В Москве прошел международный чешский фестиваль документального кино «Йиглава»-2010. Андреа Словакова и Гана Резкова — организаторы мероприятия, киноведы и издатели собственного журнала — рассказали Антону Сазонову о том, как можно развивать документалистику в отдельно взятой стране.
— Ежемесячных журналов, специализирующихся на документальном кино, нет ни в Дании, ни в Германии, ни во Франции. Как так вышло, что вы его издаете в Чехии?
Андреа Словакова: Сразу сделаю оговорку: сейчас он выходит раз в два месяца. Как самостоятельный журнал
«Dok.revue» никогда не существовал, потому что ему всегда не хватало публики. Поэтому мы изначально выбрали такую стратегию, что «Dok.revue» будет приложением к какому-нибудь еженедельнику: сначала к литературной газете, потом к общественно-политическому журналу «Respect». Тираж последнего — 45 тысяч экземпляров, что для чешской республики довольно много. Таким образом мы целенаправленно ведем диалог с тем читателем, с которым и хотели — людьми, думающими об обществе. Журнал, кстати, довольно дорогой.
— За счет чего он существует?
Андреа Словакова: У нас два источника финансирования: министерство культуры и государственный фонд поддержки и развития кинематографии. Каждый год мы начинаем с того, что подаем заявки на получение этих двух грантов. Пока нам еще ни разу не отказывали.
— Расскажите про его структуру? Из чего он состоит?
Андреа Словакова: Есть три основных текста. На первой странице — эссе, в котором автор обязательно подходит к документальному кино интердисциплинарно. Такими авторами уже становились философы, художники, социологи и историки кино. Правда, теперь на первую страницу мы ставим интервью. Оно легче всего читается. Героем интервью может быть как известный документалист, так и неизвестный. Третий текст мы называем «ситуационной рецензией»: много разных интересных людей под руководством редакции журнала дискутируют на заданную тему. Также мы делаем дайджест новостей о том, что важного произошло на мировой документальной сцене. На последней странице — стихи, написанные людьми, так или иначе имеющими отношение к документалистике.
— Томас Бальмес в интервью T&P сказал, что о документальном кино во Франции пишут те же люди, что и об игровом — иначе им не выжить. Вы с этим согласны?
Андреа Словакова: Начну издалека. Пять лет назад на фестивале
«Йиглава» мы организовали круглый стол с журналистами. Тема была следующая: «Почему в чешских СМИ так мало пишут о документальном кино?». Критики на это дружно заявили, что о документальных фильмах должны писать те люди, которых они тематически касаются. Если фильм о политике, то пусть о нем пишет политический комментатор. Последний, наоборот, утверждал, что это все-таки фильм, поэтому и писать о нем следует кинокритику. На самом же деле о документальном кино никто не писал. Поэтому мы и начали издавать «Dok.revue». И стараемся мотивировать остальных журналистов, чтобы они тоже включили в свою повестку дня документальное кино. Что касается Бальмеса, я с ним согласна — СМИ просто не дают такого пространства для документа.
— У вашего журнала есть сайт?
Андреа Словакова: Пока нет. Но «Dok.revue» можно найти на сайте журнала, к которому он прилагается. Также он доступен в формате
pdf на сайте фестиваля «Йиглава».
— В Чехии у «Dok.revue» еще есть конкуренты?
Андреа Словакова: Нет, кроме нас больше никто не специализируется на документалистике. Хотя сейчас картина постепенно меняется к лучшему. Статьи о документальном кино все чаще появляются в ежедневной и еженедельной периодике.
— Как вообще обстоят дела с документальным кино в Чехии? Сколько в стране вузов, выпускающих документалистов?
Андреа Словакова: Самая большая киношкола в Чехии — это кинофакультет академии художеств. В рамках него есть специальная кафедра документального кино. Ежегодно оттуда выпускаются
5-6 студентов. А на кафедре — 9 постоянных преподавателей, каждый их которых является важной фигурой для чешской документалистики. Cтуденты, обучающиеся в академии, по плану обязаны снимать по фильму в год. Таким образом они за пять лет отрабатывают разные жанры документалистики и на выходе снимают большой дипломный фильм на пленку. Также существует система внутренних грантов. Студент отправляют свой проект на рассмотрение и затем получает деньги на его реализацию.
Гана Резкова: Хочу также отметить, что начиная с 1999 года кафедра документального кино стала пользоваться огромной популярностью. Особенно в сравнении с игровой. Вообще во всем киносообществе за последние пятнадцать лет наблюдается всплеск популярности по отношению к документалистике.
— Поддерживает ли документальное кино государство?
