© Станислав Сабиров ###В рубрике «Рабочий класс» T&P просят молодых людей, которые добились успеха в своей области, рассказать о том, как им это удалось. Диане Новичихиной 23 года, из них она работает 9 лет. В ее карьерном багаже многолетний опыт работы в студии [Артемия Лебедева](http://www.artlebedev.ru/), где она начинала курьером, став руководителем [проектов](http://www.artlebedev.ru/search/search.html?text=%D0%B4%D0%B8%D0%B0%D0%BD%D0%B0+%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87%D0%B8%D1%85%D0%B8%D0%BD%D0%B0), год в студии интерактивного дизайна [Zero](http://www.zero.ru/), три неудачных месяца в маркетинговом отделе ВГТРК, кураторство группы Narkotiki. **Я поступила в ВУЗ, но учиться не стала (в итоге я сменила три университета), и совершенно случайно пошла работать в Cтудию Артемия Лебедева курьером.** Оттуда попала на ресепшн младшим секретарем. Затем стала офис-менеджером. Затем руководителем административного отдела — грубо говоря, за все несла ответственность. А потом решила, что я очень устала и решила уволиться. И мне предложили работать в иллюстраторском отделе руководителем проектов. Так, собственно, все и началось. А когда в какой-то момент я поняла, что все впитала, перестала там учиться, то все-таки уволилась. И пошла работать в студию интерактивного дизайна Zero, год вела веб-проекты. И это было мое, так сказать, разочарование, потому что я поняла, что после Cтудии Лебедева работать на постоянке в любой другой дизайн-студии я не могу. Студия — это образец профессионализма и адекватности. Поэтому сейчас я работаю на аутсорсе. **Работая у Лебедева офис-менеджером, я прошла огонь, воду и медные трубы.** И вообще все на свете прошла. У тебя есть где-то 200 человек, и все они от тебя чего-то хотят, начиная от того, что заболела кошка, заканчивая тем, что через 5 дней всех нужно срочно вывезти всех на корпоратив в Карелию. Так вот, по сравнению с этим любая моя работа, которой я занималась после, просто ерунда. Было время, когда я психовала, ревела в туалете, сдавали нервы, спала по 2 часа в сутки, работала одна перед новым годом. Адская работка, в общем, — но в тот момент я доказала самой себе, что я могу все, что касается организации. Я могла организовать абсолютно все — однажды даже задерживала сотруднику самолет. Правда, в итоге он приехал в другой аэропорт. **Одна из основных причин, почему после Студии я не могу работать в маленьком агентстве — там нельзя говорить «нет» клиенту.** Например, приходишь к Лебедеву, говоришь, такая ситуация, клиенту не нравится, что делать? А он отвечает, у нас все отлично, мы все сделали по брифу. И я начинаю договариваться с клиентом, объяснять, что все сделано, как надо. Студия хороша тем, что ты можешь говорить нет. Проблема клиента в том, что он платит деньги и изначально относится к тебе не как к профессионалу, а как к рабочему, который кладет тебе плитку в ванной. Мол, я лучше знаю, что мне нужно. А самом деле, он ничего не знает. Но бывают клиенты, которые действительно знают. Остальным нужно помочь понять, чего же они хотят. Понимание того, что нужно, ко мне пришло не сразу. Просто я работала с талантливейшими дизайнерами: с Темой, Людвигом, Ильей Михайловым, Смартом. Если слушаешь и слышишь людей, и тебе не все равно, чем ты занимаешься, то ты будешь понимать, что им нужно. Я не считаю, что круто просто говорить нет, потому что мы умные, а клиент дурак. Нет всегда должно быть очень хорошо аргументированно, свою позицию нужно доносить до клиента и объяснять ему обязательно почему то, что хочет он, ему не подходит. Это располагает клиента к доверию. При таком подходе к делу и клиент остается доволен, и дизайнеры, и я, и вселенная. **Нужно, чтобы рекламные агентства и дизайн-студии старались выполнять заказ не по типу «клиент нам платит деньги, давайте делать так, как он хочет», а пытались доказать свою позицию.** Не орать на клиента, что он идиот, конечно, — есть более тонкие ходы. Сейчас я сотрудничаю с проектной группой, креативным бюро [«Сила»](http://s-i-l-a.com/). Я люблю их за то, что они [идейные](http://theoryandpractice.ru/videos/8-anton-shnayder-i-andrey-zubrilov-sila-pravda-khitrost-chast-1). У нас примерно с ними одинаковое видение того, как должен происходить процесс. Они не просто делают дизайн, им неинтересно сделать просто то, что хочет увидеть клиент — они мыслят иначе.

