В постоянной рубрике на T&P студенты, уехавшие учиться за границу, рассказывают о разнице в подходе к обучению и делятся впечатлениями от перемены обстановки. Дарья Дмитриева поступила в магистратуру Уппсальского университета и прочитала за два года в Швеции больше книг, чем за все время обучения в России. Сейчас она готовится к защите диплома, а также дистанционно работает в московском PR-агентстве.

Дарья Дмитриева, 25 лет


— Где, чему ты учишься, как давно? Как так случилось, что именно здесь?

— Заканчиваю двухгодичную программу Master in Media and Communication в Уппсальском университете в Швеции. Это старейший вуз Скандинавии. События развивались довольно спонтанно: после окончания московского вуза учиться дальше, в общем-то, не планировала, но буквально через пару месяцев побывала в Швеции и влюбилась в страну без памяти. Решила, что хочу продолжить образование здесь и тут же подала документы в четыре вуза — в Стокгольме, Гетеборге, Лунде и Уппсале. Последний был в приоритете, и когда я получила от них приглашение, меня, конечно, надо было видеть — прыгала до потолка от счастья.

— Как выглядел процесс поступления? Была ли возможность получить грант?

— Необходимо было зарегистрироваться на сайте и выбрать до четырех магистерских программ и до шести — бакалаврской степени. Период подачи заявок на осенний семестр открывался в декабре и для студентов вне Евросоюза заканчивался в середине января, чтобы в случае успеха будущие студенты успели оформить визу. Затем нужно было прислать всего один комплект документов в единый образовательный центр в городе Стремсунде (Strömsund), где обрабатываются заявки во все вузы Швеции. Там документы проверяются на подлинность и корректность и дальше перенаправляются непосредственно в университеты. Это удобно — не нужно готовить отдельный пакет для всех десяти программ, учитывая стоимость услуг нотариуса.

Сам перечень документов довольно прост: копия паспорта, переведенный и нотариально заверенный диплом или аттестат, если подаешь на бакалавра, и результат теста на знание английского — IELTS или TOEFL. Баллы по языковому тесту должны быть направлены в Швецию организацией, которая принимала экзамен, а не самим студентом. Иногда вузы требуют приложить к общему пакету дополнительные документы. Например, для заявки на мою программу требовалось прислать резюме, мотивационное письмо и краткую справку по диплому бакалавра.

— Ты училась в российском вузе? Какие воспоминания?

— Училась. Воспоминания хорошие, потому что это все-таки наши 17-20 лет — лучшее время жизни, замечательные люди вокруг, все дороги открыты. В то же время, подход к образованию как со стороны студентов, так и со стороны системы в целом в корне другой. Самое главное отличие — в России мы все начинали работать чуть ли не с первого курса, при этом вопрос был не только в деньгах, но и в необходимости опыта. Мы уже тогда прекрасно осознавали, что преимущество будет у тех, кто к окончанию университета успеет наработать контакты и получить прикладные навыки. Фактически учеба часто отходила на второй план. Здесь все в корне иначе: создаются все условия, чтобы студент сначала спокойно отучился, а потом вступил в «большую жизнь». Причем здесь люди не скованы возрастными рамками. У нас большинство абитуриентов поступают сразу после школ. В Швеции же это скорее исключение. Люди берут тайм-аут, путешествуют, определяются с тем, чего хотят, и только потом поступают в вуз.

— Где ты сейчас живешь?

— С жильем тут у меня все было непросто. Я поступила в последний год, когда образование для студентов вне Евросоюза оставалось бесплатным, поэтому поток желающих запрыгнуть в последний вагон уходящего поезда был невероятным — как и конкуренция на рынке жилья. Искать квартиру я начала в апреле, в итоге к сентябрю, когда учебный год начинался, мне фактически негде было жить. Дело в том, что в Швеции работает система очередей на жилье, и студенты ждут по 3-4 года, чтобы получить хорошую квартиру. Сами шведы с этой системой знакомы со школы, поэтому регистрировались везде заранее. Я же, в свою очередь, пережила много веселых моментов с квартирным вопросом.

Полную информацию об обучении в Швеции можно найти на специальном [сайте](http://www.studyinsweden.se). Там, например, имеются данные о [стипендиальной программе Visby](http://www.studyinsweden.se/Scholarships/SI-scholarships/Visby-Program/Masters-level-studies/), под которую попадают студенты из России, Украины, Белоруссии, Грузии и Молдавии. Получившим такую стипендию выплачивается 8 000 крон в месяц.

Только за сентябрь переезжала около семи раз: сначала снимала с подругой комнату в хостеле, потом останавливалась по очереди у нескольких новых знакомых, затем университет предоставил всем неустроенным студентам emergency accommodation — мы жили в маленьких однокомнатных домиках по четыре человека на окраине Уппсалы и платили при этом больше, чем я сейчас плачу за свою комнату в центральной части города. Прошлым летом получила комнату в общежитии от Student Nation, у меня своя комната, а душ и кухню я делю еще с несколькими студентами. С моими соседями мне невероятно повезло, мы хорошо ладим. Даже попробовали ввести систему language days. Почти все они шведы, и мы договорились в среду и пятницу говорить по-шведски, во вторник — по-немецки, а по субботам — по-русски. То есть по субботам говорю только я!

Живу я ровно в пяти минутах ходьбы от своего корпуса (зданий университета в городе несколько, они делятся по факультетам) и в десяти минутах от самого центра города. Плачу около 3100 крон, что в рублях выходит около 15 000.

