В постоянной рубрике на T&P студенты, уехавшие учиться за границу, рассказывают о разнице в подходе к обучению и делятся впечатлениями от перемены обстановки. Оля Курищук учится в лондонском колледже Saint Martins и объясняет, почему все ее однокурсники плачут и бьются в истериках, но все равно называют место своей учебы раем на земле.

Оля Курищук, 24 года


— Где, чему ты учишься, как давно? Как так случилось, что именно здесь?

— Уже три года я учусь в лондонском Central Saint Martins College of Art & Design на специальности фэшн-дизайн. Сюда я хотела попасть давно, много читала об этом колледже и его выпускниках и мечтала только о нем. Но процесс поступления оказался довольно длительным для меня. В 17 лет я не понимала, как сорваться и уехать. Тогда еще не был так развит интернет, тяжело было найти информацию, некого было спросить, кто уже прошел Сэйнт-Мартинс и знал, что да как. А главное, не было кого-то, кто мог бы убедить моих родителей, что фэшн — это круто, а дизайнер — это не просто швея. В Лондон меня отпустили только после окончания юридического и получения «жизненно важного» диплома, который я так и не забрала из университета.

— Как выглядел процесс поступления? Была ли возможность получить грант?

— У меня не было никакой подготовки. Я никогда не училась в художественной школе, поэтому перед тем, как поступать на foundation year, мне пришлось пройти двухмесячный летний подготовительный курс. Там мне помогли сделать мое первое в жизни портфолио — с ним-то я и прошла дальше. Мы обычно учимся четыре года, у них это разделено на две части: год фаундэйшн, где ты пробуешь разные виды искусства (архитектуру, ювелирные украшения, моду и скульптуру) и выбираешь, что же тебе ближе; и сам бакалавриат на три года — в течение этого времени ты занимаешься исключительно выбранной специальностью. Первый год в Сэйнт-Мартинсе напоминал мой первый год на юридическом, когда у нас было много базовых предметов, а само право началось только со второго курса.

В течение шести месяцев я готовила новое портфолио для поступления на бакалавра. Отбор начался еще задолго до самого поступления, когда в конце первого семестра из 500 студентов отобрали 90, которые прошли на фэшн. Всех остальных отправили на другие специальности. Преподаватели видят твои работы, анализируют, к чему у тебя большие способности, и направляют на более подходящий тебе курс. Весь второй семестр — это безумная конкуренция между друг другом. Нам каждый день повторяли, что из нас поступит только небольшой процент. В итоге прошло 15 человек.

Сам день экзамена — это большая комната, куда все заносят свои работы и оставляют на столе, чтобы вернуться через несколько часов и узнать результат. Ты не видишь экзаменующих, никак не можешь повлиять на результат. Только твои работы. У англичан есть еще собеседование в отличие от нас — мы им завидовали, конечно, потому что в этом случае ты можешь помочь себе обаянием и внешним видом, иностранцам такой возможности не дают.

Что касается грантов, то я не знаю ни одного русского студента в Сэйнт-Мартинсе, который бы учился по нему. К сожалению, в наших странах часто университеты искусств не входят в перечень вузов на гранты. Так в Киеве грант Пинчука получают 500 лучших университетов мира, и хотя Сэйнт Мартинс лучший во всем мире в фэшн-дизайне, он не попадает в этот список. В самом же Лондоне есть достаточно вариантов для студентов, но обычно ты должен быть как минимум из Европейского Союза, чтобы участвовать в нем.

— Ты училась в российском вузе? Какие воспоминания?

— Я окончила Киевский национальный университет имени Тараса Шевченко по специальности «Правоведение». Мое главное воспоминание — нас всех хотели сделать одинаковыми. Можно было говорить только так, как написано в рекомендованной преподавателем книге. Быть несогласным с этим было нельзя. Читали мы все одно и то же, задачи у нас у всех были идентичные, и такие же должны были быть ответы. Очень слабые студенты могли получать автоматы по всем предметам, так как присутствовали на каждом семинаре и в нужный момент читали что-то из книжки. Сильные же студенты, которые пропускали некоторые занятия, так как параллельно работали, но идеально отвечали на экзаменах, часто получали тройки из-за пропусков.