Творчество работы руководителя проектов заключается в том, чтобы заставить работать всех, весь процесс. Я реализовываю весь проект, а креативом занимаюсь не я. Менеджер проектов — это тот человек, который доводит проект из точки А в точку Б. Вот и все. В этом нет ничего сложного, черт возьми. Эту работу может сделать кто угодно. Ты просто видишь перед собой задачи и выполняешь их. Ты знаешь, с чего начинается проект, ты знаешь, что тебе надо иметь на выходе, ты видишь ступеньки, по которым тебе нужно пройти и проходишь их. Где-то нужно быть гибким, где-то принципиальным. Но по сути задача состоит в том, чтобы довести проект до конца и сделать так, чтобы все были довольны. И дизайнеры, если это дизайн-проект, и поставщики, и музыканты, и вообще все на свете должны быть довольны. И я, конечно же.

Если бы я была руководителем проектов в каком-то рекламном агентстве, я бы задумалась над тем, чтобы сменить профессию через месяц. Это абсолютно точно. Но у меня ситуация такая, что у меня есть возможность выбирать клиентов, мне поступают разные предложения. Даже предлагали стать руководителем отдела маркетинга на молокозаводе. Я могу выбирать людей, с которыми мне приятно работать. Хороший тому пример компания Goodman, а вот нехороший — «Газпром». Они ко мне обращались, но я отказалась, так как мы не сошлись в моральных, так сказать, ценностях. Вообще я не могу понять, как можно продаваться за деньги. Точнее могу, но мне это не близко. Или же выпускать говно только потому, что это было утверждено брифом.

На ВГТРК я поразилась всему тому, что там происходит. Меня туда позвали курировать введение фирменного стиля в жизнедеятельность телеканала, который они анонсировали где-то полгода назад. Опять-таки дизайн — новый логотип, форма корреспондентов — у ВГТРК же много подразделений, везде свои логотипы, отделы и начальники. Все это надо было с ними утверждать. Согласовывать, как должен выглядеть каждый бланк, визитка, проследить за производством. Не сложилось у нас потому, что по сути моя должность им была не нужна. Потому что согласовывать что-либо не было необходимости. Маркетинговый отдел не был готов к тому, чтобы отстаивать свою позицию. К сожалению, многие люди в ВГТРК боятся потерять свое насиженное место в компании, процесс там не идет. Вносились безоговорочно практически любые правки от вышестоящих инстанций — от людей, которые не имеют ни малейшего представления о композиции, верстке и о назначении брендбука. Изначально я горела желанием что-то на телеканале изменить. Немного времени мне понадобилось, чтоб понять, что изменить там ничего не получится. Я не хочу тратить свое время на работу ради того, чтобы у меня просто была работа. В итоге они сами поняли, что взяли человека, который им не нужен. И как-то так сложилось, что в один день они хотели мне сказать, что урежут зарплату и переведут на другую должность, а я как раз хотела сообщить, что увольняюсь. И была абсолютно счастлива, что наши отношения не сложились, ибо на второй месяц я уже выла. Не могу себе представить, как люди так годами работают.

В основном, все мои друзья с такой же профессией занимаются только одной сферой. Все цепляются за одно направление и начинают в нем вариться. Мне же все равно делать ли обложку книжки или дизайн молочного пакета. Более того, мне было бы скучно заниматься только одним направлением. Процесс везде один и тот же. Единственное, есть нюансы технологического, производственного характера, но в них, при желании, очень быстро разбираешься. В интернете ты за два дня узнаешь все о новой сфере. Я говорю о том минимуме, который тебе нужен для руководства проектом. Естественно, я не о строительстве завода и тяжелой металлургии. В сфере дизайна и развлечений все достаточно просто.

Сейчас меня называют директором группы Narkotiki. Нам не нравится это слово. Я называю это либо куратор, либо менеджер. С ребятами я с самого начала. Я была с ними даже тогда, когда они не были группой. Один из них был курьером, а другой печатником в типографии. Собственно, Андрей, солист, был печатником, а я работала на ресепшене — романтично, да? Группа существовала в Хабаровске, в Москву они приехали покорять вершины шоу-бизнеса. После того, как появился первый хит, стало понятно, что надо начинать концертную программу. И не было альтернатив, кроме как сделать меня менеджером, потому что у меня уже был какой-то опыт. В общем, все та же работа, — руководить процессом. Продавать, концерты организовывать, интервью, альбом выпустить, подписать договор, найти спонсоров под вечеринки, встретиться с ними, подготовить все к съемкам клипа. Контактов у меня тогда почти не было. Искала я их в интернете, «Вконтакте», друзья помогали, знакомства цеплялись за знакомства, а потом сами промоутеры стали обращаться, когда группа стала популярной. Мы даже на первом концерте собрали полный зал. Я всегда ездила с ними на гастроли. Каждые выходные новый город, поезда, самолеты. Вот в Петербург недавно их отправила одних, потому что у меня был ивент. Это была их первая вылазка. Я напоминала им все, что нужно сделать, от таких вещей, как «поставьте на сцену бутылки с водой и полотенца, много не пейте, успеваете ли вы по саунд-чеку» и т.д. Но они все равно все забыли.

