Екатерина Черкес-Заде: «Работники пост-продакшена — это ребята с красными глазами и проблемами в личной жизни»

Специалистов в области пост-продакшена: визуальных эффектов, геймдизайна, архитектурной визуализации и компьютерной анимации не хватает на рынке, однако об их существовании в России мало кто знает. «Теории и практики» встретились с директором школы компьютерной графики Scream School Екатериной Черкес-Заде, чтобы узнать о том, как учат этих специалистов, кому они нужны и как попасть в эту индустрию.

— Как появилась школа?

Екатерина Черкес-Заде: Школа появилась при студии пост-продакшн EyeScream. Эта студия работала на крупных проектах, делала компьютерную графику для кино. В какой-то момент стало очевидно, что специалистов необходимого уровня не хватает, и было принято решение самостоятельно обучать студентов. Изначально это была просто комната в офисе студии, где стояли компьютеры, не поместившиеся в остальные кабинеты. И люди, которые работали в EyeScream Studio, ходили в эту комнату, учили новичков. Желающим давался реальный киноматериал и аналогичные задания, которые делала студия. Если у человека что-то получалось, и он начинал приносить студии пользу, ему просто начинали платить зарплату, и он переходил из ученической комнаты в основную студию. Так школа просуществовала около года.

Мы позиционировали себя не как школа компьютерной графики, а как школа для индустрии пост-продакшн, потому как преподавали там исключительно люди из индустрии, которые готовы были поделиться знаниями и опытом. Этот принцип был взят в основу, у нас и сейчас преподают только практикующие специалисты.

— Зачем вы объединились с Британской высшей школой дизайна?

Екатерина Черкес-Заде: В какой-то момент стало очевидно, что школа может решить кадровую проблему не только конкретной студии пост-продакшн, но и индустрии компьютерной графики в целом. Для этого было необходимо построить качественную программу обучения, причем сразу было понятно, что эта программа будет долгосрочной: краткосрочные курсы учат нажимать на кнопки, а не решать задачи конкретного проекта. Соответственно, при построении долгосрочных программ нам нужен был опыт какой-то школы, которая в этом уже преуспела. БВШД в этом смысле дала нам отличный опыт. У них реализована британская система академического качества, этого нет больше нигде в России. Если кратко, то это система, которая нацелена на результат — известно, что студент умеет через семестр, через два, какими навыками обладает через три и что у него лежит в портфолио в конце обучения. И эти требования постоянно обновляются в зависимости от того, как меняется индустрия.

Так, через год после запуска школы, мы открыли две основные долгосрочные программы — «Визуальные эффекты» и «Композитинг». Это был конец 2009 года, студенты пошли учиться 15 января 2010 года и закончили ровно год спустя. Итогами этого года я горжусь, потому что по сути мы были пионерами, никто никогда не преподавал эти дисциплины в таком объеме в России. Впервые были сформулированы критерии этих профессий.

— На кого вы ориентировались, формируя программу обучения?

Екатерина Черкес-Заде: За основу брали программы канадской Vancouver Film School, которые сильны в этом. Они много делают для Голливуда, готовят специалистов в сфере компьютерной графики. Но практика показала, что нельзя просто взять ванкуверские программы и здесь их реализовать.

В России кинематографический процесс устроен очень специфически. Он сильно отличается от того, как работают в том же Голливуде. Там на препродакшене решаются все процессы, которые будут идти во время съемок. Прописывается все до мелочей: от основных зон ответственности до того, кто когда приходит, что делает, сколько получает, какое оборудование нужно арендовать на тот или иной период. У нас все решает режиссер. Если он внезапно захотел собрать всех актеров на съемочной площадке, чтобы просто поговорить с ними о высоком, он делает это, не думая, что каждый день актера на площадке оплачивается, и продюсеру за подобную прихоть режиссера придется дорого — в прямом смысле — заплатить. Или во время съемок у режиссера наступает творческий кризис, и он буквально больше не может работать, съемки переносятся на полгода. Такое может себе позволить только русский режиссер, американский специалист никогда себе такого не позволит.

Также очень мало участников русской киноиндустрии знают возможности и стоимость компьютерной графики. И если у препродакшена (сценаристов, например) в России есть время на работу, у постпродакшена, который является последним в конвейере кинопроцесса, времени почти никогда нет. Нет времени и нет денег, потому что продюсеры все потратили на первых этапах. И постпродакшн должен сделать все очень быстро и хорошо, потому что дата премьеры уже назначена. Поэтому люди, которые делают компьютерную графику в кино, — это такие ребята с красными от работы глазами, которые не спят ночами, чтобы все успеть. Почти у всех проблемы с личной жизнью под конец проекта, потому что они все время на работе. Это часто связано и с нехваткой необходимого количества высококлассных специалистов компьютерной графики, и мы эту ситуацию намерены в корне менять.

То есть постпродакшн за рубежом и в России — это совсем не одно и тоже. Поэтому наши программы обучения были построены по зарубежным модулям, но с адаптацией под реалии российского кинобизнеса.

— У нас индустрия уже на том уровне, чтобы она постоянно нуждалась в новых специалистах?