Помню бессмысленные лекции, на которых надо было под диктовку два часа подряд записывать то, что преподаватель почему-то отказывался выбросить в электронном виде на сайт. Удручала невозможность общения с преподавателями. Вместо того чтобы отвечать на наши вопросы, они все время спрашивали нас. Нас все время проверяли: тесты, экзамены, какие-то летучки. Но больше заданной программы никто никогда не знал. Были четкие рамки того, что ты должен выучить. И если ты делал этот минимум, то дальше можно было и не напрягаться. Также смущало полное отсутствие свободы. Отдельные преподаватели запрещали выходить в туалет во время двухчасовой лекции. Вся учеба сводилась к оценке. Можно было не иметь никаких знаний, выйти совершенно пустым из университета, но получить свою оценку. Я не могла понять, зачем такая учеба, что я буду делать со своей пустой головой после окончания и со всей той кучей бесполезных, не имеющих никакого отношения к праву, предметов, которые я учила.

— Где ты сейчас живешь?

— Я делю квартиру со своими друзьями. До этого два года снимала квартиру сама, думала, что не смогу с кем-то жить и что так намного комфортнее. Оказалось, что глубоко ошибалась. С друзьями намного лучше. Не считая того, что за жилье я стала платить ровно в два раза меньше — и в четыре раза меньше за все коммунальные услуги. Тем более, совсем другое дело — приходить вечером в теплый дом, где родные люди встречают тебя чаем и шутками, приносят тебе лекарства и апельсины, когда ты болеешь, и помогают в пять утра дошить платье. Те, кто оказались одни в новой стране без единого знакомого человека, поймут меня, как это важно. Мне повезло с моими соседками, мы все друзья, но я знаю очень печальные истории про опыт других людей. Особенно, если сосед — не близкий тебе человек.

С квартирами в Лондоне тяжело. Дорого, надо тратить много времени на поиски. Я за три года переехала уже четыре раза. Тут важно все: знать, какие районы хорошие, а какие — нет, понимать в каком агентстве снимаешь. В некоторые из них нельзя даже ногой ступать, так как они из тебя выпьют всю кровь и за крошечное пятно на ковре из IKEA выставят счет в 300 фунтов. В Лондоне большинство квартир маленькие, с низкими потолками, со старыми ванными и дурацкими двумя кранами для холодной и горячей воды. Надо не сдаваться, а продолжать искать. Часто находишь что-то в десять раз лучше и при этом дешевле, и с порядочным лендлордом, что очень важно, когда ты будешь съезжать с квартиры: многие делают все возможное, чтобы не отдавать депозит за квартиру.

В общежитии тоже есть много плюсов. Дешевле ничего не найти, вокруг куча студентов, и скоро ты будешь знать их всех. Плюс не надо волноваться за газ, интернет и воду, так как все уже автоматически включено и, кажется, даже входит в счет комнаты. Но комнаты крошечные, и кому как повезет с месторасположением — бывает далеко и в плохом районе. По правилам в общежитии ты можешь жить только один год, потом тебе все равно надо искать свое жилье.

— Какие бонусы дает статус студента?

— Легко получить Шенгенскую визу. Нужно только письмо из университета, номер брони и трэвел-чеки или выписку из банка. Ну и разные скидки: в кино, музеи, в TopShop, на поезд «Евростар», художественные и книжные магазины.

— Над чем ты сейчас работаешь?

— Не считая самой учебы в университете, мы с другими студентами университета ведем блог Сэйнт-Мартинса 1Granary. Мы много общаемся с выпускниками и студентами, следим за их успехами, делаем для них съемки и всячески помогаем: сводим с фотографами, стилистами и журналами, ищем для них помощников на показы и моделей для примерок. 1Granary — это платформа для всех студентов, где можно найти много полезной информации про учебу, поступление, практику, советы от молодых дизайнеров и преподавателей. Мы даем возможность другим студентам попробовать себя в роли стилиста, продюсера съемки, фотографа, фэшн-журналиста. И сами все это пробуем. Для меня это огромный источник информации и просто удовольствие помогать своим друзьям.

— Какой у тебя самый крутой профессор?

— У нас на каждый проект приглашается новый преподаватель. Проекты длятся две-четыре недели, и больше ты никогда не пересечешьcя с тем же учителем. Они все особенные. Ни один не похож на другого. Одному может нравится твоя работа, а другой эту же работу назовет мусором. Кто-то будет всего себя отдавать студентам, а кто-то больше трех минут никогда на тебя не потратит. Если у тебя не сложились отношения с одним преподавателем, после окончания проекта ты больше его не увидишь, и со следующим у тебя могут наоборот завязаться дружеские отношения. Не могу выделить кого-то одного. Они все дают нам что-то ценное.