Тенденция сейчас такая, что везде нужны люди с хорошим опытом работы, а не с высшим обраованием. Нужны те, кто готов сделать работу хорошо и знает как это сделать. По большей части, ко мне обращаются потому, что от кого-то обо мне услышали. Я участвовала в организации «Ночь анимации 2×2»: в кинотеатре «Пушкинский»: были аниматоры, которые всех развлекали, китайские драконы, лимон в костюме, игры мортал-комбат. Надо было найти персонал, сшить костюмы — все это была моя задача. Не шить, конечно, а организовать. Есть люди, которые отвечают за техническую часть, есть люди, которые отвечают за декорации, а я отвечаю за развлекательную программу. Когда организовываю вечеринки, я только букирую и решаю вопросы по площадке, то есть договариваюсь о помещении, о ценах, опять-таки об аниматорах, артистах, шариках, клоунах. В общем, как обычно занимаюсь организаторской работой. Еще занимаемся с ребятами из NRKTK промогруппой «Бояре», делали вечеринки в клубе «Шестнадцать тонн», привозили разных артистов — таких, как Pictureplane или HEALTH. Сейчас поставили это направление на паузу из-за проблем с площадками средних размеров в Москве. Но, надеюсь, скоро возобновим.

Руководитель проектов — это просто красивое название. Все мы просто менеджеры. Продаем клиентам то, что они хотят. У всех немного разные обязанности. Кто-то занимается продюссированием проекта, то есть только производственной частью, кто-то утверждением с клиентом, кто-то продажами. В некоторых агентствах есть менеджер, который продает услуги агентства, затем аккаунт-менеджер, который общается с клиентом во время проекта, а менеджер по производственной части контактирует с дизайнерами и аккаунт-менеджером. Я же совмещаю в себе все эти должности. Мне интересно заниматься всем сразу. Если бы мне было интересно заниматься только разработкой, я бы ей и занималась. В какой-то момент я устала от аккаунт-менеджмента, слишком много клиентов было в моей жизни. Многие менеджеры, которых я знаю по работе, не принимают собственных решений, боятся спорить с арт-директорами — это главная проблема. Они становятся форвард-менеджерами, просто провозят письма от клиента к дизайнеру, от дизайнера к клиенту — замкнутый круг. Если ты руководитель, то, пожалуйста, руководи всем процессом.

Моя основная философия — «нет потенции, проваливай нахер с рынка». Это цитата начальника одного из цехов «Северстали». Когда дизайнер начинает мне говорить, что у него не получается, я ему так и отвечаю. Когда подрядчик мне говорит: «Вы знаете, нам тяжело это сделать» — я отвечаю: «Возьми и сделай, найди решение проблемы». Если ты ее не можешь найти, — значит, ты плохой профессионал. Я хочу, чтобы люди, которые делают свою работу, делали ее честно. Не просиживали штаны за зарплату. Хочу, чтобы люди осознанно делали выбор, понимали, что такое, например, хороший дизайн, а что такое плохой. Мне повезло, я могу выбирать себе клиентов. Я к ним хорошо отношусь, хотя кто-то не адекватный, конечно. Но надо искать подход. За время проекта ты с ним сближаешься — и можешь потратить два часа лишнего времени и поговорить по душам, показать, объяснить, что и как с его логотипом или шрифтом. Я работаю с прекрасными дизайнерами, которые готовы объяснять свою позицию, а не просто говорят «так показалось симпатичней». Существует много прекрасных проектов, благодаря которым мир становится, возможно, чуть-чуть лучше.

В голове я просто держу по пунктикам все, что мне нужно сделать.Я работаю с 14 лет. У меня не шило в заднице, я просто люблю то, чем я занимаюсь. Поэтому получается быть и менеджером группы, и куратором проектов, и вечеринки с ивентами организовывать. А времени вообще много — нужно уметь его тратить. В бассейн, я, правда, никак не дойду. Кстати, Москва в последнее время меня расслабляет, чувствую себя слишком комфортно. Родилась недавно любовь к ней. А свою работу я даже не считаю работой. У меня нет разделения на труд и личную жизнь — я всем этим живу. Я просто знаю, что мне нужно сделать, и делаю это.