В постоянной рубрике на T&P студенты, которые уехали учиться за границу, рассказывают о разнице в подходе к обучению и делятся впечатлениями от перемены обстановки. Анна Бордовская уехала в магистратуру по спортивному менеджменту в Англию, где научилась поддерживать баланс между коммерцией и социальной пользой в спортивных проектах и стала игроком мужской бейсбольной команды.

Анна Бордовская, 24 года

— Где ты сейчас учишься?

— Я учусь в магистратуре по спортивному менеджменту Университета Ковентри. Программа рассчитана на год: экзамены уже сданы, осталась диссертация.

— Как возникло желание поехать за рубеж? Где ты училась и работала до отъезда за границу?

— Основное образование у меня лингвистическое: официально я лингвист и преподаватель, окончила Московский государственный лингвистический университет. Учиться было скучно и достаточно муторно, хотя у меня были замечательные преподаватели. Контакта с одногруппниками не было, да и учебный процесс был организован немного безумно.

Работать я начала в конце второго курса — и сразу в классном месте. Почти случайно попала на должность падавана (ученика всех отделов) в рекламное агентство Firma: в 18 лет меня захлестнула волна абсолютно новой увлекательной жизни с совершенно дикими вызовами и борьбой с серией личностных подростковых фобий. Меня учили думать, придумывать, делать, успевать, доводить все до конца и четко. Через два года надо было расти дальше. На пятом курсе лингвистического параллельно с написанием диплома я проучилась в Академии коммуникаций Wordshop на факультете управления и продюсирования проектов. Домашними заданиями у нас были реальные проекты. Но самое главное — я осознала возможность соединить то, что умею (продюсирование), и то, что люблю (спорт). После «Вордшопа» было много маленьких фриланс-проектов, стартапов и метаний.

В какой-то момент я решила, что спортивный маркетинг в Red Bull в Калифорнии — это единственное и незаменимое место для меня. После пары тщетных попыток туда пробиться стало ясно, что русским девочкам, которые просто очень любят спорт, в Америку с учетом получения разрешений на работу и сложностей доказательств уникальной рабочей экспертизы прорваться не так уж и легко. На какое-то время все затуманилось, и я решила, что Red Bull — это про видео, и пошла за видеоопытом в бюро «Рабочее название» — креативный продакшн, который мне давно нравился своей искренностью и подходом к проектам. Там я имела наглость сразу сказать: «Вообще, я про спорт и рано или поздно от вас уйду». Взаимопонимание с ребятами установилось сразу, мы решили придумать что-то про спорт, так и возник клуб «Спортивная секция», куратором и сооснователем которого я стала. Методом проб и ошибок за год удалось организовать тренировки по более чем 100 видам спорта и совместно с ребятами сколотить довольно мощное сообщество из, возможно, самых талантливых и красивых людей. А через полгода вспомнились детские мечты поучиться в Англии и официально оформить свои отношения со спортом. Так я сорвалась туда.

— Расскажи про процесс поступления.

— Буквально за пару дней я собрала рекомендательные письма от работодателя и научного руководителя из университета (с момента выпуска прошла уже пара лет), копии с переводами диплома и, самое важное, написала мотивационное письмо. И то ли взяли всех желающих, то ли мое мотивационное все-таки кого-то зацепило, — оффер пришел через два дня после отправки документов. Грант был для меня невозможен сразу: его дают за хорошие оценки, вернее отличные. Я, как уже рассказала, интерес к учебному процессу потеряла сразу на фоне настоящей практики и опыта, поэтому экзамены в лингвистическом сдавались в режиме «лишь бы сдать».

— Из чего состоит учеба?

