Чуть больше года назад в одном из московских подвалов в Певческом переулке открылся магазин виниловых пластинок DIG. Помимо самых редких и неожиданных пластинок DIG и его создатели — музыканты из московской группы The Cavestompers Григорий Ениосов и Петр Вальков и их друг Иван Смекалин — предлагают своим посетителям лекции, кинопоказы и даже Воскресную школу винила. T&P выяснили, как они все это придумали, организовали и как планируют развиваться дальше.

*— Расскажите, чем вы занимались до открытия магазина. *

Петр Вальков: У меня, например, никаких занятий, кроме музыки, не было. После окончания института не очень понимал, куда податься. Но, как это ни банально, осознал, что надо заниматься тем, что тебе действительно нравится. А мне лет с десяти нравилось ковыряться в кассетах, переклеивать на них наклейки и этикетки, менять обложки, короче, наводить какой-то порядок в своих и не только аудиозаписях. И наш магазин — это в некоторой степени воплощение детской мечты каждого из нас.

Григорий Ениосов: Мы играли в группе и в какой-то момент пришли к тому, что надо как-то распространять свою собственную музыку. Это стало настоящим стимулом для нас.

Петр Вальков: И мы нашли основу для этого — онлайн-магазин винила Long-play.ru, созданный Ваней несколько лет назад.

Иван Смекалин: Я открыл его в декабре 2008 года и после долгой работы над ним и для него решил, что пора искать место для стационарного варианта. И тут появились Гриша с Петей, после очередной выездной продажи на каком-то концерте решившие, что им тоже нужен магазин. Вот так все и вышло, и теперь понимаю, что они вряд ли бы осуществили свою идею без меня, так же как и я — без них.

Григорий Ениосов: Точно! И теперь в нашем магазине пластинки The Cavestompers всегда на видном месте.

— Как вообще в Москве обстоят дела с магазинами виниловых пластинок?

Григорий Ениосов: В Москве, конечно, много таких магазинов, и они делятся примерно на две категории: какие-то совсем подпольные, что называется, для «своих», и крупные торговые центры. В первых надо быть, как я уже сказал, «своим», чтобы, если уж ты к ним зашел, все тебе были рады и так далее. В крупных магазинах, которым мы, конечно, не конкуренты, отсутствует как таковая культура общения меломана-продавца с таким же меломаном-покупателем. У подобных магазинов такая политика — чтобы не было никаких коммуникаций. Пришел, увидел, заплатил и ушел. Все.

Петр Вальков: Мы стараемся поддерживать современных молодых и начинающих музыкантов. Причем не только русских. У нас есть пластинки групп, например, из Аргентины, Бразилии, Италии, которые практически неизвестны здесь, и мы как-то стараемся рассказать про них, ставим для заинтересовавшихся. Вот если, например, человек говорит, что ему нравится психоделия 60-х годов, то я могу посоветовать ему какую-нибудь современную группу, играющую нечто в этом духе, к примеру, бразильцев из Os Haxixins.
Дэвид Манкузо — культовый диджей, отец стиля диско и создатель знаменитых домашних вечеринок в клубе Loft или, как его еще называют, «Чердак».

Но помимо индивидуального общения с покупателем важна еще и общая атмосфера магазина, которая помогла бы каждому чувствовать, что здесь ему рады и заинтересованы в нем. В какой-то момент мы решили выйти за рамки чистой торговли и, начиная с этого лета, стали устраивать по воскресеньям вечернее прослушивание пластинок. Мы называем это «Воскресная школа винила». В начале 70-х годов в Нью-Йорке был такой клуб Loft, созданный Дэвидом Манкузо в его собственной квартире. Приходившие к нему люди платили за вход символическую цену, располагались как им удобно на креслах, на полу, а сам Манкузо ставил для них пластинки, он не был диджеем в традиционном смысле этого слова, для него было важно прослушать пластинку от начала и до конца. У себя в клубе он создавал успокаивающую и расслабляющую атмосферу, это было очень ново для того времени, когда в клубы люди приходили в основном для танцев. Это все очень вдохновило нас. А еще как-то Гриша увидел на BBC репортаж о неких энтузиастах, которые проводят вечера прослушивания в маленьком английском пабе. И мы подумали, почему бы и нам не сделать нечто подобное.

Григорий Ениосов: Правда, там, в основном, собирается публика, что называется старшего поколения, чуть ли не хиппи, сохранившиеся с тех же 70-х, и альбомы они слушают какие-то уж совсем классические. Даже «Nevermind» слушают.

