Институт «Стрелка» начал прием документов на бесплатную постдипломную образовательную программу «Новая норма» о реальности, в которой мы оказались благодаря стремительному развитию технологий. Курс возглавил Бенджамин Браттон — американский социолог, теоретик дизайна и архитектуры, в прошлом — директор The Advanced Strategies Group в Yahoo, а теперь профессор Калифорнийского института телекоммуникаций и информационных технологий в Сан-Диего. T&P поговорили с Браттоном и выделили несколько тезисов об этой самой «новой норме» жизни и развития городов — о том, что ее формирует и какой она будет.

Новая норма должна быть создана до того, как привычный язык устареет

Бенджамин Браттон — директор Центра дизайна Калифорнийского института телекоммуникаций и информационных технологий в Сан-Диего в статусе tenured professor, автор программы по спекулятивному дизайну и многочисленных книг о дизайне, компьютерных медиа и инфраструктуре. Одна из них, «The Stack: On Software and Sovereignty», стала самой продаваемой книгой MIT Press в 2016 году.

Когда появляется нечто новое, мы по инерции связываем это с чем-то, что нам уже знакомо: автомобиль — это повозка без лошади (horseless carriage); карманный компьютер плюс камера плюс беспроводная передача данных — получается смартфон; мегаполис, опутанный цифровыми сетями и информационными технологиями, — smart city. Новые вещи продолжают развиваться сами по себе, а мы все еще видим их как комбинацию предметов из прошлого. Но новый мир крутится быстрее, чем мы можем себе представить, и темпы его изменения, скорее всего, не замедлятся. Продвинулись ли наши технологии дальше наших возможностей осознавать их последствия? В первом модуле программы, который будет называться The New Normal, студенты как раз займутся изучением влияния технологий на отдельного человека, общество и окружающую среду и поиском нового языка, описывающего реальность.

Разрыв между реальностью и теорией может нас парализовать. В ответ мы можем нажать на ручной тормоз и попытаться вернуть джинна обратно в бутылку. Но это плохой, безнадежный совет. Вместо этого можно инвестировать в планирование запасных или экстренных действий, изучать новую норму и формировать мир вокруг нас таким, каким мы его хотим видеть.

Исследуя новейшие технологии, нельзя забывать о традиционных методах изучения

Чтобы понять любую технологию, нужно сначала понять идею, стоящую за ней. Для этого нужно разобраться в контексте, в котором она возникла. В университете Сан-Диего, где я занимаю профессорскую должность, я основал Школу спекулятивного дизайна, где студенты-художники и студенты-технари учатся вместе. Половина занятий этого курса посвящена работе в художественной студии, половина — занятиям в лаборатории. На семинарах по философии студенты работают и с новыми технологиями, а на мастерской о технологиях читают философские труды. В то же время в моей практике преподавания очень много традиционного. Например, студентам приходится много писать. Я до сих пор думаю, что лучшим инструментом для конструирования и записи мыслей, их контекстуализации и редактуры является Microsoft Word.

«Студенты знают, что такое Калифорния. Я хочу разрушить этот миф»

Каждый год студенты «Стрелки» отправляются в полевое исследование, чтобы выйти из зоны комфорта и поработать сразу в нескольких культурных контекстах. В этом году мы поедем в Калифорнию. Все знают, что Калифорния — мировой центр музыкальной индустрии, кинопроизводства и технологических инноваций, но это еще и центр большой науки. Мы посмотрим на разные школы дизайна, основанные на научных исследованиях: сначала в Сан-Диего с био- и нейротехнологиями, затем в Лос-Анджелесе с очень развитой школой медиадизайна, а потом в Сан-Франциско, где нас прежде всего интересуют работа с операционными сетями. Студенты должны уметь мыслить широко, анализировать и постоянно сомневаться. Когда чувствуешь, что мир меняется, возникающие сомнения — это плюс, поскольку они дают контекст для новых аналитических решений.

Если пока неизвестно, где можно будет применить ту или иную технологию, нужно это придумать

Если бы я рассказывал вам про беспилотные автомобили пять лет назад, это показалось бы абсолютной фантастикой, но через несколько лет они станут обыденным явлением. Меня больше всего интересует не то, как эта технология повлияет на управление автомобилем, а то, как она изменит город в целом. Например, нужны ли нам парковки? Если вы не везете машину в определенную точку, чтобы припарковать ее там, то зачем машинам простаивать в центре города, раз они могут просто уезжать? Мы не можем принять новые концепции в технологиях или экономике до того, как сконструируем их модели. Один из образовательных модулей, который называется Speculative Megastructures, поможет студентам изучить потенциальное будущее городов, циркуляцию глобальных трендов в инфраструктуре и роль технологий и инноваций в процессах роста и развития городов.

Спекулятивный дизайн — это движущая сила любой науки

Спекулятивный дизайн создает сценарии возможного будущего. Эти проекты должны быть провокационными, не просто научно-фантастическими историями, а чем-то, что вызовет резонанс и послужит катализатором для дискуссий о внедряемых технологиях с точки зрения социологии, культуры, экономики и философии. Эта школа мысли стала необычайно важной для индустриального и интерактивного дизайна. Дело в том, что в архитектуре традиция теоретического дизайна живет на протяжении столетий. Какие-то архитектурные проекты, о которых вам могли рассказывать в университете, могут быть и непостроенными, но они крайне важны в концептуальном смысле, потому что они сдвинули дискурс с мертвой точки и ускорили развитие всей отрасли. Это, например, Дворец Советов в Москве.

Прототипы как возможность понять, каким мы хотим видеть будущее

Некоторые модели будущего могут показаться утопическими или, наоборот, антиутопическими, некоторые — хорошими, а другие — откровенно неприятными. Однако лучшими окажутся те концепции, насчет которых вы не будете однозначно уверены, потому что с неоднозначности как раз и начинается обсуждение. Ценность прототипа и модели, которые мы строим, — в вовлечении людей в дискуссию о том, какого мира мы хотим. Обсуждение будущего на самом деле — способ сконцентрироваться на настоящем; вы, наверное, замечали, что чаще говорят «в 2050 году» вместо «однажды» или «когда-нибудь». Будущее, в которое мы смотрим, и формулировки, которыми мы его описываем, на самом деле не о предсказании, а о возможности. Никто из нас не знает, что на самом деле случится, да это и невозможно. Мы не будем пытаться предсказать, что действительно произойдет, но постараемся понять, какие ответные реакции от нас потребуются.

Пессимистичные прогнозы — отнюдь не приговор

Сейчас не только в России, но и в США, и в Европе люди относятся к будущему с большим пессимизмом. В 50–60-х годах люди видели будущее, полное перспектив, — например, как время, когда «мы высадимся на Марсе и у нас будут летающие машины». Теперь отражение будущего в массовой культуре больше напоминает зомби-апокалипсис. Я не верю в это. Более того, я убежден, что мы сами строим свое будущее и можем изменить мир вокруг нас, только начинать работать над долгосрочной перспективой нужно уже сейчас. Потом может быть поздно.

Дизайн-мышление интересно тем, кто хочет изменить мир

Просто описывать вещи такими, какие они есть, было актуально 15–20 лет назад. Я хотел бы привнести в науку Scenario planning способность создавать модели и проекты, придумывать. Думаю, что по этой же причине люди начинают заниматься дизайном и развивать навык дизайн-мышления: им интересно превратить собственные знания во что-то, с помощью чего они смогли бы изменить мир, придумать его заново, а не только описать. Что действительно могут сделать дизайнеры, так это показать людям на реальных и понятных макетах, какой эта реальность могла бы быть. Тогда мы бы приняли решение: хотим мы осуществить такое будущее или его предотвратить.

Часть работы дизайнера — показывать варианты

Предлагая новые решения, дизайнер показывает возможные варианты. На обсуждении проекта половина людей скажет, что это то, что нужно, а другая половина — что так ни в коем случае делать нельзя. Если у нас появятся проекты, которые побудят людей вступить в дискуссию, значит, «Стрелка» провела отличную работу. Последний модуль станет для студентов настоящим испытанием. В Platform Design они создадут прототип городского дизайн-проекта. Формат может быть каким угодно, главное — чтобы были следующие составляющие: брендинг, описание user experience, элементы сторителлинга, ирония и парадокс — именно они позволяют превратить людей в пользователей.

Междисциплинарность — качество супергероев

Люди, которых мы подключили к проекту, чем-то напоминают «Мстителей» — супергероев с разными умениями, которые придут и продемонстрируют свои достижения в силе и скорости. Ведущий преподаватель «Новой нормы» Лев Манович, известный теоретик диджитал-медиа, который вошел в список 50 людей, которые создают будущее, по версии The Verge. Сейчас Лев занимается тем, что он называет «культурной аналитикой», большую часть которой составляет интеллектуальный анализ данных, распознавание шаблонов, моделей, структур, исследование культурных явлений. В результате получается цифровая визуализация социальных и культурных процессов, закономерностей в которых раньше никто не замечал. Даниэл ван дер Велден и Винка Крак из голландской исследовательской студии Metahaven занимаются графическим дизайном, но еще и снимают видео, работают с инсталляциями и выставками, рекламой и антирекламой. Лиам Янг, архитектор-футуролог, изучающий современные тенденции урбанистики, дизайна и технологий, будет работать со студентами над сторителлингом, используя практики кинематографа. Междисциплинарные дизайн-практики очень активно развиваются во всем мире, и мы хотим, чтобы студенты могли использовать и комбинировать все эти инструменты. В этом году мы очень ждем и сценаристов, и писателей, и людей, увлеченных кино, а также веб-разработчиков, социологов, журналистов, экономистов, то есть далеко не только архитекторов, урбанистов и дизайнеров.