— Как выглядит процесс обучения? Опиши свой обычный учебный день.

— Зачастую в университете я появляюсь два раза за неделю на десять минут, чтобы поговорить с преподавателем и показать ему, как продвигается моя работа. Поэтому мой обычный рабочий день проходит за столом в моей комнате, но никак не в колледже. Бывают проекты, когда надо отшить какую-нибудь вещь, тогда мы с раннего утра до закрытия все в университете, но опять же — ты работаешь сам, преподавателя над тобой нет. Тут полное самообразование. Тебе ничего не говорят, ничего не объясняют, ты можешь любое задание трактовать по-своему. Ответы на все вопросы ты тоже ищешь сам: библиотеки, музеи, интернет. Во время сдачи проекта результаты у всех могут быть кардинально разные. Кто-то при слове «любовь» подумал о детях, кто-то о Боге, а кто-то о СПИДе и абортах. Юбки одевают и на головы, и на здания. В общем, у нас тут полная свобода, тебя никогда никак не ограничивают. Преподавателям самим интересно, как же ты поймешь задание.

— Какое самое главное знание или умение, которое ты получила в процессе обучения?

— Здоровье — это все. Ты ничего не добьешься в мире моды, если не будешь следить за своим здоровьем, не спать сутками, не есть, издеваться над собой ради учебы. Это того не стоит. Если не можешь научиться работать здесь, не убивая свое тело, лучше сразу возвращаться домой. Я первые два года насиловала себя и потом дорого за это заплатила. Мне пришлось на полгода вернуться домой, и мои нервы испортили отношения с близким человеком. У нас у всех больные шеи и спины, падает зрение, болят ноги, испорченные желудки, все нервные, плачут, бьются в истериках. Тут норма — не ложиться спать по 40 часов время от времени. Моя соседка не ложилась спать три дня, чтоб доделать проект, и последние 20 часов не могла ничего есть, но зато выпила восемь банок редбула. Так долго никто не протянет, а все мы хотим заниматься модой как минимум лет 10-20, а может и всю жизнь. А главное, когда ты себя хорошо чувствуешь и в хорошем настроении, твои работы и отношения с преподавателями намного лучше, и при этом ты получаешь кайф от времени в Сэйнт-Мартинсе. Этот колледж не должен быть каторгой, это огромное счастье быть здесь.

— Дорого жить и учиться?

— Учеба для иностранных студентов стоит здесь 12 тысяч фунтов в год, для англичан и граждан ЕС — всего 3 тысячи. Плюс жилье, много дорогих материалов для учебы, перелеты, питание. Тяжело найти что-то дешевле общежития — в нем комната стоит около 150 фунтов в неделю. Снимать квартиру намного дороже, особенно, если одному.

— Планируешь вернуться?

— Я бы хотела. Я люблю свою страну, люблю Киев. Но в Украине моды пока не существует. Есть отдельные люди, но не индустрия. Хочется быть окруженным профессионалами, учиться у них, быть там, где все происходит. Мне кажется, я сделаю больше для развития моды в Украине, если добьюсь многого здесь и привезу это домой. У меня дома модой занимаются, потому что думают, что это очень легко и весело. Что, если ты можешь одеть себя утром, то ты уже стилист, а если еще и нарисовать что-то раз в полгода, то дизайнер. У нас — это много вечеринок, открытия магазинов, тусовки. Тут — адский труд. Это придуманные сказки, что дизайнеры с утра до ночи куролесят по гламурным вечеринкам. Они сидят у себя в студиях и все время работают.

Но я верю, что Украина и Россия еще весь мир обгонят. У нас талантливые люди, просто пока им тяжело находить знания, им никто не подсказывает. Не у кого учиться. Я слежу отсюда за Киевом и Москвой и поражаюсь, как быстро у нас все развивается. Надеюсь, что так все и продолжится и мне будет куда вернуться. Хочется быть окруженной родными людьми.

— Где будешь работать, когда выпустишься?

— С лета у меня начинается год практики. Планирую поработать в Balenciaga и Celine. Надеюсь, что за этот год лучше пойму, чего хочу: работать на большую компанию или открыть свой собственный бренд. Мечтать — это одно, но когда попадаешь сюда и видишь, как все обстоит по-настоящему, часто меняешь свои желания. Время покажет, ничего не загадываю.