— Сам учебный процесс оказался личным испытанием. Все сконцентрировано на самостоятельном обучении и одной-двух лекциях и семинаре, которые друг от друга не особо и отличались. Опыт работы в маркетинге с презентациями не давал покоя на фоне скучного текста без картинок, внимание слишком быстро улетучивалось. Я очень надеялась на практические занятия, но практика была только один раз. В общем, здесь сыграли два момента: уехала я все-таки чуть позже, чем стоило бы, поэтому многое из информации для меня было не новым, а оттого скучным, а еще я привыкла к интересным и многозадачным проектам, которые собираются в визуально понятный результат — мероприятия, тренировки, презентации проектов и так далее, — а тут нужно много читать и работать над курсовыми, которые потом канут в Лету. Хотя были и полезные предметы, например спортивное право или спортивные финансы. Спасением для меня во многом стала бейсбольная команда университета, в которую я вступила почти сразу по приезде. Будучи единственной девочкой в команде, я чувствовала себя очень комфортно. Ко мне относились как к равному игроку и даже отбирали среди парней на игры с другими университетами. Мне очень нравились наши тренировки, их программа, отличная дружная команда и настоящий спортивный дух, чего очень не хватало. Быть признанной частью команды — это ответственность и гордость.

— В чем, на твой взгляд, основная разница между учебным процессом в России и в Англии?

— Весь Ковентри — это город-университет. Раскиданные тут и там корпуса факультетов все на общем Wi-Fi, поэтому я так и не перешла на местную симку, спокойно оставшись на связи с русским номером и звонящими мессенджерами. Огромная библиотека, в каждом здании — кафетерий и дружелюбно расставленные столы для групповой работы на занятиях. Словом, атмосфера, максимально располагающая к учебе. Здесь действительно все сделано для комфорта каждого студента: бесплатная медицинская страховка на любой вид услуг и консультаций, огромное количество специальных департаментов, отвечающих за посещаемость и решение любых проблем. Самая заметная разница тут — психологическая. По личному опыту: что в школе, что в университете в Москве, если ты, например, пропустил занятие, то ты аморальный и безответственный негодяй, который не хочет учиться. Здесь же учащихся слушают, спрашивают причину, уточняют, нужна ли помощь, все ли контакты есть (врачей, профессоров, других специалистов), рассказывают про возможность отсрочек по дедлайнам курсовых. Все это так приятно преподносится, что автоматически возникающая враждебность перед встречей по обсуждению пропусков меняется на самое солнечное настроение, так что выходишь оттуда будто после встречи с другом. Это совершенно разные посылы: не запугать и вызвать родителей, а достучаться и узнать, не нужна ли помощь. Это и положительно влияет на саму учебу, потому что тебя не смешивают с «Ах, это все нынешнее поколение», а ведут диалог на равных.

— Кто твой самый любимый профессор? Почему?

— Из самых запоминающихся личностей из преподавательского состава можно выделить саркастичного француза Бенуа, который вел у нас целых три модуля (sport finance, sport organisation and governance и crisis management) и по совместительству был директором курса и моим супервайзером по диссертации. Бенуа все знает, Бенуа все может, и у него тот самый комичный французский акцент, когда месяца два уходит на то, чтобы к нему привыкнуть и начать понимать, что на самом деле он говорит по-английски, а не по-французски. Он из тех людей, которые шутят с серьезным лицом, и это достаточно смешно. С ним все себя чувствовали как за каменной стеной.

— Помогал ли университет с поиском жилья?

— Мне повезло: досталась комната в местном общежитии под крышей со своим душем и общей кухней (на восемь человек). На фоне отечественных вариантов язык не поворачивается назвать это общежитием: комната находится в небольшом особняке из красного кирпича, максимально аккуратная, со своим зеленым двором и белками.

— Какие бонусы дает статус студента в Англии ?

— В Англии у студента множество скидок, специальных карточек на транспорт, что позволяло в прямом смысле срываться в Лондон (час езды на поезде), чтобы увидеться с друзьями или просто погулять. Но в целом я не посетила и десятой части из запланированного, так как ездить было особо не с кем и жили все в режиме студенческой экономии. Видела толстых белок Оксфорда, не менее толстых чаек Брайтона, смотрела на Семь Сестер (меловые скалы) в прибрежном городе Сифорд, была на балу в руинах собора и на досуге ходила на хоккей, где играла профессиональная команда «Ковентри Блэйз» (некоторые игроки были моими одногруппниками в рамках партнерства университета с клубом).

