T&P начинают спецпроект с премией «Просветитель»: теперь каждую неделю мы будем публиковать отрывки из книг, которые попали в лонг-лист номинантов на звание лучшего научно-популярного издания на русском языке в 2016 году. Начинаем с глав книги «О чем речь» лингвиста, известного популяризатора науки Ирины Левонтиной и издательства Corpus о том, какого человека можно считать адекватным, какого — вменяемым, а какого — качественным.

Скромное обаяние нормы

На одном из сайтов знакомств объявление девушки из Нижнего Тагила:

Умная, привлекательная, самодостаточная, сексуальная девушка желает познакомиться с умным, симпатичным, порядочным, самодостаточным молодым человеком для серьезных отношений.

Очень тонко: девушка привлекательная, а молодой человек должен быть симпатичным (т.е. красота не обязательна, пусть будет хоть минимальное обаяние); девушка сексуальная, а мужчина нужен порядочный (логично). А вот остальное совпадает: умной нужен умный (понятно, глуповатый будет раздражать), и оба самодостаточны (правда, если они такие самодостаточные, неясно, так ли они нужны друг другу). И вообще — что, собственно, девушка имела в виду? Может быть, самодостаточный — это современный эвфемизм для выражения без материальных проблем? Отчасти, наверно, так, но не только. Девушка, вероятно, хотела сказать, что она не только материально вполне самостоятельна, но и психологически уравновешенна и способна реализоваться в работе, что у нее есть друзья, хобби. В общем, молодой человек нужен ей не в качестве жилетки, не в качестве соломинки для утопающего, она не планирует вцепиться в него бульдогом и повесить на него все свои проблемы. Но и сама не готова жертвовать собой, спасать от нищеты или алкогольной зависимости и вообще шастать по горящим избам.

Конечно, слово самодостаточный используется не только в брачных объявлениях. Говорят, например, самодостаточный ребенок — то есть такой, которого не надо непрерывно развлекать. Сидит себе подолгу, рисует, в игрушки играет. Вообще это слово сейчас очень модно. В интернете полно дискуссий о том, кто такой самодостаточный человек. Не то чтобы оно было совсем новым, но раньше оно употреблялось нечасто и было совершенно книжным. (Между прочим, вот я пишу, а Word мне слово самодостаточный подчеркивает: не знает он такого слова.) Притом относилось оно обычно не к конкретному человеку. Вот типичные примеры:

В литературе классицизма и Просвещения выработался особый тип афористического мышления, то есть мышления отдельными закругленными и самодостаточными мыслями, по самому замыслу своему независимыми от контекста. (М. Бахтин. Проблемы поэтики Достоевского, 1963).

Гуманистическая антропология, признавшая человека существом самодостаточным, была естественной реакцией против подавленности человека в традиционном христианском сознании. (Н. Бердяев. Проблема человека, 1936).

Сейчас же от былой книжности осталась разве что легкая претензия на глубокомыслие. До последнего времени словари толковали слово самодостаточный как «то же, что самодовлеющий». Тут история слова самодостаточный пересекается с другой историей. Я говорю о непростой судьбе глагола довлеть. Он значил «быть достаточным» (ср.: «Довлеет дневи злоба его», т. е. «достаточно для каждого дня своей заботы»; отсюда — злободневный). Собственно, довлеть — того же корня, что довольно. Однако в современном русском языке он закрепился в совсем ином значении — «подавлять, тяготеть», возникшем по созвучию со словами давление, подавлять. Ср.: «Памятник довлеет над площадью», «Над ним довлеет одна мысль»… Еще в середине прошлого века словари признали это значение (хотя оно до сих пор остается несколько вульгарным). Это вызвало протесты пуристов. Академик В.В. Виноградов ответил заметкой, в которой проследил смысловые колебания глагола довлеть аж с конца XVII века. Сохранился замечательный документ — письмо писателя Федора Гладкова на имя президента Академии наук СССР А.Н. Несмеянова, содержащее полемику с В.В. Виноградовым (оно опубликовано в комментариях к трудам Виноградова). Прекрасен его финал:

Я нисколько не сомневаюсь, что культура языка для Вас не менее дорога, чем литераторам. И я думаю, что к этому сигналу писателя Вы не отнесетесь безучастно. Может быть, у Вас найдется минута затребовать гранку или верстку с этим злополучным словом и взглянуть, как толкуется оно в образцовом Словаре Академии Наук в противовес исторической лингвистике и здравому смыслу (1952).

