Студенты, которые учатся в других странах, рассказывают, в чем разница между образованием в России и за границей.

Дарья Туминас, 26 лет


— Где, чему ты учишься, как давно?

— Я учусь на годовой магистерской программе Film and Photographic Studies в Лейденском университете в Голландии. Занятия начались в сентябре 2010.

— Ты училась в российском вузе? Какие воспоминания?

— Я училась в СПбГУ на филологическом факультете, русское отделение. Сначала на специалиста, а потом и на магистра. Занималась фольклором. Воспоминания исключительно положительные. Опыт, который я получила во время обучения, очень помогает мне сейчас. Даже несмотря на то, что я полностью поменяла свою профессиональную направленность (от филологии к фотографии), все предыдущие знания мне помогают.

Программа на моем бывшем факультете была необычайно насыщенной: от латыни и старославянского до герменевтики и психо- и нейролингвистики. Это было здорово, но главный минус такой разносторонней направленности заключался в том, что программа совсем не учитывала, сколько времени студентам понадобится на подготовку. На тебя просто сваливались огромные списки литературы и задания. В результате возникала паника. В Лейдене в этом отношении почти идеально все просчитано.

«В Лейдене все на равных, тогда как в России некоторые преподаватели путают интеллигентность с пафосом»

Большинство преподавателей невероятно вдохновляли. Хотела их перечислить, но это практически невозможно — слишком много. Больше всего я обязана Светлане Борисовне Адоньевой и Инне Сергеевне Веселовой — моим руководителям. Все, что они делают, для меня необыкновенно интересно, я им за многое благодарна. Важно, наверное, и то, что я очень долго оставалась на факультете, в общей сложности 8 лет. За такое время естественным образом концентрируешься на том, что действительно именно тебе необходимо, и на тех, кто наиболее близок.

Если в целом сравнивать российское образование с голландским, то существует большая разница в отношениях преподавателей со студентами. В Лейдене студенты спокойно ведут диалог о построении курса. Если им не нравятся конкретные вещи, это открыто обсуждается с преподавателями. Результатом таких переговоров становятся изменения в методике, материале. Тут все на равных, тогда как у нас некоторые преподаватели путают интеллигентность с пафосом.

— Где ты сейчас живешь?

— Когда только приехала, жила в Лейдене — из-за регулярных занятий. А сейчас я не привязана к месту учебы, поэтому перебралась в Амстердам. Живу в самом центре, за комнату плачу по местным расценкам копейки — 400 евро. Считаю, что очень повезло. Совершенно случайно нашла этот вариант, поскольку меньше, чем за 600 в центре ничего не найти.

— Какие бонусы дает статус студента?

— Если ты студент иностранный, то мало. Скидки в музеях, кино, где-то еще. Но проезд ты сам оплачиваешь, а это относительно много, потому что все время мотаешься по разным городам.

[FOAM](http://www.foam.org) — голландская организация, организует события, связанные с фотографией. Состоит из множества площадок: музей, [журнал](http://www.foammagazine.nl), образовательные программы, библиотека, лаборатория и так далее.

— Над чем ты сейчас работаешь?

— Пишу эссе с рабочим названием «Threads, Needles, Pins, and Photography or How to Kill Index and Make Place Relevant?». Параллельно пытаюсь читать литературу по диплому. Плюс у меня интернатура в журнале FOAM, на нее тоже уходит много времени. Там я занимаюсь тем, что помогаю редактору делать ближайшие два номера: думаем над концептом, содержанием, как и что построить, кого пригласить писать тексты, какие проекты публиковать и так далее. Еще мы с подругой пытаемся заниматься одним кураторским проектом. Много времени занимает поиск гранта на следующий год: сбор бумажек, оформление.

— Как успехи?

— Не все получается блестяще, но, безусловно, я узнаю много нового и важного — и теоретически, и практически. Уже было пару выставок в Амстердаме, круглый стол с моим участием, публикации в журнале GUP и победа в нескольких конкурсах. Однако, я все равно ощущаю, что не успеваю многого, например, с интернатурой пришлось перестроить график — теперь встаю в 7 утра, а заканчиваю работу в 7 вечера. Дома к полуночи начинает вырубать, и промежуток, в который ты можешь позаниматься, — час-полтора.

