Общественные науки: социология, политология, антропология — больше других рефлексируют на тему своего предназначения.

Пожалуй, ни одна другая академическая отрасль не обладает таким зарядом самокритики и пессимизма, как социальные (или общественные) науки. Самые маститые ученые задаются вопросами «А что я вообще здесь делаю?» и «Кому это нужно?». По мере своего развития они приходили ко все более и более неутешительным ответам:

  • Нет, ученый не может оставаться абсолютно нейтральным по отношению к предмету исследования, так как сам живет в обществе и имеет личные интересы, поэтому результаты исследования всегда будут искажены.

  • Нет, никакие общие закономерности в жизнедеятельности общества выявить невозможно.

  • Человек — объект исследования, и очень трудно формализуемый объект.

  • Абсолютной истины в социальных науках не существует, все зависит от точки зрения, так что и изучать тут нечего.

Тем не менее, миллионы студентов по всему миру получают дипломы социологов, антропологов, культурологов или политологов. О чем думают те из них, кто решает отдаться науке, если на главные вопросы их предшественниками уже был дан ответ «нет»?

В 2006 году в США [150 000 бакалавров, 30 000 магистров и 4000 докторов](http://www.nsf.gov/statistics/nsf08321/pdf/tab42.pdf) получили свои степени в области социальных *науках*. Там же с начала 2010 года на гранты по социальным, экономическим и бихевиористским *наукам* было выделено около [$ 200 000 000](http://www.nsf.gov/awardsearch/tab.do?dispatch=4&ProgOrganization=SBE&RestrictActive=on), причем средний размер гранта равен $150 000.

Социальные науки очень молодые, гораздо моложе физики или биологии — им лет 150. В середине 19 века они стали восприниматься как науки, до этого была общественная мысль. Сейчас проводится много качественных профессиональных исследований в той же социологии, но что знает о них широкая публика? Представление обывателя о социальных науках складывается тогда, когда он набредает на новость о том, что «британские ученые установили», что у обладателя айфона больше шансов уложить в постель девушку, нежели у несчастливого владельца телефона другой марки. Логично недоумение читателя: зачем нужны такие странные социологи и кто им платит деньги за выяснение очевидных вещей.

Социологи виноваты сами. Запутавшись в своем пессимизме и в определенный момент перейдя от конструктивных критических рассуждений и интеллектуальных дебатов к анархическому релятивизму и, грубо говоря, всего лишь описаниям действительности, они сами передали пальму первенства историкам.

Даже Ноам Хомский, звезда современной социальной науки, в одной из последних своих лекций говорил о том, что никакие теории в общем-то не нужны, а чтобы анализировать общество и быть экспертом, достаточно обладать всего лишь здравым смыслом.

Поэтому сейчас перед молодыми учеными стоит основная задача — вернуть общественным наукам авторитет, ввести их снова в публичный дискурс, обратить на них внимание медиа, и, как следствие, призвать общество к саморефлексии.