T&P пообщались с венецианцами самых разных профессий и выяснили у них, что значит 54-я биеннале для современной Венеции и ее жителей, а также поинтересовались — специально для тех, кто еще собирается посетить экспозиции — куда и почему обязательно стоит сходить.

Почти два месяца прошло с момента официального открытия 54-й Венецианской биеннале, и за это время критики, искусствоведы и посетители выставки успели обсудить все достоинства и недостатки одного из главных художественных событий года. Однако для самих венецианцев только-только наступает время — по негласному венецианскому правилу это конец июля-начало августа — осмотра и изучения того, что им предложили кураторы и художники со всего мира. В то время, когда эти художники уже, быть может, и забыли, что в каком-нибудь палаццо Корнер делла Реджина, выставлены их работы, многие венецианцы — от продавцов до архитекторов — за вечерними разговорами с удовольствием делятся впечатлениями от увиденного.

Альберто Беттин, преподаватель итальянского языка в Istituto Venezia


Для меня, как и для большинства венецианцев, биеннале — стремительное и — уж не знаю, к счастью или нет — необратимое преобразование городской среды. Длится оно не долго — на самом деле, не больше недели. Армии художников, интеллектуалов, фотографов, журналистов и богатых политиков «наводняют» Венецию, не особо-то вступая в контакт с местными жителями, к большому сожалению для тех из них, кто используют эту неделю, чтобы почувствовать себя в центре мира или хотя бы в центре мирового внимания. В следующие недели город возвращается в более и менее привычное состояние, иллюзия «центра мира» рассеивается. И наступает время осмысленного изучения программы биеннале. В этом году очень много интересных выставок сосредоточилось, как ни странно, за пределами Джардини и Арсенала.

Сильное впечатление производит украинский павильон, очень удачно вписанный в венецианское пространство. Инсталляции Post-vs.-Proto-Renaissance художницы Оксаны Мас, представляющие собой переосмысление фламандских фресок и выполненные из 3 640 000 деревянных яиц, расположились прямо на берегу Гранд-канала, напротив барочной церкви Сан-Стае и внутри другой — долгое время закрытой на реставрацию — церкви Сан-Фантин.

Фульвио Сильвестри, продавец книжной и журнальной продукции


На первый взгляд, особенно если сравнить размеренных венецианцев с наезжающими сюда туристами и всевозможными любителями искусства, венецианцы не очень-то интересуются происходящим в современном арт-мире. Большинство жителей города, условно говоря, средних лет скорее предпочтут выпить сотню аперитивов, чем обойти всю биеннале. Если серьезно, биеннале — это точно некий повод для городской гордости, который к тому же сопряжен с интересными возможностями. Например, я особенно люблю посещать выставки из неофициальной программы, расположенные в частных домах и палаццо, в другое время закрытых для публики. На набережных Zattere в этом году много арабских и азиатских павильонов с явно поднявшимся уровнем качества работ.

В одном из них я наткнулся на фотографии арабского художника Тайсира Батниджи, изображающие разрушенные дома с едва сохранившимся внешним обликом. Но суть в том, что эти фотографии сопровождаются реальными объявлениями о продаже из агенств недвижимости — будто уничтоженное временем и людьми пространство еще способно к жизни. Впечатление, надо сказать, удручающее.

Элиза Биссакко, культурный посредник на биеннале


Как понимаете, для меня биеннале не столько развлечение или культурная программа, сколько работа. И поэтому у меня есть прекрасная возможность очень внимательно ознакомиться со всеми выставками и павильонами. На осмотр павильонов в Джардини и Арсенале всегда уходит несколько дней. В этом году биеннале побила рекорд по количеству стран-участниц, но по мне самое интересное все равно представлено в павильонах-старожилах.

Антивоенные объекты и инсталляции американских художников Аллоры и Калзадиллы, экзистенциальная фотомашина Кристиана Болтански из французского павильона и, конечно, весь без исключения немецкий павильон, — это, на мой взгляд, и есть базовая программа биеннале этого года. Но есть одна проблема: для многих посещение экспозиций, в первую очередь, сопряжено не с интересом к художникам и их работам, а с желанием не отстать от других и потом с апломбом заявить, что ты посещал венецианскую биеннале.

Ламберто Амистади, архитектор


В этом году биеннале оказалась весьма справедливой, что случается не часто. Лев достался немецкому павильону, и это самое оправданное решение за последние годы. Здание павильона внутри преобразовано в храм — сакральное и мистическое пространство. Получается очень интересная метафора. Немецкий павильон — в некотором смысле, сердце Джардини, его сакральное пространство. Биеннале, в свою очередь, выполняет подобную функцию для всей Венеции, а Венеция в этот период — для всего мирового искусства. И так — хочешь не хочешь — можно почувствовать себя в его центре, что и делают многие венецианцы.

Впрочем, проект Кристофa Шлингензифa A church of Fear vs. the Alien Within — о другом. Эта настоящая литургия, вкушение самих жизни и смерти — предельно жестоких, как и большинство проектов Шлингензифа.

Микеле Манчини, официант в кафе L’ombra del Leone в палаццо Ка’ Джустиниан


Кто бы что ни говорил, биеннале для всех венецианцев — очень позитивное явление. Большая часть из нас — особенно если профессиональная деятельность хоть как-то связана с публичными мероприятиями — живут, можно сказать, в ожидании этого события. Биеннале современного искусства очень отличается от других форумов — например, от сентябрьского кинофестиваля — возможно, потому, что длится намного дольше — полгода. И за это время город принимает несколько иную публику, отличающуюся от туристов в любые другие периоды. Но наиболее важный момент заключается в том, что биеннале — это источник колоссальной прибыли для города. Пройдитесь по Джардини или Арсеналу в дни открытия, и вы убедитесь в этом. Хотя я предпочитаю другие месяцы для подобных прогулок.

На данный момент я толком успел ознакомиться только с колоссальным павильоном Италии, собравшим все современное национальное искусство. Не думаю, что полученный эффект перебьет что-нибудь другое.

Маргарита Пиротто, танцовщица


Мне всегда казалось, что биеннале представляет намного больший интерес для иностранцев или итальянцев из других городов, чем для самих венецианцев. Но это только гипотеза. Мне еще понадобится время, чтобы попытаться доказать ее. Лично я скорее принадлежу к тем, кто интересуется новыми тенденциями и направлениями в современном искусстве с профессиональной точки зрения. Уже успела осмотреть почти все национальные павильоны, очень интересным показался японский.

Среди прочих выставок из неофициальной программы особого внимания заслуживает выставка Яна Фабра Pietas — скульптурное размышление высоко ценимого мной мастера на одну из важнейших культурных и религиозных тем. Громадные скульптуры из каррарского мрамора разместились в ветхой и пустующей скуоле в тихом и прекрасном Каннареджо.

Фотограф: Илья Толстой