Екатерина Черкес-Заде: Первых студентов, которые закончили у нас учиться, — 50 человек, 45 из них были трудоустроены за первые 3 месяца. Есть люди, которые как-то приходят в индустрию и постепенно делают карьеру. Это тоже возможно. Но нужны такие люди, которые придут и сразу начнут работать. И мы готовим именно таких, поэтому у нас трудоустроено 95% выпускников. После года работы мы запустили факультет моушн-дизайна — это подготовка специалистов в области телевидения: стиль и айдентика телеканала, заставки, перебивки, реклама, клипы и так далее. И летом мы отправили 15 лучших студентов этого факультета на стажировку на канал «Россия-24». И студентам, которым еще год учиться, уже сделали предложения о работе. Это показательно.

— У вас учебная программа — 2 года, вы корректируете ее, ориентируясь на изменения в индустрии?

Екатерина Черкес-Заде: Здесь работает сразу несколько факторов. Программу составляет куратор, а это всегда специалист из индустрии. Он понимает, чему и как сейчас нужно учить студентов. Программа обновляется при каждом новом наборе. Мы очень привязаны к технологиям, поэтому внимательно следим за актуальностью знаний, которые даем.

Кроме того, программа обучения, когда она написана, проходит проверку у основных игроков рынка. Куратор утверждает ее с крупнейшими компаниями, которые работают на рынке. По сути, мы еще на стадии формирования программы договариваемся с основными работодателями, что мы готовим специалистов для них. И люди, которые потом берут наших студентов на практику, ожидают определенных результатов. Поэтому они активно помогают разрабатывать программу, вовлечены в процесс и заинтересованы получить нужные кадры.

Еще в школе функционирует Центр карьеры, главная задача которого — находить интересные проекты, в рамках которых студенты могут пробовать свои силы и формировать себе портфолио. Этим летом студенты делали мультфильм в стерео «Космос» — про приключения маленького спутника. 20 октября он выйдет в прокат. И чем активнее студент участвует в таких проектах, тем лучше у него портфолио.

— Кто приходит к вам учиться?

Екатерина Черкес-Заде: На моушн-дизайн в основном идут дизайнеры, на архитектурную визуализацию — архитекторы и дизайнеры, на композитинг и визуальные эффекты — режиссеры, художники, монтажеры, фотографы, операторы, программисты, выпускники технических и художественных вузов. На факультеты по разработке компьютерных игр — художники, сценаристы, геймеры. На анимацию — те, кто любит рисовать, комиксисты. Часто учатся студенты, совмещая учебу в Scream School и каком-то государственном вузе. В основном это молодые люди. Но ситуация постепенно меняется. Изначально у нас было 80% молодых людей, 20% — девушек. Сейчас уже 60 на 40.

• 

  © Марк Четоркин, студент 1 курса факультета «Визуальные эффекты»

• 

  © Марк Четоркин, студент 1 курса факультета «Визуальные эффекты»

• 

  © Марк Четоркин, студент 1 курса факультета «Визуальные эффекты»

— С какой подготовкой к вам можно поступить? Есть ограничения по возрасту?

Екатерина Черкес-Заде: Практика показывает, что на каждом факультете учится талантливый юноша 17 лет. Хотя в основном у нас люди после вуза: 22-23 года. На кинофакультетах учится более взрослая аудитория: 24-27 лет. На геймдизайн идут либо очень взрослые люди, которые хотят открыть свою компанию, либо очень молодая аудитория: 18-19 лет, продвинутые геймеры, которые хобби решили превратить в профессию. По-разному. Что касается базовой подготовки. Самое главное здесь — мотивация. Неважно, по сути, каков бэкграунд у студента, он может как помогать, так и мешать. Но фотошоп на среднем уровне знать желательно.

Если человек до нас получил какое-то образование кроме школы — техникум, незаконченное высшее или высшее, у нас он получает диплом. Мы работаем в режиме дополнительного профессионального образования. Но иногда к нам приходят люди, которые или кроме школы ничего не заканчивали, или учились где-то по совершенно другой специальности — ему выдают сертификат о том, что он окончил курс. Но в индустрии компьютерной графики больше ценится портфолио, конечно, а не диплом.

— У вас очень молодой преподавательский состав, нет проблем?

Екатерина Черкес-Заде: Бывает, что преподаватель моложе студента. Но тут вопрос не возрасте, а в опыте, в навыках. Cтуденты приходят к нам именно за этим. И преподаватели-практики им это дают. У нас есть выпускник, который закончил учиться, поработал 1,5 года в Bazelevs, а потом мы его позвали преподавать у нас. Он согласился и сейчас успешно работает, совмещая работу в школе с работой на реальных проектах.

