Студенты, которые учатся в других странах, рассказывают, в чем разница между образованием в России и за границей.

Наташа Томилова, 29 лет


— Где, чему ты учишься, как давно?

— Изучаю историю медиа-искусства в магистратуре Дунайского университета, который находится в Австрии, недалеко от Вены. Поступила в октябре прошлого года.

— Ты училась в российском вузе? Какие воспоминания?

— Я училась в нескольких российских вузах. Поскольку я родилась и выросла в Новосибирске, то первое свое высшее образование я получила там, в Новосибирском государственном техническом университете на факультете гуманитарных наук. Второе высшее образование по специальности «Менеджмент в сфере культуры» получила в Московской высшей школе социально-экономических наук. Моя специальность была аффилированна с университетом Манчестера, в итоге у меня двойной диплом. Воспоминания об обоих вузах — самые приятные. Мне всегда везло с преподавателями, деканами и сокурсниками — наверное, если бы так не везло со всем этим, я бы не страдала такой зависимостью от учебного процесса! Образование для меня — неотъемлемая часть жизни, интеллектуального развития. И каждое новое учебное заведение открывает новый интересный и увлекательный этап в моей жизни.

По моему мнению, российскую и европейскую системы образования нельзя сравнивать вообще, они принципиально отличаются друг от друга, ставят разные цели и задачи перед собой. На мой взгляд, российская система образования требует очень серьезных реформ, иначе поток образовательной эмиграции в ближайшие годы будет очень сложно остановить.

— Где ты сейчас живешь?

— Сейчас я обосновалась в Вене, но по-прежнему часто бываю в других городах Европы и в Москве. Путешествовать приходится очень много: арт-события, фестивали, проекты в разных странах — сложно сказать, где я живу, потому что половину каждого месяца обычно провожу не в Австрии.

— Какие бонусы дает статус студента?

— Прежде всего иностранные студенты в Австрии получают возможность работать и могут впоследствии остаться в стране: государство стало очень бережно относиться к интеллектуальному капиталу и более лояльно к образовательной иммиграции. А если говорить о приятных мелочах, то студенты здесь имеют бесплатное банковское обслуживание, получают скидки на медицинское страхование и обслуживание, ну и конечно на посещение музеев и галерей.

— Над чем ты сейчас работаешь?

— Пару дней назад защитила тему и тезисы своего очередного эссе — пишу об истории и практике аудиовизуального перформанса.

— Как успехи?

— Успехи смогу начать оценивать, когда определюсь с супервайзером для своей будущей диссертации! Сейчас пока рано об этом говорить — впереди еще три года обучения.

— Какой у тебя самый крутой профессор?

— Одно имя я назвать не смогу, потому что у нас преподают настоящие звезды медиа арта. Лекции читают Лев Манович, Эвард Шанкен, Джефри Шоу, Йенс Хаузер, Оливер Грау, Пол Сермон, Крис Сальтер, Эркки Хухтамо, Герфрид Штокер, Шон Кубитт и многие другие.

— Как выглядит процесс обучения? Опиши свой обычный учебный день.

— Так как у нас модульная система обучения, то я провожу в Университете не каждый день. Обычно у нас проходит установочная сессия, во время которой мы находимся в классе с 9 утра и до 9 вечера: слушаем лекции, участвуем в воркшопах, делаем презентации своих проектов и исследований. Остальное время посвящаем практике: пишем эссе, организовываем выставки, занимаемся архивами, посещаем фестивали и центры медиа-искусства. Мне очень нравится такая система, потому что в таком виде процесс обучения не может наскучить и дает много личного и профессионального опыта.

— Какое самое главное знание или умение, которое ты получила в процессе обучения?

— Раньше мне не приходилось заниматься научной исследовательской деятельностью, используя неродной язык. Обучение у нас проходит на английском, поэтому пришлось перестроиться в очень короткие сроки: требования к результатам работы очень высокие, как и уровень преподавателей. Все остальные знания и умения я, пожалуй, просто полирую, но уже в настоящей межкультурной, интернациональной среде.

— Дорого жить и учиться?

— Это зависит от привычек, наверное. На мой взгляд, жизнь в Австрии гораздо дешевле, чем в Москве. Дешевле снимать квартиру, например. Дешевле путешествовать, так как вся Европа — как на ладони. Стоимость обучения у нас составляет около 10 000 евро за курс. Но есть возможность получить грант, что я и сделала. Благодаря фонду Леонардо расходы на мою учебу покрыты, и это большая радость.

Программа Леонардо да Винчи — часть большой программы ЕС по обучению в течение всей жизни. Финансирует летние, каникулярные программы, дает гранты на проекты и обучение для повышения академической мобильности внутри ЕС.
Получить грант было несложно, поскольку у меня уже есть соответствующий профессиональный опыт, и я закончила МВШСЭН — то есть для отборочной комиссии была достойным кандидатом. Я подготовила необходимые документы, написала мотивационное письмо, в котором очень четко изложила план своего профессионального и академического развития. Описала цели на ближайшие годы, связанные с международным сотрудничеством в области медиа-искусства между Австрией, Россией и Германией. Фонд, который распределял гранты, посчитал мои планы перспективными и одобрил мою заявку: в итоге я должна была покрыть только свои расходы на проживание в Австрии, обучение оплачивать мне не пришлось. Сложнее было подготовить себя к изменениям в жизни, которые последовали за этим: отказаться от стабильного дохода в Москве, так как учиться и работать одновременно невозможно, полностью посвятить себя новым приоритетам. Что касается количества желающих изучать теорию медиа-искусства, я не уверена, что таких людей много. Судя по количеству учебных заведений в мире, где есть отделения истории медиа-искусства, таких людей — единицы. На нашем факультете учится всего около 20 человек из разных стран. Каждый год один из желающих поступить получает грант.

— Планируешь вернуться?

— Честно говоря, я не думаю, что моя специальность даже через три года будет востребована в России. Научным сотрудникам и преподавателям в нашей стране живется тоже очень непросто. Тот уровень поддержки, которую государство оказывает культуре и искусству, — неприемлемы, а мне не хотелось бы выживать в России, что несомненно придется делать по возвращении. Напряжение, затраченное на релокацию в другую страну, в итоге превращается в определенную точку невозврата в голове. Посмотрим, как жизнь будет складываться, но сейчас возвращение в Россию — самый пессимистичный сценарий для меня.

— Где будешь работать, когда выпустишься?

— Вместе с двумя другими выпускницами своего факультета, моими старшими подругами (одна родилась и выросла в Вене, вторая — в Берлине) мы зарегистрировали некоммерческий фонд в Австрии, иначе — культурное агентство, которое занимается поддержкой и координацией международных инициатив в области медиа-искусства, современного искусства, кино и музыки. Каждая из нас — профессионал в своей сфере

— финансы, культурный менеджмент, креатив — и синергетический эффект уже дает о себе знать. Развитием этого проекта («Triple KkK — Verein zur Förderung internationaler Kunst, Kultur und Kommunikation») я занимаюсь сейчас и планирую продолжать, когда закончу учебу. И, конечно же, обязательно начну сама преподавать.