Петр Вальков: Они уже очень раскрутились и теперь выезжают на всякие рок-фестивали, ставят там шатер, привозят оборудование. У нас, конечно, все происходит пока намного скромнее, обычно поле 8 часов в воскресенье приходят завсегдатаи этих вечеров, где-то полчаса мы посвящаем рассказу об исполнителе и альбоме, потом выключается свет, игла ставится на виниловую пластинку, и все сосредотачиваются или, наоборот, расслабляются наедине с музыкой и своими ощущениями.

— Кто обычно выступает лектором на этих вечерах?

Григорий Ениосов: Иногда мы сами, но чаще приглашаем гостя: либо специалиста — например, лекцию о брит-попе у нас читал Илья Миллер, либо хорошо подготовленного любителя. Вообще мы приветствуем инициативу и рады, если к нам кто-то подходит и предлагает темы для прослушивания и лекций. Но соглашаемся и одобряем только в тех случаях, когда человек действительно разбирается в теме, а не просто статью из Википедии прочитал и вышел с докладом. На первых прослушиваниях, кстати, стало заметно, что многие люди с трудом высиживают, после получаса начинают падать бутылки, кто-то начинает выходить, кто-то ругаться с девушкой, и поэтому мы даже думали ужесточить правила поведения, но спустя месяц или два все стало как-то само собой улучшаться, люди что ли поняли, зачем они сюда приходят, самовоспитались, и теперь все проходит намного лучше.

— А кто в основном приходит на эти вечера?

Петр Вальков: В основном, молодые люди лет 20 и чуть больше. У кого-то из них, видимо, нет возможности прослушать пластинку дома, потому что нет проигрывателя. Кто-то, наоборот, хочет именно коллективного прослушивания, так как это создает совершенно другое ощущение. Бывает, что после прослушивания мы все вместе идем в гости к одному из ребят, например. Вообще, в идеале, после такого совместного прослушивания надо еще выставлять вино и кушанье, чтобы дать возможность по-настоящему круто закончить выходные.

Григорий Ениосов: Аудитория не очень большая — человек 30 максимум. И в этом свой плюс. Ведь чем больше людей, тем больше возможностей что-то уронить. Прослушивание — все-таки более камерная штука, чем, например, кинопоказ или лекция.

— Эти лекции, предваряющие прослушивание, и само прослушивание предполагают интерактивность, дискуссию?

Григорий Ениосов: Да, конечно, в последнее время вообще стало много вопросов «из зала». И мы мечтаем, когда после каждой пластинки начнутся жаркие споры, дискуссии.

Иван Смекалин: Я все-таки думаю, что после прослушки нужно хотя бы минут пять, чтобы все это переварить. В информативном плане это на самом деле довольно большой груз. Громкая музыка, выключен свет, по максимуму задействован твой слух, ты слушаешь, фактически погружаешься в транс, и чтобы из него выйти и начать воспринимать новую информацию и что-то еще обсуждать, нужно немного времени. Поэтому уж очень ярых споров обычно не бывает, но всегда кто-то остается и высиживает какое-то время, пока мы собираемся. А сразу после прослушивания некоторые вообще как зомби уходят.

Петр Вальков:Не как зомби, а как святые.

— А лекции в чистом виде — без музыкального сопровождения — у вас бывают?

Петр Вальков: Да, конечно. Самой значимой нашей лекцией, наверное, было выступление Олега Нестерова, он рассказывал о том, как российской начинающей группе выпустить винил. Сам он это сделал в Берлине, кстати. Он отличный, подробный рассказчик. Мы потом выложили запись лекции, и, так как ко мне часто обращаются молодые и совсем еще не известные музыканты с вопросом, как же все-таки выпустить виниловую пластинку, я всегда их отсылаю к этой лекции. Она оказалась уникальной в своем роде.

Григорий Ениосов: А начали мы нашу лекционную практику с лекции про краут-рок. Теперь же, как мы и говорили, подобные информативные лекции о каком-либо исполнителе мы стараемся совмещать с прослушиванием и, более того, делаем основной упор именно на музыкальное составляющее. Просто после какой-то очередной лекции мы решили, что нужно найти изюминку, и это оказалось несложно.

— А что с кинопоказами?

Петр Вальков: Вообще наш магазин отчасти и родился из фильма. Есть такой документальный фильм Dig! про группу The Brian Jonestown Massacre. Это группа 90-х годов, сейчас они, кстати, довольно известными стали, записали песню с каким-то питерским парнем, и их чуть ли не по радио «Максимум» крутят.
Dig! — документальный фильм режиссера Онди Тимонера о музыкантах Антоне Ньюкомбе и Кортни Тейлоре и о созданных ими группах The Brian Jonestown Massacre и The Dandy Warhols.

