Галлюцинации — это то, что возникает при отсутствии внешнего стимула, но воспринимается как реальное. Они могут быть связаны со всеми органами чувств, то есть быть визуальными, тактильными и даже обонятельными. Вероятно, самый распространенный тип галлюцинаций — те, когда человек «слышит голоса». Их называют аудиторными вербальными галлюцинациями. T&P продолжают спецпроект с Newочем переводом статьи нейроученого Пола Аллена, опубликованной на сайте Serious Science, об аудиальных галлюцинациях и природе их возникновения.

Определение понятия

Хотя слуховые галлюцинации обычно связывают с психическими заболеваниями вроде биполярного расстройства, они не всегда являются признаком болезни. В некоторых случаях они могут быть вызваны недостатком сна; марихуана и наркотики-стимуляторы также могут быть причиной расстройства восприятия у некоторых людей. Экспериментально было доказано, что галлюцинации могут возникнуть из-за длительного отсутствия сенсорных стимулов: в 1960-е годы проводились эксперименты (которые сейчас были бы невозможны по этическим соображениям), в ходе которых людей держали в темных комнатах без звука. В конце концов люди начинали видеть и слышать то, чего в реальности не было. Так что галлюцинации могут возникать как у больных, так и у психически здоровых людей.

Исследования природы этого феномена ведутся уже довольно давно: психиатры и психологи пытаются понять причины и феноменологию слуховых галлюцинаций уже около ста лет (а может, и дольше). В последние же три десятилетия появилась возможность использовать энцефалограммы, которые помогали исследователям того времени понять, что происходит в мозге в моменты слуховых галлюцинаций. А теперь мы можем смотреть на его разные участки, задействованные в эти периоды, при помощи функционального магнитно-резонансного сканирования или позитронной томографии. Эти технологии помогли психологам и психиатрам разработать модели слуховых галлюцинаций в мозге — в основном связанные с функцией языка и речи.

Предложенные теории механизмов слуховых галлюцинаций

Некоторые исследования показали, что, когда пациенты испытывают слуховые галлюцинации, то есть слышат голоса, активность участка их мозга, которая называется зоной Брока, повышается. Эта зона расположена в малой лобной доле мозга и отвечает за речепроизводство: когда вы говорите, работает именно зона Брока. Одними из первых, кто исследовал этот феномен, были профессора Филип Макгуайр и Сухи Шергилл из лондонского Королевского колледжа. Они заметили, что зона Брока у их пациентов была более активна во время слуховых галлюцинаций — по сравнению с моментами, когда голоса молчали. Это дает основания полагать, что слуховые галлюцинации производятся речевыми и языковыми центрами нашего мозга. Результаты этих исследований привели к созданию внутреннеречевых моделей слуховых галлюцинаций.

Когда мы о чем-то думаем, то порождаем внутреннюю речь — внутренний голос, озвучивающий наше мышление. Например, когда мы задаемся вопросом «Что я съем на обед?» или «Какая завтра будет погода?», мы порождаем внутреннюю речь и, как считается, активируем зону Брока. Но как эта внутренняя речь начинает восприниматься мозгом как внешняя, исходящая не от себя самого? Согласно внутреннеречевым моделям слуховых вербальных галлюцинаций, такие голоса — это генерируемые внутри сознания мысли или внутренняя речь, каким-то образом неверно определяемая как внешняя, чужая. Из этого следуют более сложные модели процесса того, как мы отслеживаем собственную внутреннюю речь.

© Kate MacDowell

© Kate MacDowell

Английский нейробиолог и нейропсихолог Крис Фрит и другие ученые предполагали, что, когда мы вступаем в процесс мышления и внутренней речи, зона Брока посылает сигнал в область нашей слуховой коры, которая называется зоной Вернике. Этот сигнал содержит информацию о том, что воспринимаемая нами речь нами же и порождена. Это происходит из-за того, что передаваемый сигнал, предположительно, приглушает нейронную деятельность сенсорной коры, поэтому она активируется не так интенсивно, как от внешних стимулов, например оттого, что с вами кто-то говорит. Эта модель известна как модель самомониторинга, и она предполагает, что у людей со слуховыми галлюцинациями этот процесс в дефиците, из-за чего они не могут различить внутреннюю и внешнюю речь. Хотя на данный момент доказательства этой теории довольно слабые, это определенно одна из самых влиятельных моделей возникновения слуховых галлюцинаций, которые появлялись за последние 20–30 лет.

Последствия галлюцинаций

Около 70% больных шизофренией в той или иной степени слышат голоса. Они поддаются лечению, но не всегда. Обычно (хотя и не во всех случаях) голоса отрицательно сказываются на качестве жизни и состоянии здоровья. Например, у пациентов, слышащих голоса и не реагирующих на лечение, повышается риск суицида (порой голоса призывают причинить себе вред). Можно представить, как тяжело приходится людям даже в повседневных ситуациях, когда они постоянно слышат в свой адрес унизительные и оскорбительные слова.