По мере того как забывалось старое значение глагола довлеть, утрачивало свою внутреннюю форму и книжное прилагательное самодовлеющий. Соответственно его синоним самодостаточный получал преимущество. К концу прошлого века он стал предпочтительным, а попав в массовый обиход, обзавелся и новым смыслом. Никак нельзя ведь сказать: «самодовлеющий ребенок», «Самодовлеющая девушка познакомится с самодовлеющим мужчиной»…

Мода на слово самодостаточный вполне объяснима. В последнее время русский язык стал гораздо благосклоннее, чем раньше, смотреть на простое соответствие человека психической норме. Особенно ярко это заметно по возникновению новых значений у слов адекватный и вменяемый. Слово адекватный сейчас чрезвычайно активно используется применительно к человеку. При этом не указывается, чему этот человек адекватен. Просто — адекватный, то есть без тараканов в голове, без неожиданных и странных проявлений, без комплексов, сверхценных или фиксированных идей. И главное, подразумевается, что все это — хорошо. Вменяемый — тоже хорошее качество человека. В юридическом смысле вменяемость предполагает, что человек отдает себе отчет в совершаемых поступках, поэтому его можно за них судить. Однако в обиходе это слово вовсе не связано с преступлениями: вменяемый — значит достаточно разумный, способный понять, что ему говорят. Причем говорят уже не только о вменяемых людях, но и о вменямых текстах, вменяемых взглядах и даже о вменяемых ценах.

«Он человек очень адекватный и абсолютно вменяемый» — это сейчас едва ли не высшая возможная похвала. И за ней стоит какое-то совсем новое представление о жизни. Вспомним «Обыкновенное чудо» Шварца: «Вы сумасшедший?» — «Что вы, напротив! Я так нормален, что сам удивляюсь». Конечно, эту фразу говорит главный негодяй — Министр-администратор, и невозможно себе представить, чтобы ее произносил другой герой пьесы.

Подчеркиваю, тут дело не в том, чтобы обзываться сумасшедшим — это не фокус. Каждый без труда вспомнит обозначения разных видов психических расстройств, которые используются как бранные слова. И слова неадекват и невменько, хотя как раз вполне новые, но в концептуальном отношении неинтересные. Потому что ругать за интеллектуальную неполноценность — это сколько угодно, а вот хвалить за нормальность — это нечто для нашей культуры действительно новенькое.

Качество

Летом 2011 года тогдашний премьер-министр Путин встретился с представителями молодежных организаций Северо-Кавказского федерального округа. На этой встрече он, в частности, сказал:

Кавказ, Северный Кавказ для России не балласт, это одна из жемчужин России. Прежде всего потому, что здесь очень качественный, очень мощный человеческий потенциал, очень глубокий культурный пласт.

Меня заинтересовало определение качественный. Слова качество, качественный за последнее время значительно расширили сферу употребления. Вообще качество — это так называемое параметрическое слово, такое, как, скажем, высота, глубина, вес, температура, скорость. Интересно, что у таких слов часто возникает значение большого, простите за тавтологию, значения соответствующего параметра. Например, во фразе «Какая у него температура?» температура — параметр, а во фразе «Он заболел, у него температура» — значение параметра. В этом случае температура — то же, что высокая температура. Точно то же самое и с качеством: оценка качества — параметр, а ценю качество — значение параметра. Я не говорю здесь, разумеется, о слове качество в значении «свойство» (душевные качества), в котором оно, кстати, имеет форму и единственного, и множественного числа.

