичен: здесь обновляются экспозиции, проходят семинары, обучающие программы, игры для детей. Я искала такое решение, которое сумеет вовлечь посетителя в коммуникацию и помочь погрузиться в мир минералов.

Главной проблемой дизайна музеев Москвы, на мой взгляд, является то, что реализация многих крупных музейных проектов невозможна без государственного участия — как в финансовом плане, так и юридическом. Есть также проблема, связанная с организацией экспозиции. В традиционном музее основные экспонаты выставляются за стеклом, и у посетителя нет возможности тактильно контактировать с ними. Между посетителем и экспонатом не возникает диалога, контакта. Акцент делается в первую очередь на предмете и его значимости, а не на человеке и его ощущениях.

Из произошедших изменений мне симпатичен ребрендинг „Гаража«, фирменный стиль Московского музея дизайна. Смелыми, на мой взгляд, являются стилевые решения Политеха, Культурного центра ЗИЛ. Для меня примером для подражания в области музейного дизайна послужили айдентика Еврейского музея Нью-Йорка (Sagmeister & Walsh), Музея американского искусства Whitney (Experimental Jetset) и галереи Tate (студия Wolff Olins)».

Анна Кулачек

«Две буквы „М« похожи на решение Музея Москвы, только здесь эти буквы искажены. В целом решение мне нравится, но дизайнер немного перестарался — я бы обошлась без камней и оставила только тот эффект, который она использовала в визитках. Этого достаточно, такой ход можно было бы использовать во всем фирменном стиле. Я считаю, что фирменный стиль должен служить обрамлением реального контента, а в Музее минералов есть камни и другие экспонаты, и дизайнерский материал спорит с реальным. В остальном мне нравится, как это выглядит».

Эллис Мугафарова

курс «Графический дизайн»

«Задачей было создать новую айдентику Музея архитектуры имени Щусева, которая, с одной стороны, была бы геометричной и строгой, а с другой — была бы проще существующего стиля. Мне хотелось разработать айдентику, которая бы больше вовлекала зрителя и давала зрителю понять, что архитектура не так сложна, как кажется на первый взгляд, ее история доступна каждому.

Музей должен говорить с посетителем на равных, и именно эту идею я старалась передать в своей дипломной работе. Если занимать позицию просветителя, говорить сверху вниз, то есть вероятность потерять потенциальных посетителей: появляется дополнительный барьер. Сейчас основные посетители музея — архитекторы и студенты творческих специальностей. Я придумала интерактивные раздаточные материалы — например, альбомы с наклейками, чтобы люди имели возможность самостоятельно попробовать собрать тот или иной упрощенный памятник архитектуры.

Многие московские музеи не имеют дизайна вовсе, и это главная проблема. В каждом конкретном случае нужно смотреть, отвечает ли дизайн поставленным перед ним задачам. Наиболее симпатичным мне кажется ребрендинг Политехнического музея: выглядит интересно и свежо, такой дизайн привлекает свою целевую аудиторию. Если же говорить о музейной айдентике в целом, то мне также кажется удачной айдентика Московского музея дизайна: мне нравится визуальная вариативность при наличии четких правил внутри построения основных элементов. К этому же стремилась и я, создавая фирменный стиль для музея имени Щусева».

Анна Кулачек:

«Рисовать здания — довольно популярный сейчас ход, и в этом случае дизайнер решил показать таким образом ключевые постройки Москвы. Получилось не много, но логотип вышел слишком сложным, похожим на ребус. В нем нет чистоты, четкой концепции, он перегружен. Остальное мне нравится: сетка действенная, иллюстрации хорошие, здания отрисованы здорово».

Мария Гирба

Музей архитектуры

«Сотрудникам музея предложение Эллис показалось интересным, и в рамках программы к выставочному проекту „Русское деревянное. Взгляд из XXI века« мы совместно с издательством «Кучково поле» подготовили сумку и детскую раскраску по ее проекту. Нам была интересна эта коллаборация, и мы были бы рады продолжить подобные эксперименты со студентами в рамках отдельных проектов».

Антон Ладыгин

Музей архитектуры

«К сожалению, мы не можем использовать дипломное предложение для реализации: у музея уже существует фирменный стиль. Кроме того, в этом конкретном проекте не считывается идея: логотип просто разобран на модули, из которых собран орнамент. Почему трапеция? Возникает ощущение случайности, основанной только на графическом приеме: казалось бы, логотип сделан из понятных элементов, но при этом он слишком усложнен дополнительными линиями и кажется перемудреным. При этом не вполне понятно, почему автор, создавая логотип, возвращается к предыдущему, устаревшему варианту названия музея. Музей архитектуры уже больше пяти лет не МУАР, а МА».

Денис Шарабакин

курс «Графический дизайн»

«Целью новой айдентики было привлечь больше внимание к музею, показать его интерактивность и современность. Музей может стать важной площадкой для тех, кто интересуется игровой культурой, он способен вывести старые видеоигры из андеграунда и показать их как достойное и интересное явление культуры.

Мне кажется, что, работая с музеем, дизайнерам стоит помнить о поставленных заказчиком задачах, но при этом не забывать и об экспозиции: внешнее и внутреннее решение дизайна музея должны быть созвучны и не противоречить друг другу. Успех проекта зависит от каждого участника: здорово, когда все прикладывают максимум усилий, но не перетягивают одеяло на себя.

Дизайнеров обычно ограничивают коммерческие интересы владельца, а в данном проекте, например, решения могут быть более радикальными: тема старых видеоигр подталкивает к некоему хулиганству, игре со зрителем. Не уверен, что подобный подход допустим для всех: с одной стороны, дизайн должен соответствовать духу музея, а с другой — он может стать катализатором необходимых перемен».

Анна Кулачек

«Графика хорошая, хотя логотип перегружен, в нем нет чистоты. Непонятно, как это будет работать: от такого решения можно быстро устать, выглядит как фирменный стиль одной выставки. Музей постоянно меняется, и айдентика должна это предусматривать, иначе решение быстро надоест».

Максим Пинигин

директор по развитию Музея игровых автоматов и компьютерных игр

«Понравилась идея постеров с объединением лиц известных людей с компьютерными героями. Не понравился сам логотип: он сложен для восприятии и накладывает определенные ограничения. Лейтмотив из аксонометрических проекций использует прямую ассоциацию с игрой тетрис, и это кажется избитым ходом. Сувенирные брелоки для ключей будут разрывать карман счастливого обладателя».

Татьяна Лазарева

курс «Визуальные коммуникации»

«Мой проект посвящен ребрендингу Центра фотографии имени братьев Люмьер. Он активно развивается внутри, а оболочка устарела: дизайн не раскрывает главных преимуществ Центра фотографии, не выделяет его на фоне конкурентов. Сам знак был недостаточно выразителен и уникален.

Мне кажется, айдентика музея должна быть многозадачной. С одной стороны, она может быть достаточно активной, с другой — она не должна грубо вторгаться в пространство экспонатов, а, скорее, быть обрамлением для них. Но это не значит, что дизайнер должен сидеть скромно в стороне: если музей готов пойти на эксперименты, дизайнер вполне может предложить смелое решение, подсказать, как популяризировать данное место. В Москве много классных мест, о которых туристы даже не подозревают из-за неразвитой визуальной структуры. В идеале любой дизайнер хотел бы построить работу с музеем от входного билета до освещения и интерьера, но в реальности нужно уметь достигать цели и малыми средствами.

Мне очень нравится решение для Музея американского искусства Whitney, созданное небольшой студией Experimental Jetset. Предельно просто и очень выразительно. Также в моих любимцах — гениальная работа Вольфа Олинса (Wolff Olins) для The New Museum of Contemporary Art. Количество визуальной информации с каждым годом растет, графические решения оптимизируются. Я думаю, в ближайшие несколько лет будет больше простых типографических решений, которые позволят быстро считывать направленность и характер музея».

Анна Кулачек

«Это решение не ново, но больше похоже на реальность: оно хорошо работало бы в жизни, его не так просто испортить, как предыдущие. Фирменный стиль получился слегка однообразным, но вместе с тем понятным: видно, что его можно было бы легко менять и использовать. Здесь есть место для развития и воздуха, что очень важно. У фирменного стиля должен быть базовый уровень, поверх которого можно было бы создать новое впечатление в зависимости от ситуации: грубо говоря, если что-то происходит, ты меняешь зеленую картинку афиши на красную. Если посетитель будет все время видеть только зеленую картинку, он потеряет интерес, перестанет обращать на нее внимание».

Евгения Боровкова

Центр фотографии имени братьев Люмьер

«У Тани получился отличный современный проект, который, безусловно, имеет право на существование. Айдентика выглядит достаточно строго, чтобы сказать: „Мы серьезная организация«, — и при этом достаточно ярко, чтобы сказать: „Мы открыты для вас«.

Проект действительно выглядит современно: минимализм, простые формы, рубленый шрифт. Однако все эти современные тенденции присущи и другим выставочным площадкам. Глаз человека замыливается, глядя на однотипное оформление афиш, и перестает идентифицировать бренд конкретного музея.

Танин логотип отлично смотрится как объект — на значках или сумке. Правда, мы не до конца уловили его связь с нашим профилем деятельности. Он вызывает ассоциацию с блоком изображения в графических редакторах — место на полосе, еще пустое, но отведенное под изображение. Это достаточно узкоспециальная аллюзия. Те, кто не знаком с графическими редакторами, видят в логотипе перечеркнутый квадрат. Нечто перечеркнутое всегда несет негативную коннотацию, запретительный сигнал — мы бы хотели его избежать. Особенно ярко он выражен в оформлении афиш и буклетов. Мы работаем не просто с изображениями, а с предметами искусства, изображения в нашей работе — это самое ценное, мы не готовы их перечеркивать».