Гана Резкова: Государственный фонд по поддержке чешской кинематографии выделяет ежегодно определенное количество денег на игровое и документальное кино. Точную цифру я не назову, но в прошлом году сумма увеличилась на два миллиона чешских крон. Но из-за того, что отсутствуют установленная законодательная база, объем поддержки постоянно варьируется. И как дела пойдут дальше, заранее спрогнозировать сложно.
— А как потом распределяются полученные средства?
Гана Резкова: Конкретные фильмы подают заявки на собственное финансирование. В прошлом году финансирование увеличилось на два миллиона как раз в силу того, что правительство поддержало больше фильмов. Еще одна важная вещь, которую необходимо отметить: большинство чешских кинотеатров перешло на цифровой формат. Иными словами, за счет снижения расходов документальному фильму стало легче попасть в кино. С другой стороны возникла другая проблема — с приходом цифры документальным фильмам теперь приходится конкурировать с огромным количеством 3D-блокбастеров, которые владельцы кинотеатров закупают охотнее.
— Какова дальнейшая судьба фильмов, которые спонсирует государство?
Гана Резкова: Государственный фонд в основном поддерживает только те фильмы, которые потом выйдут в прокат. Полнометражное кино с авторскими амбициями и стремлением к достижению художественного результата. Копродукция с чешским телевидением снизилась на 50 процентов, если сравнивать с предыдущими годами. Еще одна загвоздка заключается в том, что у чешского телевидения очень устаревшая система, которая развивается непрозрачным путем. Кинематографистам всегда сложно угадать в какой мере в следующем году их поддержит телевидение — там никогда заранее не говорят, какие фильмы они хотели бы делать. Добиться поддержки могут только те кинематографисты, у которых на ТВ есть внутренние связи и знакомства.
— Сколько документальных фильмов в год выходит в прокат?
Гана Резкова: Около двенадцати. И это число с каждым годом растет. Но на некоторые из них сходило не так много зрителей.
— То есть документальное кино особо не пользуется спросом в кинотеатрах?
Гана Резкова: Пример фильмов
«Гражданин Гавел» Мирослава Янека и
«Катка» Хелены Трестиковой говорят о том, что документальное кино может пользоваться огромным спросом у зрителей. На оба фильма сходило более 100 тысяч человек. Для Чехии с населением в 10 миллионов человек — рекордная цифра. Они даже побили результаты игровых фильмов. И внушили многим оптимизм.
— В чем секрет их успеха?
Андреа Словакова: Оба фильма не совсем обычные. Герой «Гражданина Гавела»,
Вацлав Гавел — феномен для Чехии. Он двадцать лет приводил в движение чешское общество. А Трестикова снимала свой фильм в течении долгого времени путем последовательного наблюдения за жизнью наркоманки — от первой дозы до многочисленных попыток побороть зависимость. Что тоже не может не впечатлить. В какой-то момент даже было принято решение, что «Катку» необходимо показывать в школах. При этом среднестатистический документальный фильм обычно посещает около 5 тысяч зрителей.
— А какая прокатная судьба у победителя фестиваля «Йиглава» фильма «Иветка и гора»?
Андреа Словакова: «Иветка» прошла довольно спокойно в прокате. Но фильм очень сильный, он не случайно выиграл.
— Есть ли в Чехии кинотеатры, которые специализируются исключительно на документалистике?
Гана Резкова: Существует два-три кинотеатра, в большей степени ориентирующиеся на документальное кино, чем на игровое. Но показывают они его в специально выделенные для этого дни. Если же распространением документального фильма занимается крупный дистрибьютор, он первым делом стремится запихнуть его в мультиплекс. Но кроме «Катки» и «Гражданина Гавела» пока мало кому удавалось попасть в сетевые кинотеатры.
Уже долгое время чешские документалисты и дистрибьюторы пытаются убедить министерство культуры обязать владельцев кинотеатров, получивших государственные дотации, систематично показывать документальное кино. Но пока безрезультатно. Зато теперь наша главная национальная кинопремия «Чешский лев» включила в список номинаций документальное кино. Так что на мертвой точке мы не стоим — все идет в этом направлении.
— Существуют ли альтернативные способы дистрибьюции документального кино?
Андреа Словакова: Очень важное значение приобретает интернет. В 2006 году в рамках фестиваля мы основали портал, на котором за скромную плату можно посмотреть документальное кино. На данный момент наша база насчитывает около 500 наименований. Один раз у нас был беспрецедентный случай — сначала мы показали фильм в интернете, и только потом он вышел в прокат. Таким образом его посмотрели те люди, которые до кинотеатра вряд ли бы дошли. Совершенно новая дистрибьюционная модель, которую нужно еще как следует изучить.
Полное расписание показов документального кино в Москве и дополнительные материалы по теме — в специальном разделе & Documentary.
Комментарии