Интервью с фотографом Филом Толедано: «Хотел бы я знать, откуда приходят идеи»
,
У фотографа Фила Толедано успешная коммерческая карьера: его снимки публикуются в таких изданиях, как The New Yorker, NYT Magazine, Fast Company, Interview, Maxim и многих других. Последние, более личные серии, документируют его прощание с отцом, который так и не смирился со смертью своей жены в последние несколько лет своей жизни. В интервью The99percent.com фотограф рассказал об успехе этого проекта, природе идей, страхах и популярности.
— Как к тебе приходит идея и как ты понимаешь,что с ней дальше делать?
Я размышляю о природе идей уже какое-то время и понимаю, что часто оцениваю ту или иную мысль, просто говоря о ней вслух. Я болтаю с друзьями и делюсь с ними чем-то, и только в этот момент понимаю, хорошая это идея или плохая. Если я чувствую, что все в порядке, то начинаю это делать.
— Как ты заставляешь себя работать?
— Я люблю смотреть всякие картинки в сети, часто вдохновение приходит оттуда. Иногда я смотрю на какие-то вещи и понимаю, что ничего даже похожего мне сделать не удастся никогда. Я чувствую, что еще очень и очень далеко от того, что делают люди. Так что я просто хочу стать лучше — наверное, это и есть самое сложное. Я хочу больше удивлять себя, хочу смотреть на то, что я сделал и думать: «Блин, как я вообще мог такое придумать?».
— Как к тебе пришла мысль запечатлеть последние дни жизни твоего отца?
— Я заботился о нем последние три года, но фотографировать начал примерно за полтора года. Всего я сделал около 150 фотографий — не так много, но я не хотел, чтобы творческий процесс стал значить больше, чем уход за отцом. Я начал записывать некоторые вещи: всякие слова, которые он говорил, и события, которые происходили, — сначала только для того, чтобы запомнить, у меня ужасная память.
— Ты ожидал, что так много людей оценят твой проект?
— В каком-то смысле это был уникальный опыт и большой сюрприз, потому что я не думал, что хоть у кого-то будет интерес к этой работе. Я имею в виду, что делал это прежде всего для себя, это такой очень личный проект. Не думал, что кто-то поймет вообще, о чем это, и почувствует какую-то связь с этими фотографиями.
Но когда я выложил их в сеть, произошла какая-то магия: я начал получать тысячи писем. Около 2 миллионов людей посетили мой сайт, мне предложили написать сценарий и все такое. Но самое удивительное в этом всем, что это подсказало мне направление, в котором я должен двигаться.
— Какое же?
— Начнем с того, что это вообще была большая честь для меня. Не так часто тебе в жизни выпадает шанс кому-то помочь. И каким-то удивительным образом вся эта история помогла большому количеству людей. Я получил письмо от женщины, в котором она писала: «Я была так тронута тем, что вы написали и сфотографировали, что почувствовала сильную необходимость написать вам, насколько это прекрасно. У меня никогда не было настоящих отношений с моим отцом, и я поняла, что мне нужно это восполнить. Наверное, это всего лишь какой-то временный отрезок прозрения, но я хотела сообщить вам, что, возможно, вы изменили мою жизнь».
И это не единственная такая история: мне каждый день приходили такие письма. Люди говорили какие-то невероятные вещи. Это реально очень сильно прочищает мозги. Я почувствовал, что если умру завтра, то по крайней мере, я сделал что-то стоящее в этом мире. Возможно, для очень небольшого количества людей — но я хотя бы что-то сделал. Это намного больше, чем пару лет назад.
— Как ты себя почувствовал, когда понял, что проект стал очень популярным?
— Ну, это было интересно, скажем так, потому что в последнее время я много думал о мире искусства. Я думал, например, что когда ты идешь в галерею и читаешь подпись под картиной, всегда абсолютно непонятно, что имелось в виду. Это просто феерия ссылок, коннотаций, каких-то странных имен, которые ничего мне не говорят. И у меня такое чувство, что они никому особы непонятны вне этого уютного мирка кураторов и галеристов. Так что в этом мире мы, по большому счету, разговариваем сами с собой — что достаточно наивно. Впрочем, какая-то часть меня чувствует, что было бы неплохо, если бы искусство меняло мир к лучшему, вдохновляло бы людей и наглядно демонстировало бы, что все возможно.
Так что главное, что я понял во время проекта, и понял это уже постафактум: это книга о любви. И это книга, если посмотреть объективно, о том, что прощание может быть ужасно красивым. Мы понимаем, что рано или поздно придет пора прощаться с родителями, но если мы по-настоящему любим их, это может быть по-своему прекрасный опыт. Так что в этом проекте есть и какая-то польза: как для меня, так и для других людей.
— Этот проект что-то изменил в твоем творчестве?
— Мой отец — художник, и я помню, как в детстве говорил ему о том, что я тоже хочу им стать. Я говорил ему, что если могу сделать что-то, что изменит жизни людей, изменит их представления о чем-то, — вот ради этого и стоит работать.
Но я могу делать только то, что я умею. Я просто работаю с идеями, которые кажутся мне близки, я говорю о вещах, которые мне интересны, и надеюсь, что кому-то это покажется интересным. Так и возник проект Kim Jong Phil. Я не знаю, честное слово, может, все это просто какая-то фигня? Может я просто пью какую-то мочу и уверяю себя, что это самое лучшее белое вино, которое только возможно? Понятия не имею. И никто никогда в искусстве не имеет понятия. Ты просто надеешься, что сделаешь какую-то вещь, которая будет что-то значит — в первую очередь, для тебя, а потом уже для людей.
Комментарии