Прилагательные могут быть образованы от обоих значений параметрических существительных. Скажем, слово возрастной. Одно дело возрастной ценз, другое — новое возрастная роженица (немолодая то есть). Так и слово качественный: качественные показатели — это показатели качества (уж хорошее оно там или не особенно — неизвестно), а качественный товар — хороший, правильный, не вредный, надежный. Конечно, слово качественный можно употребить и расширительно — например, в видах избежания банальностей и штампов, сказать, что у девушки качественная улыбка. Это будет такая игра. Впрочем, стоматолог может сказать это и в прямом смысле.

Кстати о товаре. Качество — это характеристика не любого объекта, а прежде всего продукции, товара. Если цветы растут в поле, да даже и выращены в цветнике, мы не скажем, что они хорошего качества. А вот если поставляются в цветочный магазин — тогда да. О хорошем или плохом качестве котлет в норме говорят не тогда, когда они приготовлены дома. То же и со словом качественный. Качественные носки — это скорее об изделиях чулочной фабрики, а не о носочках, связанных бабушкой любимому внучку на день рождения. Поэтому многих людей так травмирует популярное сейчас выражение качество жизни. Им видится за этим представление о жизни как об огромном супермаркете, где у всего есть своя цена, где нет ничего штучного, а все изготовлено по ГОСТу или там по ТУ.

Так вот, вернемся к Путину. «Качественный человеческий потенциал» — это такой технологический взгляд на людей. Не случайно в Сети появился комментарий: «А уж про качество человеческого матерьяла уж совсем по нацистски звучит!». Забавно, что пишущий ошибся при цитировании: вместо потенциал запомнил материал. Скорее всего, именно благодаря определению качественный возникли промышленные ассоциации. Но интересно здесь другое. Было бы ошибкой думать, что слово качественный по отношению к людям могут употреблять только начальники. Так же может выразиться и интеллигент, однако вкладывая в это определение совершенно другой смысл. Вот, например, что написал поэт и эссеист Лев Рубинштейн о Дине Годер, театральном критике и чудесном человеке, в деньрожденном поздравлении:

Ты, я знаю, высоко ценишь такую категорию, как качество. «Качественный человек» — высшая похвала в твоих устах. И не так уж ты, прямо скажем, безгранично толерантна, чтобы расточать подобные характеристики направо и налево. Я тоже ценю эту категорию. И тоже не склонен к беспринципному благодушию. Поэтому я твердо скажу: ты, Дина, необычайно качественный человек. С полной гарантией качества на сто двадцать лет. А дальше — проверим.

Совершенно понятно, чем хорошо такое определение, как качественный. Тут, по-моему, две причины. Во-первых, наша вечная боязнь пафоса. Боязнь эта, кажется, даже усилилась по сравнению с советским временем. Еще бы, теперь кроме официозного пафоса есть еще и куча других пафосов, и от всех хочется как-то дистанцироваться. И слово качественный годится именно в силу своей технологичности. А во-вторых, в нашу постмодернистскую, релятивистскую и пр. эпоху очень уж небезопасны слова, характеризующие моральный облик человека. Слишком они легко присваиваются кем попало, наполняются каким-то не тем смыслом. Мы знаем, как легко передергивать в этой игре. Мы понимаем, как все в жизни сложно и неоднозначно. Но от этого мы не перестали видеть и ценить в людях простые вещи: человеческую надежность, способность к дружбе и органическую неспособность к предательству. Поэтому удобно воспользоваться словом, максимально далеким от сферы моральных оценок, материалистическим и деловито-объективным. Можно долго спорить о том, кто такой хороший человек. Еще бы, тут придется вспомнить всю мировую литературу вместе с театром и кинематографом (ну, там «Плохой хороший человек» и пр.). А кто такой качественный человек, в общем-то, понятно.

Фотографии: © iStock.