Но слуховые галлюцинации возникают не только у людей с психическими расстройствами. Более того, эти голоса не всегда зло. Так, Мариус Ромм и Сандра Эшер возглавляют очень активное «Общество слышащих голоса» — движение, которое говорит об их положительных аспектах и борется с их стигматизацией. Многие люди, слышащие голоса, живут активной и счастливой жизнью, поэтому мы не можем считать, что голоса — это априори плохо. Да, они часто ассоциируются с агрессивным, параноидальным и тревожным поведением больных, но оно может быть следствием эмоционального расстройства, а не наличия голосов. Неудивительно и то, что тревожность и паранойя, которые зачастую являются ядром психической болезни, проявляются в том, что эти голоса говорят. Но, как уже было сказано, многие люди без психиатрического диагноза констатируют, что слышат голоса, и для них это может быть и положительным опытом, поскольку голоса могут успокаивать или даже подсказывать направление, куда двигаться по жизни. Профессор Айрис Соммер из Нидерландов тщательно изучила этот феномен: исследуемые ею здоровые люди, слышащие голоса, описывали их как нечто положительное, полезное и придающее уверенность в себе.

Лечение галлюцинаций

Людей с диагнозом «шизофрения» обычно лечат антипсихотическими медикаментами, которые блокируют постсинаптические дофаминовые рецепторы в стриатуме, так называемом полосатом теле мозга. Антипсихотики эффективны во многих случаях: в результате лечения психотические симптомы ослабевают, особенно слуховые галлюцинации и мании. Некоторые пациенты, однако, не лучшим образом реагируют на антипсихотики. Примерно на 25–30% пациентов, слышащих голоса, лекарства почти не влияют. У антипсихотиков также имеются серьезные побочные эффекты, поэтому эти лекарства подходят не всем больным.

Что касается других методов, то существует множество вариантов немедикаментозного лечения. Степень их эффективности тоже варьируется. Например, когнитивная поведенческая терапия (КПТ). Ее применение для лечения психозов несколько противоречиво, поскольку, как полагают многие исследователи, она мало влияет на симптомы и общий исход заболевания. Но существуют виды КПТ, разработанные специально для пациентов, слышащих голоса. Эта терапия обычно нацелена на изменение отношения пациента к голосу, чтобы последний воспринимался как менее негативный и неприятный. Эффективность этого лечения остается под вопросом.

В данный момент я возглавляю исследование в Королевском колледже Лондона, цель которого — выяснить, можем ли мы научить пациентов самостоятельно регулировать нейронную активность в слуховой коре. Это достигается при помощи обратной нейронной связи, которая посылается в реальном времени с использованием МРТ. Для измерения сигнала, идущего от слуховой коры, используется МРТ-сканер. Затем этот сигнал посылается обратно пациенту с помощью визуального интерфейса, который пациент должен научиться контролировать (то есть двигать рычаг вверх-вниз). Предполагается, что мы сможем научить пациентов, слышащих голоса, контролировать активность своей слуховой коры, что, в свою очередь, может позволить лучше контролировать голоса. Исследователи пока не уверены, будет ли этот метод клинически эффективным, но в следующие несколько месяцев уже будут доступны некоторые предварительные данные.

Распространенность среди населения

Около 24 миллионов людей по всему миру живут с диагнозом «шизофрения», и около 60% или 70% из них слышали голоса. Есть данные, что от 5% до 10% населения без психиатрического диагноза в какой-то момент жизни тоже их слышали. Некоторым из нас порой казалось, что кто-то зовет нас по имени, а потом выяснялось, что рядом никого нет. Так что есть свидетельства того, что слуховые галлюцинации распространены больше, чем мы думаем, хотя точную эпидемиологическую статистику привести трудно.

Самым известным человеком, слышавшим голоса, была, наверное, Жанна д'Арк. Из современной истории можно вспомнить Сида Барретта, основателя группы Pink Floyd, страдавшего шизофренией и слуховыми галлюцинациями. Но, опять же, кто-то может черпать в голосах вдохновение для искусства, а некоторые и вовсе испытывают музыкальные галлюцинации — что-то вроде ярких слуховых образов, — но ученые пока сомневаются, можно ли приравнивать их именно к галлюцинациям.

Вопросы без ответа

У науки на данный момент нет четкого ответа на вопрос о том, что происходит в мозге, когда человек слышит голоса. Другая проблема заключается в том, что исследователи еще не знают, почему люди воспринимают их как чужие, исходящие от внешнего источника. Важно попытаться понять феноменологический аспект того, что именно испытывают люди, слыша голос. Например, устав или приняв стимуляторы, они могут испытывать галлюцинации, но не обязательно воспринимать их как идущие извне. Вопрос в том, почему люди теряют ощущение собственной деятельности, когда слышат голоса. Даже если мы будем считать, что причина слуховых галлюцинаций — в чрезмерной активности слуховой коры, почему все-таки люди думают, что с ними говорит Бог, тайный агент или инопланетянин? Также важно изучить системы верований, которые люди выстраивают вокруг своих голосов.

Содержание слуховых галлюцинаций и их первоисточник — еще одна проблема: происходят ли эти голоса из внутренней речи или же это сохраненные воспоминания? С уверенностью можно утверждать лишь то, что этот сенсорный опыт включает в себя активацию слуховой коры в речевой и языковой зонах. Это ничего не сообщает нам об эмоциональном содержании этих сообщений, которые часто бывают негативными, из чего, в свою очередь, следует, что причина может быть и в проблемах при обработке эмоциональной информации, возникающих в мозге. Помимо этого, два человека могут испытывать галлюцинации очень по-разному, а это значит, что задействованные механизмы мозга могут также очень отличаться.