— Над чем ты сейчас работаешь?

— Моя тема — баланс коммерции и социальной пользы в спортивных проектах. Во время работы над «Спортивной секцией» для меня очень важными стали чужие эмоции. Эмоции от первого спортивного опыта, преодоления страха, новых впечатлений, перемен. Классно делать нечто, что эмоционально мощно влияет на людей, но при этом жить на что-то тоже надо, поэтому мысли повело в сторону поиска этой тонкой грани между коммерцией и благом. Этот баланс работает в обе стороны, и здорово, что и большие компании понимают, что не достаточно просто продавать классную спортивную форму, нужно предоставлять площадки, где можно эту форму опробовать, рассказывать о спорте, знакомить с лучшими тренерами города, делиться информацией о спортивных техниках и продвигать здоровье со всех сторон, а главное — делать это на уровень интереснее. Если футбол, то на крыше, если танцы, то в музее. Совмещение несовмещаемого (на первый взгляд) привлекает внимание уже ко всему привыкшего, но все еще подвижного потребителя.

— Каковы твои планы на будущее?

— Жить за границей мне понравилось, но неизбежно пришло понимание, что я соскучилась по русским людям, по своему окружению — талантливому, интересному, приятному и всемогущему. Мне не хватало чужих побед рядом: кто какую компанию основал, какой продукт произвел, какое мероприятие развернул, ну и сердце искренне устало от испытаний расстоянием более 3 тысяч километров. Сдав экзамены в мае, я вернулась в Москву, успела сходить на свою первую регату и занять там третье место, съездить в Барселону посмотреть на Street League Skateboarding, полетать на цирковой трапеции, походить на фридайвинг, вспомнить вейксерфинг и резко сорваться на новую работу в агентство Louder со структурой и дисциплиной, которая затянула меня уже гораздо сильнее ожидаемого. О работе в Red Bull я все еще мечтаю — а может, и не по нему самому, а по уровню и сути их проектов: голубой мечтой является сочетание спорта и космоса, поэтому Stratos — мой ориентир. В целом в моих планах — проекты-приключения, когда круто и полезно, красиво и со смыслом, а социальная миссия сочетается со здоровым желанием зарабатывать. Есть три направления в спорте, которые я для себя сформулировала как честно манящие и не дающие покоя:

1) Спортивные площадки и их взаимодействие со средой. Город находится на витке очевидной популяризации спорта, но при этом сносятся старинные спортивные поля ради строительства очередного жилого комплекса. Что-то появляется, но часто временное и как будто не для всех — особенно эта проблема касается крытых пространств, а мы все знаем, как у нас обстоят дела с комфортными теплыми днями. В продолжение темы «и нашим и вашим»: есть пример изящно вписанных в городской ландшафт скейт-фигур в Париже на улице Cladel, который уже не первый год искренне меня восхищает. Он одновременно несет в себе функцию легализации катания на улице по нестандартным фигурам и визуально украшает небольшую улицу в центре города.

2) Наука и спорт. Мне очень хочется приблизить науку к обычному потребителю, сделать его причастным, усилить восприятие науки через спорт там, где это уместно.

3) Решение социальных проблем. Здесь снова через скейтбординг в качестве примера на помощь приходит негосударственная организация Skateistan — скейт-школа в не самых спокойных с точки зрения безопасности странах мира: Афганистане, Камбодже, Южной Африке. Австралиец Оливер Беркович — основатель детского оазиса мира и радости. При помощи различных инновационных методик обучения в «Скейтостане» успешно совмещают спорт, творчество и образование. Здесь у детей появляется настоящее детство и возможность здоровой социализации. Это одно из самых невероятных чудес, которое один человек может сделать для отдельной части общества.

Фотографии предоставлены Анной Бордовской