Почти все преподаватели младше 30 лет. Это создает хорошую атмосферу — молодую, творческую, динамичную. Это очень важно. Потому что иногда студент, который раньше учился в государственном вузе, не может держать необходимый темп обучения. Он привык ничего не делать полгода, а потом за 2 недели сессии все учить и сдавать. У нас это не работает. Ты постоянно должен что-то делать, набивать руку. У нас ведь практические дисциплины. Если человек этого не понимает, у нас есть ряд методик, которые позволяют его к этому подвести, вплоть до платных пересдач (для некоторых это работает). Но обычно таких проблем не возникает. Обычно студент понимает, чем наше образование отличается от остального. Плюс, у нас образование платное. А когда ты платишь за обучение, ты требуешь от этой услуги определенного качества, и мы со своей стороны должны это качество обеспечить.

— Нет в планах привлечь специалистов из-за рубежа?

Екатерина Черкес-Заде: На данный момент зарубежных специалистов мы привлекаем на мастер-классы. Но мы, конечно, будем продолжать интеграцию в мировое профессиональное сообщество, общаться с зарубежными школами при формировании программ, привозить в Россию мировых звезд компьютерной графики.

— Из чего складывается стоимость обучения в Scream School?

Екатерина Черкес-Заде: Оборудование и ресурсная база, программное обеспечение, преподаватели-практики с уникальным опытом, реальные брифы из индустрии, конкурентоспособное портфолио, возможность пройти стажировку в ведущей компании. По факту студенты у нас учатся не 8 месяцев, а 11 — летние стажировки, каникулярные проекты. Поэтому 95 тысяч рублей в семестр за уникальное образование — это немного. К тому же, есть лояльная рассрочка.

— Тяжело учиться?

Екатерина Черкес-Заде: Не сказать, что сильно тяжело. Но у нас нужно учиться постоянно, весь семестр. Первый семестр всем сложно. Повторюсь, тут важна мотивация. Если человек знает, зачем он пришел, он готов работать и втягиваться. Когда ты погружаешься в процесс, тебя это увлекает и начинает нравиться, потом ты без этого уже не можешь. У нас учиться интересно, постоянно что-то происходит. Это поддерживает людей в тонусе. Уже через 2-3 месяца после начала обучения формируется молодое активное сообщество, которому все интересно. Студенты готовы тратить время на учебу, собираться вместе, ездить на профессиональные выставки, на встречи со специалистами, вместе ходят смотреть спецэффектное кино.

Еще мы проводим большое количество событий, посвященных профессиям, которым мы учим. Например, такие ежегодные мероприятия, как Pre-pro-post для специалистов киноиндустрии. Мы сделали Неделю анимации, где продемонстрировали все возможности и технологии современной анимации. Провели Motion Weekend — собрали 15 крутых моушн-дизайнеров, чтобы студенты могли с ними познакомиться, пообщаться. И когда студент еще на этапе обучения приобщается к философии ведущих специалистов, это очень подбадривает, мотивирует.

— Что вы вообще думаете про высшее образование в России?

Екатерина Черкес-Заде: Очевидно, в высшем образовании — кризис. И это понятно в том числе тем людям, которые ответственны за этот кризис и которые приумножают деградацию. Но, видимо, им невыгодно что-то менять. Проще жить за счет государственных денег. Мы же работаем в другой среде. Scream School — частная школа, мы работаем на рынке конкурентных услуг, а значит, думаем о наших студентах. Но у нас есть преимущество — мы располагаем технологиями построения эффективных образовательных программ и сотрудничаем с индустрией, что часто отсутствует в государственных вузах. Наши студенты понимают разницу.

— Какие проблемы есть у Scream School?

Екатерина Черкес-Заде: Основная проблема в том, что таких профессий, как композер или художник игровой графики, у нас в стране до сих пор нет. А за рубежом давно можно получить высшее образование compositing artist, показать этот диплом своим родителям и спокойно пойти работать. У нас люди очень мало знают об индустрии компьютерной графики. Мы проводим мастер-классы, дни открытых дверей, мероприятия на различных площадках, чтобы продемонстрировать области профессиональной деятельности, где есть потенциал, где нужны активные творческие молодые люди, где можно развиваться. Пока еще не всем приходит в голову, что их увлечение, к примеру, компьютерными играми может превратиться в любимую профессию и приносить не только удовольствие, но и деньги.

— Что интересного у вас случится в ближайшее время?

Екатерина Черкес-Заде: В этом году у нас открывается новый факультет «Архитектурная визуализация» — это одно из самых активных направлений в компьютерной графике, будем усиленно работать над формированием специалистов в этой области.

В ближайшем году мы планируем в рамках образовательного процесса провести огромное количество брифов со студентами на формирование портфолио. Например, у нас заключено соглашение с каналом 2x2. Студентам анимации будет выдан бриф на создание пилотной серии сериала, который они будут делать в рамках дипломного проекта. И если каналу результаты понравятся, после обучения студенты получат реальный проект в производство.

Ребята с факультета «Игровая графика» в рамках обучения будут посещать тренинги в Mail.ru — лидере на рынке онлайн-игр. Композеры и художники визуальных эффектов будут работать над фрагментами из настоящих проектов. К сожалению, из-за того что студенты работают на настоящем киноматериале, мы не демонстрируем их работы на сайте, соблюдая закон об авторских правах кинокомпаний. Но у нас будет очень интересный выпускной в июне, где мы с удовольствием продемонстрируем достижения всех факультетов.