Но в 90-е они играли совершенно другую музыку. И это такое настоящее кино про группу, которая проходит через всякие препятствия, через ругань друг с другом, через отсутствие фанатов и слушателей, через маленькие, полупустые клубы, но несмотря на все это, они двигаются, идут дальше. И где-то год назад мы очень вдохновились этим фильмом и решили назвать свой магазин DIG. И к тому же, DIG — от английского «копать», то есть, в нашем случае, копаться в пластинках.

— Вы уже показывали этот фильм у себя?

Петр Вальков: Пока нет, но мы мечтаем его привезти. Думаю, уже этой зимой постараемся.

Григорий Ениосов: Но зато показывали Hype! — тоже документальный фильм. Причем в переводе нашего хорошего знакомого. Это была своеобразная премьера с этим новым переводом. Вообще, все показанные нами фильмы — и документальные, и художественные — так или иначе связаны с музыкой. И мы стараемся подбирать их так, чтобы они не были, грубо говоря, из разряда тех, что можно посмотреть вечером по телевизору.

— Что, по-вашему, происходит с культурой прослушивания пластинок? Нет ли разговоров подобных тем, что ведутся про бумажные и электронные книги?

Григорий Ениосов: Мне кажется, что сейчас, наоборот, об этом бессмысленно говорить, потому что это уже уходило, ведь был же момент, когда люди просто выбрасывали пластинки. Когда появились CD в начале 90-х годов, очень маленький процент людей продолжал собирать и покупать пластинки. И считалось, что к этому уже никто не вернется никогда. Неудобный формат, сложные проигрыватели. В итоге все получилось наоборот.

Григорий Ениосов: Об исчезновении пластинок вообще не стоит говорить. Скорее сейчас массово отказываются от тех же CD. Остаются именно пластинки и mp3-плееры. А если человек хочет по-настоящему ознакомиться с музыкой и что-то ощутить после этого знакомства, то ему в какой-то момент станет явно недостаточно mp3.

— Винил — это, в первую очередь, некий эстетический момент?

Иван Смекалин: Я думаю, здесь дело не только в эстетике. Тут два момента: те же книжки тоже ведь не уйдут вовсе, они будут издаваться, может когда-нибудь станут дороже или будут выпускаться в лимитированном количестве. Это может произойти и с винилом, но только в том случае, если придумают какой-нибудь новый музыкальный формат, который в качестве не будет уступать пластинкам. Сейчас его просто нет. Все-таки самый лучший звук дает винил.

Иван Смекалин:Опять же, если исходить из наших воскресных прослушиваний, когда мы ставим какие-то старые записи, я лично слышу даже воздух, который присутствовал в студии, когда музыканты записывали эту пластинку. Вряд ли можно получить такое сверх-удовольствие, слушая музыку на других носителях. И второе — это, конечно, эстетический момент. Не стыдно поставить на полку. И пахнут они хорошо.

Петр Вальков: А ведь еще и диджейство. Если человек играет какой-нибудь соул или гаражную музыку 60-х, то он старается соблюдать традиции и находить старые аутентичные пластинки 30-летней давности.

— Что планируете устраивать в магазине дальше? Как будете развиваться?

Григорий Ениосов: Мы хотим привлечь как можно больше людей, которые сами готовы стать инициаторами лекций или прослушиваний. Пусть звонят нам и говорят, какую именно пластинку хотят послушать и о чем и почему хотят рассказать. И, конечно, мы планируем выезжать на фестивали, ярмарки. Мы уже участвуем в пикнике «Афиши», на летней книжной ярмарке в ЦДХ, на нон-фикшне, который как раз будет в конце ноября. Недавно принимали участие на ярмарке в Политехническом, которая в этом году наконец привлекла к себе внимание. А мы в ней участвуем с самого начала — с тех времен, когда там стояло всего чуть ли не три стола и это была просто распродажа издательства Ad Marginem, я тогда диджеил. С тех пор мы там и отвечаем за музыку, а в этот раз еще и позвали своих соратников с дисками, книгами. С летним книжным фестивалем все немного сложнее, нам там дали совсем какой-то огрызок стола за то, что я переводил лекцию. И после этого они стали сами нас звать. Они нам дают стол, а мы за это придумываем для них что-нибудь интересное — ставим музыку или организовываем круглый стол. Собираемся и дальше развивать все это и не только. Планов уже лет на пять вперед. Или даже на десять.