Deep learning, big data, интернет вещей, саморегулирующиеся фабрики, 3D-печать и печатная электроника — все эти технологии, каждая по-своему, ведут мир к очень существенным изменениям. Аналоговый мир с каждым днем становится чуть дальше, а цифровой — все ближе. О четвертой промышленной революции и переменах, которые она привнесет не только в жизнь индивида, но и в саму его сущность, рассказывает Степан Лисовский, аспирант МФТИ, сотрудник кафедры нанометрологии и наноматериалов.

Цифровая реальность и обработка данных

Степан Лисовский
Степан Лисовский

Основу цифровой реальности пока составляют привычные нам сенсоры и датчики под управлением микропроцессоров. С внедрением технологий печатной электроники они станут массовыми и доступными. При этом на эту самую реальность есть другой взгляд — не столько с точки зрения физики, сколько социологии. Уже сейчас мы можем многое сказать о человеке по его странице в социальной сети, даже не только и не столько по анкетным данным, сколько по его поведению, подпискам и так далее. А поскольку соцсеть — продукт исключительно цифровой, очевидно, что человеческое поведение, а значит, и сам человек стали частью цифрового мира, оказались в некотором виде оцифрованы. А дальше — только больше.

Что касается обработки цифровых данных — казалось бы, все помнят «Ты всего лишь жестянка, имитация жизни, тебе никогда не написать симфонии Баха» из фильма «Я, робот», но все идет к тому, что скоро эта фраза навсегда застрянет в горле, а локальным Бахом — при содействии «тупой жестянки» — сможет стать каждый второй. Алгоритмы уже позволяют с высокой точностью идентифицировать человека по фотографии, рисовать (на неискушенный взгляд) как великие художники, обыгрывать лучших игроков в го и тому подобное. Технологии позволяют обрабатывать гигантские массивы данных, структурировать их и показывать человеку лишь ключевые вещи. Мир становится ближе и понятнее. Но вместе с тем он становится прозрачнее, он менее прикрыт от любопытного взгляда.

Воплощение цифры

Форматирование цифровой информации в максимально близкий человеку вид (а именно этим занимается 3D-печать) в некоторой степени олицетворяет процесс того, как цифровые технологии отвоевывают нишу у традиционных аналоговых. Но речь даже не о трехмерной печати. Дополненная, виртуальная реальность заполняет старый добрый мир, знакомый нам по непосредственным ощущениям. Впрочем, «старый добрый», но связанный с интернетом вещей, тоже начинает крутиться вокруг человека по законам цифрового мира.

Статистика перестанет быть одним из трех главных источников лжи, а станет честно подбирать ответы на вопросы, опираясь на всю многосложность массива данных

Итак, к чему же все идет? Отвечать можно лишь очень условно, потому что изменения обещают быть катастрофически масштабными. Скажем, представьте себе мир, в котором для каждого человека ведется детализированная история болезни, в которую включено вообще все, что может иметь значение. Представьте, что все это объединено в гигантскую базу данных сумасшедших объемов, которую специальный алгоритм пролистывает минут за пять в поисках ответа на какой-нибудь специфический вопрос и, к примеру, после отвечает, что причина ожирения конкретного пациента заключена в большей мере в отсутствии специфического гена, на основании чего порекомендует внести корректировку в диету, автоматически настраиваемую для пациента окружающим миром, а заодно скорректирует его репродуктивную программу.

Диджитал-утопия

Представьте себе мир, в котором солнечный свет летит на Землю, чтобы встретиться с солнечной батареей и отправить в дальнейшее путешествие электрон. Он идет сверхзамысловатыми траекториями по целому каскаду маршрутов и запускает мириады процессов, окружающих человечество, которые самостоятельно организуют все для удовлетворения его базовых потребностей в ничем не отягощенном существовании. Представьте, что экономика больше не похожа на джунгли, в которых выживает сильнейший, а является прогнозируемой и настраиваемой, и каждому находится место для нормального существования.

Утопия, безусловно. Но мир усилиями человека будет двигаться в сторону большей разумности и уменьшения бессмысленных страданий. Мир все больше будет функционировать на цифровых рельсах, что несет с собой безынерционность, мощь вычислительных способностей, внетерриториальность, вневременность, универсальность. Некоторые узкие и сложные сферы человеческой деятельности из тех, что уже существуют обособленно друг от друга, вдруг найдут совместные универсальные решения и в нынешнем виде уйдут в прошлое как примеры слишком расточительных трат человеческих сил, оставив после себя унифицированные, более оптимальные процессы.

Так, юриспруденция, банковское дело, построение бизнеса, бухгалтерия, администрирование, управление, метрологический контроль, основанные на работе с большими базами данных и принятии множества рутинных решений, обретут мощнейший инструмент в виде алгоритмов вроде нейронных сетей. А быть может, станут не более чем их специфическими приложениями. Таким образом, статистика перестанет быть одним из трех главных источников лжи, а станет честно подбирать ответы на вопросы, опираясь на всю многосложность массива данных; логистика движения всего мира в целом и в частностях будет происходить на одном уровне, сократится место для неопределенности, в результате чего исчезнет большая часть существующей нынче переплаты за риск и перестраховки, а значит, колоссально повысится эффективность. Говоря физически, мир лишится большей части привычных нам трения и рассеяния на границах разнородных систем, изменения будут распространяться быстро, области когерентности увеличатся, возрастет прозрачность на всех уровнях. Мир станет еще ухищреннее, дальше от человека, чтобы казаться ему ближе. Но поменяется не только окружающая действительность, наводненная всеми этими технологиями, — поменяется и субъект, человек, так же как и общество, государство. И это, возможно, самая существенная часть ожидающих нас изменений.

