Студенты, которые учатся в других странах, рассказывают, в чем разница между образованием в России и за границей.

Ирина Розина, 23 года


— Где, чему ты учишься, как давно? Почему ты выбрала именно этот университет?

— С конца октября я учусь на степень мастера по международному праву и правам человека в Иерусалимском университете. Получилось это довольно спонтанно: этим летом я окончила юридический факультет в Москве и в конце августа поехала в Израиль на пару месяцев. Как-то друг мне показывал свой университет, и я случайно заметила объявление о приеме на новую программу на английском. Я сразу почувствовала, что это абсолютно мое, хотя и не думала, что буду здесь учиться.

В состав первого попечительского совета университета входили Зигмунд Фрейд и Альберт Эйнштейн, который даже завещал заведению все свои рукописи и авторские права на них. Эйнштейн прочитал и первую лекцию в университете — о теории относительности.

Я давно собиралась продолжать учебу в Германии, сдала для этого экзамен по немецкому TestDAF, готовила документы для получения гранта от ДААД. Но после того как увидела эту программу, бросила мысли о Германии и решила остаться. В итоге за пару дней до окончания приема документов я прибежала в администрацию факультета и стала просить дать мне немного больше времени, потому что все мои документы в Москве. Мне пошли навстречу и в итоге приняли. Сейчас я ужасно рада, что вдруг здесь оказалась. Я обожаю университет — кроме прочих достоинств, он находится на горе, и из окон аудиторий или с крыши открывается вид на Западный и Восточный Иерусалим, а в ясный день видно даже Мертвое море и Иорданию.

— Что собой представляет процесс поступления?

— Для поступления нужно отправить набор документов, решение о приеме принимается по большей части на основании письменной академической работы, а также прежней успеваемости, рекомендаций преподавателей. Также нужно предоставить подтверждение знаний языка.

— Ты училась в российском вузе? Какие воспоминания?

— Я окончила Академию Народного хозяйства при Правительстве РФ. Довольно быстро разочаровалась, несколько раз хотела бросить, думала, что право, наверное, это не мое, но так этого и не сделала. Теперь понимаю, проблема была не в праве, а в системе обучения. В основном было довольно скучно учиться. Не было выбора предметов, хочешь быть юристом — никуда не денешься от таможенного права, нотариата и делопроизводства. Требовалось заучивание теории без особого понимания, мало дискуссий, фокус на коммерческом праве. То, что мне было интересно, — права человека — не было интересно практически больше никому.

— Есть ли трудности с жильем? Где ты поселилась?

— Я живу в квартире с еще несколькими студентами. Аренда квартиры с четырьмя спальнями и большой светлой гостиной с видом на парламент стоит около 1600$ в месяц, с водой, газом и электричеством — около 2200. Вообще в Иерусалиме бывает довольно проблематично студентам найти квартиру или комнату за небольшие деньги. Это даже привело к массовым протестам этим летом, когда многие демонстративно переселялись жить палатки в городских парках и на бульварах, приносили свои диваны и столы, вешали картины на деревья. Тут проходили концерты, люди смотрели кино на простыне, ортодоксы отмечали шабат, люди обсуждали, что делать. Очень крутая атмосфера была! Закончилось это тем, что 450 000 человек по всей стране вышли на крупнейшую в короткой истории этой страны демонстрацию, которая в итоге существенно ничего не поменяла.

— А вообще дорого жить и учиться?

— По сравнению с Европой учеба дорогая, с Америкой — дешевая. Моя годовая программа стоит 16 000$, для израильтян это стоит значительно дешевле. Я получила грант на 10 000 и стипендию от факультета на 5000, так что для меня стоимость оказалась совсем небольшой. В целом, здесь недешево, и сложность еще состоит в том, что по студенческой визе в Израиле не разрешается работать.

— Кто у тебя самый интересный профессор?

— Робби Сабел. Он ведет у меня семинар по правовым аспектам ближневосточного конфликта. Долгое время он работал советником в Министерстве иностранных дел и участвовал в мирных переговорах с Египтом, Сирией, Иорданией. Знает кучу тонкостей, невероятно умный и интересный человек. Кроме того, несколько раз в месяц к нам приезжают профессора из университетов всего мира, включая преподавателей Гарварда и Оксфорда.

— Как выглядит процесс обучения? Опиши свой обычный учебный день.

— Есть несколько обязательных предметов, но и их можно выбрать из списка; остальные по выбору. У меня занятия всего три дня в неделю, но обычно университет засасывает меня на все пять, с утра до вечера. Нужно делать много самостоятельной работы, и библиотека для этого отличное место — здесь встречаешь друзей, есть тихие уголки, чтобы сконцентрироваться или поспать часок в уютном кресле. Когда устаю, иду гулять: вокруг университета много зелени и цветов, а еще круглый год можно лежать на траве под солнцем. Кроме того, по средам в обеденный перерыв на лужайке играют музыканты.

Вообще, будучи иерусалимским студентом, получаешь привилегию посещать какие угодно курсы в любом государственном учебном заведении города в качестве свободного слушателя. Если бы у меня было чуть больше времени и знаний иврита, я бы с удовольствием походила на историю искусства в соседнюю с университетом школу Бецалель.

— Где будешь работать, когда выпустишься?

— Я мало об этом думаю. Главное для меня сейчас — изучать то, что мне интересно, то, что кажется важным. Например, ближневосточный конфликт и конституционное право Южной Африки. Потом, скорее всего, буду искать работу в правозащитной неправительственной или международной организации.

— Планируешь вернуться?

— Да. Может быть, не сразу после учебы, если получится, останусь еще поработать здесь или еще где-то. Вообще, весь смысл моей учебы здесь мне сейчас видится в том, чтобы получить опыт, который я бы не получила в России, но который был бы ей полезен.