«Видишь, как люди работают вместе, — никто не пытается показать, кто здесь самый главный или умный. В России я этого почти не наблюдала»

Самый же главный успех — внутренний. Появилось ощущение, что ты реально можешь заниматься тем, что так нравится, без препятствий, тебя всегда поддержат и оценят работу по достоинству. В России это все было несколько по-другому, как-то безысходно немного. То есть конкретные люди и организации (Фотодепартамент, Объективная реальность, Школа Родченко и т.д.) делают очень много. Но когда подобных организаций — огромная сеть, то ощутимого результата можно достичь гораздо быстрее.

[Хелен Вестгист](http://www.hum.leiden.edu/icd/organisation/members/westgeesthf.html) — голландский теоретик современного искусства и фотографии, профессор Лейденского университета. В апреле выходит ее книга «Photography Theory in Historical Perspective. Case Studies from Contemporary Art».

— Какой у тебя самый крутой профессор?

— Их двое: Хелен Вестгист и Эрик де Брейна. Хелен вела теорию фотографии, она же — мой научный руководитель. Эрик преподавал теорию медиа и историографию кино. Оба они — отличные лекторы, при этом всегда находят время на общение со студентами — час-два в неделю ты просто можешь один на один посидеть и поговорить с ними о том, что пишешь.

Если брать шире, то я могу назвать моими учителями весь персонал FOAM. Они все невероятно крутые. По средам у нас проходят встречи редакторов: Marloes Krijnen, Marcel Feil, Caroline von Courten, Pjotr de Jong. И я — как интерн, занимающийся контентом журнала. Каждая такая встреча вдохновляет. Видишь, как люди работают вместе, — никто не пытается показать, кто здесь самый главный или умный. В России я этого почти не наблюдала.

— Как выглядит процесс обучения? Опиши свой обычный учебный день.

— Курсов немного, но много задают на дом. Много групповых заданий: например, сделать втроем презентацию или написать какой-нибудь текст. Сначала это было непривычно, но когда везет с группой — это прекрасно, а вот когда нет — кошмар. И не всегда можно было выбирать команду.

Много пишем. Даже экзамены — все письменные. Помню, как по теории медиа письменно отвечала на вопросы в течение пяти часов. Письменные экзамены — это непросто, но хорошо. Тебя успевают опросить буквально по всему курсу, а не как у нас — два вопроса из сорока. То есть на авось там не прокатывает ни при каком раскладе.

— Какое самое главное знание или умение, которое ты получила в процессе обучения?

— Сложно сказать, я еще только в середине процесса. Главное умение заключается в том, что я научилась комфортно себя чувствовать в командной работе.

— Дорого жить и учиться?

— По-разному. Продукты могут быть даже дешевле, чем в России. Проезд дороже. Комната — дороже, но не намного. Самое дорогое — это обучение. На нашей программе расценки такие: около 16 000 евро для иностранцев и 1-2 тысячи для местных. Но мне повезло, я про деньги не думаю, у меня грант. Всем, кто хочет учиться в Голландии, искренне советую озаботиться его получением. Что может быть лучше, когда оплачивается буквально все: от обучения до проживания, визы и билетов на самолет. Я ехала сюда почти без копейки. Личные деньги ушли на оформление документов — сдача TOEFL, официальные переводы и заверения всех дипломов и справок.

«Сейчас я не привязана к месту учебы, поэтому перебралась в Амстердам. Живу в самом центре, плачу по местным расценкам копейки — 400 евро»

— Планируешь вернуться?

— Да. Но на год, на два — максимум. Исключительно ради работы над определенным проектом. Именно сейчас очень хочется его реализовать, а то потом может что-то перемениться. Сейчас я как раз получила частичное финансирование. Если бы не оно, я бы сомневалась: в Голландии не так уж сложно найти жилье и работу мечты, снимать и жить фантастически. Но у меня внутри бунтует такой маленький человек, которому очень хочется сделать большой проект именно в России, и как только я его закончу, опять куда-нибудь поеду. Не потому, что тут плохо, а там — хорошо. Просто интересно узнавать что-то новое.

— Где будешь работать, когда выпустишься?

— Буду делать личные проекты. Снимать и, возможно, параллельно заниматься какими-то кураторскими вещами. Устроиться можно в любую организацию без проблем, но хочется заниматься собственным делом.