Будущее индивида

Человек, осваиваясь в цифровом мире, будет оставлять в нем цифровой след, по которому можно будет получить доступ к траекториям его существования. Они будут систематически учитываться, что станет одним из серьезнейших конкурентных преимуществ предлагаемых потребителю продуктов. В результате бытование человека станет гораздо более корректно сформулированным для учета и удовлетворения. Работа с внутренним миром человека будет вестись технично, но его ожидает отчасти то же, что происходит с внешним миром для людей, — отчуждение. У человека появится по масштабам как бы еще одна вселенная, но уже привязанная к его индивидуальности, в которой он со временем, возможно, даже сам перестанет разбираться, отдав все на откуп технологиям.

Если раньше мир был для всех один, то теперь он будет для каждого свой. В зачаточном виде это можно наблюдать по соцсетям, где для каждого пользователя сформирована своя новостная лента, создающая индивидуальное окружение. Люди будут отгораживаться друг от друга для удобства и удовлетворения потребностей. Насколько это потребуется, сегрегация траекторий бытования будет происходить и в реальном мире, как это уже, в принципе, происходит: разные кварталы для проживания, разные магазины, улицы для прогулок, разные места отдыха и так далее, но теперь это может происходить на более индивидуальном уровне и снабжаться средствами дополненной реальности. Представьте, что ценники в одном и том же магазине будут подстраиваться под каждого индивидуально. После этого можно смело представлять возможности для расщепления мира. Тем не менее, несмотря на индивидуализацию, останется необходимость в некоторой общей для всех платформе, с помощью которой все будут обращаться к единой данности. Если в доцифровую эпоху этим местом был реальный мир, то теперь им может стать и виртуальная реальность, и единые принципы реальности дополненной, со всеми вытекающими отсюда особенностями.

Кто будет определять образ человека будущего, кто будет заказчиком изменений: компании, вовлеченные в четвертую промышленную революцию, государство или иные человеческие структуры, включая религиозные и национальные?

Важно, что, формируя реальность, в которой будет происходить взаимодействие людей с миром и между собой, можно в определенной степени настраивать характер этого взаимодействия и, как следствие, черты личности, воспитываемой в такой среде. И если возможности по формированию прежнего реального мира были довольно ограниченны, то теперь многие границы окажутся в прошлом. Человеку можно будет предложить нечеловеческий опыт, создавая симуляторы реальности, да и просто реальность с другими принципами взаимодействия между объектами и субъектами, формируемыми правами доступа и законами перемещения. Вслед за этим будут меняться и этические, и эстетические принципы человека, и его способ познания действительности. Причем меняться, возможно, будет не только человеческая идентичность, но и сама структура личности, вплоть до экзистенциальных категорий. В связи с этим одним из важнейших вопросов является то, кто будет определять образ человека будущего, кто будет заказчиком изменений: компании, вовлеченные в четвертую промышленную революцию, или государство, или иные человеческие структуры, включая религиозные и национальные? Вероятно, нас ждет ожесточенная борьба между этими старыми сущностями за право оставаться столпами человеческого бытия.

Цифровая информация и три ее кита

Впрочем, можно предположить, что некоторые атрибуты привычного нам сегодня цифрового мира никуда не денутся:

— цифровая информация объективна, протоколирование фактов разрушает привычные человеческие факторы, основанные на возможности забывания, перекраивания в памяти прошлого, игнорирования и расставления акцентов внимания, формирования необходимого мифа и образа себя, которые являются основой идентичности;

— цифровая информация на сегодняшний день пока плохо структурирована с точки зрения происхождения, в связи с чем, скажем, одни и те же кадры могут использоваться для представления двух противоположных по смыслу событий; в будущем большое развитие может получить так называемая информационная экология;

— доступность цифровой информации зависит от выставляемых прав доступа, в физическом мире это можно представить как некоторый эквивалент одежды; понятия стыда и интимности, вероятно, претерпят изменения в соответствии с новыми реалиями, и то, каким станет человек, можно будет предположить в том числе по тому, как будут распределены права доступа, у кого будут особые права и как это будет регулироваться.

Как можно понять, новый мир не только даст человеку множество новых возможностей и раскроет невиданные прежде горизонты, но и изменит самого человека. Потому так важно осознанно участвовать в создании будущего, чтобы в конечном счете не человек существовал для мира, а мир — для человека. С точки зрения постмодернизма смерть субъекта как центра смыслообразования уже наступила, смыслы формируются на надчеловеческом уровне, а человек выступает лишь их проводником в тех или иных ситуациях. Так ли это или мы лишь в переходном периоде, на пороге новой эпохи с новым постклассическим идеалом человека, покажет время. Вероятно, ждать осталось совсем недолго.

Не пропустите следующую лекцию: