Если детектор сказал, что вы врете в ответ на вопрос, не похищали ли вы двести миллионов долларов, в большинстве стран суд не может вас посадить только за это. И дело не в том, что полиграф совсем ненаучен и неэффективен, а в том, что его эффективность слишком мала, чтобы считать его полезным инструментом.

Когда мы говорим о детекторе лжи, надо понимать, что:

а) опросы показывают, что только 30% профильного научного сообщества считают полиграф точным и полезным инструментом;

б) результаты полиграфических тестов не принимаются как важное доказательство большинством судов в мире, в отличие от баллистических анализов или чрезвычайно точных анализов ДНК.

Сама идея полиграфа довольно проста и почти не менялась с начала XX века: организм ведет себя по-другому, когда хозяин организма лжет. Но беда в том, что нет одного параметра, измерив который мы могли бы твердо сказать, врет человек или нет, и потому современный полиграф чаще всего регистрирует три показателя: потоотделение (измеряя электропроводность кожи), сердечно-сосудистую активность (пульс и кровяное давление) и частоту дыхания.

Но как раз здесь проблемы и начинаются: мало зарегистрировать эти показатели, надо их с чем-то сравнить, ведь нормальное потоотделение, давление, пульс и дыхание у всех людей разные. Потому тест на полиграфе построен как чередование незначительных вопросов (сегодня четверг?) и значимых (вы украли ожерелье в Гранд-Отеле?). Реакция на незначительные вопросы как раз и выполняет роль эталона — отклонения от нее анализируются.

Проблем несколько. Когда вас спрашивают, не убили ли вы соседа вчера, странно предполагать, что вы отреагируете на это так же, как на вопрос, не четверг ли сегодня, даже если вы абсолютно невиновны. Еще одна проблема заключается в том, что многие опасные для общества люди с психическими расстройствами (например, социопаты) просто не испытывают особых чувств, вспоминая преступления, и могут быть ровно так же спокойны как на важных, так и на незначимых вопросах. К тому же точность теста сильно падает со временем по той причине, что наши эмоции по поводу событий двадцатилетней давности могут сильно ослабеть и не будут явными на фоне общих вопросов.

Во многом полиграф используется как способ психологического давления при допросе. Когда на человека вешают десяток датчиков и допрашивают в течении двух часов, есть шанс, что он разнервничается и признается.

Так что точность полиграфа, хотя ее очень сложно измерить в контролируемых экспериментах, колеблется где-то в районе 60-70%. И то только в очень хорошо поставленных тестах, где людей спрашивают про конкретные действия: были ли вы в среду в доме викария? Тесты на общие вопросы, а особенно массовые тесты (к примеру, опрос сотрудников спецслужб на предмет передачи секретных данных врагу) вовсе дают результат немногим выше случайного угадывания.

Но давайте предположим, что точность полиграфа 90% и у нас есть 5000 человек в организации, трое из которых украли секретные материалы. Тогда, проведя тест на полиграфе, мы увидим, что у нас 500 шпионов, из которых только три — настоящие. Так 99,4% шпионов на самом деле будут определены ошибочно (так называемые ошибки первого рода, или false positive).

К сожалению, такая низкая точность полиграфа приводит к судебным ошибкам, если суд принимает во внимание его результаты. Блог Antipolygraph полнится историями о преступниках, отпущенных после теста, и невиновных, осужденных после него.

Большое исследование, проведенное Американской Академией наук, указывает, что большинство исследований эффективности полиграфа были неточны или плохо поставлены. И что сам полиграф дает результаты пусть и выше, чем случайное угадывание, но все же очень далекие от точности.

Полиграф — не единственный существующий детектор лжи. Тиопентал натрия до сих пор иногда используется как «сыворотка правды», хотя данные, получаемые таким путем, крайне противоречивы: допрашиваемые под действием препарата часто смешивают реальность и выдумку. (Еще бы! не зря он принадлежит к классу барбитуратов).

Самый современный метод — это использование функциональной магнитно-резонансной томографии. Главный плюс этого метода в том, что мы смотрим в корень проблемы — на мозговую активность. Так как наш мозг, говоря правду или ложь, выполняет разные функции — вспоминание в случае правды и придумывание в случае лжи — на МРТ мы должны увидеть активность в разных участках мозга. Этот метод уже применяется коммерчески, но все еще крайне молод и далек от необходимой точности.

Возможно, с помощью МРТ в будущем можно будет с большой уверенностью говорить, врет человек или нет. И если последствия для судебной системы ясны, представляете, что будет, если смогут появится переносные детекторы лжи (настоящие — а не детские игрушки, как сейчас) или детекторы, встроенные в телефон, которые бы говорили bullshit с сильным акцентом, как только ваш собеседник начинает врать.