В этом году главной темой Polytech.Science.Art Week станет проблема этики в современной науке и технологическом искусстве. В преддверии открытия фестивальной недели ее ключевой спикер, профессор коммуникации и новых медиа в Голдсмитс-колледже Лондонского университета Юанна Зилинска рассказала T&P о своих взглядах на биоэтику, понятии интенсификации и о том, стоит ли человечеству перестать испытывать восторг по поводу инноваций.

Юанна Зилинска

Писатель, художник и куратор, работает в области технологий и новых медиа, этики, фотографии и живописи. Профессор коммуникации и новых медиа в Голдсмитс-колледже Лондонского университета. Автор книг «Минимальная этика антропоцена», «Жизнь после новых медиа: медиация как жизненный процесс», «Биоэтика в эпоху новых медиа».

О биоэтике

Я пыталась исследовать тему биоэтики под несколько иным углом: обычно, когда мы размышляем о биоэтике, мы думаем о каких-то медицинских случаях или правильном уходе за пациентом. И я, конечно, все это изучала. В наше время в медицине все чаще случаются спорные моменты, и я попыталась в них разобраться: что хорошо, а что плохо; можем ли мы, например, делать трансплантацию почек или пересаживать гены одного вида другому? Что насчет пересадки органов животных людям? Вопросы, связанные с развитием новых видов, усложняются с каждым днем.

Все это теоретический бэкграунд, который меня заинтересовал. И я попыталась исследовать традиционную парадигму биоэтики с точки зрения нас — людей, у которых есть права и обязанности. Я задала вопрос: может быть, мы сами должны узнать себя с другой стороны и попытаться заново оценить свою значимость в этом мире?

Биоэтика — область междисциплинарных исследований, направленных на осмысление, обсуждение и разрешение моральных проблем, порожденных новейшими достижениями биомедицинской науки и практикой здравоохранения.

Биоэтика — это что-то вроде этики жизни, где жизнь позиционируется как минимальная ценность, основа, но не как у христиан, а как некая иллюзорная, скрытая сущность. Эта минимальная ценность (то есть нечто обычное, само собой разумеющееся) подразумевает особую сеть обязанностей, с которыми люди сталкиваются, приходя в этот мир. Получается, что биоэтика — это попытка и шанс переосмыслить фигуру человека и новый тип отношений с технологиями. Понять, какие новые рамки мы могли бы обозначить, чтобы изменить наши отношения с технологиями. Ответить на вопросы: абсолютны ли старые ограничения? и можем ли мы развивать эти новые отношения, не слишком увлекаясь истерией по поводу технологий (и идеей о том, что технологии нас убьют)? Или, наоборот, нам стоит перестать испытывать беспрекословный восторг перед инновациями? По сути, мои проекты и научный интерес — это процесс, в котором мы анализируем, какие рамки сейчас так или иначе ограничивают наши отношения с технологиями.

О новых медиа

Новые медиа окружили нас принципиально новым полем, хотя многие философы с этим не согласны. Например, французский философ Бернар Стиглер считает, что если обратиться к палеонтологии, то выяснится, что люди всегда были технологичны. Человек встал на две ноги, взял в руки камень, который стал инструментом, и смог делать что-то с его помощью. Уже тогда, в тот момент, человек трансформировался в существо, способное работать. И даже тот первый инструмент — это технология. Язык тоже стал технологией, а люди, в свою очередь, стали людьми с помощью всех этих «технологий». Но, конечно, за несколько последних десятилетий многое изменилось.

«Сейчас все заранее знают, что плохо, а что хорошо, и прямо заявляют об этом»

Не то чтобы у нас вдруг появились медиа и технологии: ведь письмо, которое существует давно, — это тоже медиа. То, что случилось, — это интенсификация. В этом разница — в интенсивности воздействия, широком распространении некоторых форм медиа и их доступности, в том, как они влияют на нашу жизнь и насколько мы вовлеклись в этот процесс. Поэтому можно сказать, что новые технологии сегодня заставляют нас менять наше отношение к этике и заново узнавать, кто мы такие.

Cinematic Rendering — in Medical Diagnosti...

Cinematic Rendering — in Medical Diagnostics and Virtual Anatomy / Siemens, AKh Linz, © Martin Hieslmair

Я думаю, что наша главная задача, которая касается этики сегодня, — остановиться и подумать обо всем не спеша и с расстановкой. В век скоростных медиа мы должны быть аккуратнее в принятии поспешных этических решений. Сейчас все заранее знают, что плохо, а что хорошо, и прямо заявляют об этом. Меня очень пугает такая позиция: отчасти потому, что нередко такие выводы появляются из ниоткуда, без какого-либо анализа. Если кто-то говорит: «Это плохо. Так нельзя делать», — мне всегда становится интересно почему, и я спрашиваю человека, как он к этому пришел. Это не значит, что я поддерживаю релятивизм, но я считаю, что нам нужно гораздо больше размышлять, потому что иначе мы в опасности: все этические вопросы могут превратиться лишь в нравоучения и эмоции, в стремительную реакцию людей на то или иное действие.

В рамках Polytech.Science.Art Week Юанна Зилинска примет участие в цикле диалогов, а 9 декабря прочитает лекцию «Биоэтика в эпоху новых медиа». Полное расписание событий — на сайте.

Традиционные медиа часто используются для продвижения идей и точек зрения. Можно подать любую мысль в определенном контексте, и благодаря заложенному внутрь сообщению у нас сложится четкое мнение на тот или иной счет. Новые медиа позволяют нам дискутировать. Но, конечно, есть и такие вопросы — например, проблема абортов, — на которые общество никогда не найдет один ответ. Так биоэтический вопрос превращается в политический: как жить в мире, в котором всегда будет много разных точек зрения? Как на это реагировать? Спокойной жизни в таком мире нам и нужно учиться.

Об искусстве

Я не думаю, что общество может как-то решить обозначенную выше проблему. На мой взгляд, большую роль играет, конечно, образование. Нужно обсуждать спорные моменты, создавать площадки, где все могут выразить свое мнение, послушать чужое, поразмышлять, сделать выводы, а уже потом реагировать. Искусство — тоже отличный институт для экспрессии и дискуссии. Оно может вызывать сильную реакцию вроде «Ох, это очень плохо. Не нужно так делать, это должно быть запрещено». Но часто оно работает как провокация: искусство не может дать вам очевидный ответ, но оно может высказывать какую-то точку зрения, от которой можно оттолкнуться в поиске своих собственных выводов. Очень интересный проект несколько лет назад создали американские художники Адам Зарецки и Джулия Реодика в Канзасе. Это шоу Workhorse Zoo: они посадили в одну клетку разных животных, затем Зарецки в обличье пещерного человека пробыл в этой импровизированной лаборатории неделю, а в последний день поджарил всех этих животных и съел. Потом он сделал серию этических опросов для зрителей, в которых интересовался, почему они расстроены, почему они не считают это искусством и понимают ли они, про что этот проект.

«Нам нужно научиться спокойной жизни в мире, в котором всегда будет много разных точек зрения»

Это был очень неглупый тест, который показывал, почему люди размышляют так или иначе. Прекрасная провокация: именно в тот момент, когда вы начинаете размышлять, почему вас что-то шокирует, возникает философский подтекст. Может, как раз сейчас стоит переосмыслить и понять, на чем основаны ваши ценности.