— Какие бонусы дает статус студента?

— Уппсала — это студенческий город. Поэтому для нас здесь предусмотрено множество привилегий. В частности, именно в нашем городе есть уникальная система Student Nations — это организации, история которых насчитывает по несколько сотен лет. Каждая из них привязана к конкретному региону Швеции и изначально создавалась для поддержки студентов, приехавших оттуда. Например, в Norrlands nation (самая большая) вступают студенты с севера, Stockholms — из Стокгольма, соответственно, Smålands — из южных регионов и так далее. Шведы могут также получать дополнительные стипендии от «нейшнов». Сейчас в Уппсале огромное количество иностранных студентов, которые тоже могут вступать в эти организации, и географический вопрос уже не так актуален. «Нейшны» разрослись до такой степени, что у каждой есть свой клуб, бар, комнаты для сдачи в аренду студентам. Они организуют свои мероприятия, у них есть спортивные секции, театры, хор. Пообедать в кафе «нейшна» можно всего за 45-50 крон — в среднем в два раза дешевле, чем в обычных кафе.

— Над чем ты сейчас работаешь?

— Сейчас я пишу диплом, защита будет осенью. Еще работаю в московском PR-агентстве — уже пять лет, последние два года, соответственно, дистанционно. Плюс мы в прошлом году с однокурсниками здесь, в Швеции, основали онлайн-журнал, и сейчас для нас пишут люди из разных уголков планеты. Хотелось бы этому делу посвящать больше времени, но пока не удается.

— Как успехи?

— Я уже закончила все курсы, которые предполагала двухгодичная программа. Результаты хорошие!

— Какой у тебя самый крутой профессор?

— Сложно сказать, у меня хорошие впечатления остались от всех преподавателей. По курсам, связанным непосредственно с медиа, больше всего запомнился Кристиан Кристенсен — известный профессор в нашей области, человек с невероятной харизмой и при этом довольно жестким и требовательным подходом к обучению. Ян Трост — ученый с мировым именем в области социологии — раскритиковал мою первую работу по качественным исследованиям и заставил как следует поработать в течение курса. Зато именно навыки, полученные на его семинарах, мне сейчас больше всего помогают в исследовании. И, конечно, мой научный руководитель Грег Саймонс, профессор из Новой Зеландии. Он у нас ничего не вел, но однажды я побывала на его гостевом семинаре на тему освещения российскими СМИ терактов — и сразу же напросилась быть его подопечной по дипломной работе.

— Как выглядит процесс обучения? Опиши свой обычный учебный день.

— Сейчас, когда пишем диплом, лекций уже нет. Впрочем, и в прошлом году занятий было немного, в среднем три раза в неделю по одной-две лекции.

Учебный день выглядел обычно так: просыпалась я за полчаса до начала учебы (первая пара обычно в 8:15 или 9:15), за 10 минут до занятия встречалась с другом, который жил в соседнем доме, мы на велосипедах ехали до корпуса, покупали кофе (святая святых в Швеции) и бежали на пару. Если это была лекция — слушали, писали довольно редко, потому что потом преподаватели загружали свои презентации, обычно довольно развернутые, в систему Studentportalen. На последнем слайде всегда был список книг/статей, которые нужно было прочитать к следующему занятию или инструкции к письменной работе. Последних за эти два года было немало, и чаще всего это были групповые проекты, которые впоследствии нужно было представить на семинарах.

Мне по большей части везло с коллегами по проектам, и мы всегда довольно легко и быстро все планировали, организовывали и прорабатывали. Запомнился самый первый большой проект — меня определили в группу с двумя юношами (из Дании и из Китая), и мы должны были написать работу под названием «Медиаграфия», в которой анализировали три поколения наших семей на предмет использования различных видов медиа, эволюции средств связи и влияния их на образ жизни людей. А потом сравнить результаты по трем странам и трем эпохам. Было интересно.

— Какое самое главное знание или умение, которое ты получила в процессе обучения?

— Работать в учебных группах — академический проект все-таки отличается от того, что я делаю на своей работе каждый день. Мыслить шире — в российских вузах свободы самовыражения несколько меньше, на мой взгляд. Не только непосредственно готовить, но и представлять свои проекты — с этим в России все тоже обстоит несколько иначе: мы обычно думали уже во вторую очередь о том, чтобы выгодно преподнести работу и заинтересовать аудиторию. И, наконец, меня научили работать с книгой. Да-да, это удивительно, но за пять лет в московском университете я прочитала гораздо меньше книг и научных статей, чем здесь за два года! Здесь никто не будет заставлять тебя читать, но быстро понимаешь, что для написания качественной работы — даже мелкой, промежуточной — нужно перерыть кучу источников. К счастью, в Уппсальской библиотеке есть, по-моему, вся академическая литература, которую только можно себе представить. Ну и языки, конечно.

— Дорого жить и учиться?

— Учусь я, как уже написала выше, бесплатно, но жить действительно дорого. Транспорт, еда и учебники здесь стоят в несколько раз больше, чем в Москве. Швеция — дорогая страна для проживания, и это признают в том числе студенты из других европейских стран.

— Планируешь вернуться?

— У меня есть несколько вариантов относительно ближайшего будущего. Некоторые из них связаны со Швецией, некоторые — с Россией. Поживем — увидим.

— Где будешь работать, когда выпустишься?

— В какой стране? Пока не знаю. В какой области? Менять область деятельности не собираюсь, и образование, полученное здесь, гармонично дополняет мои навыки, позволяет смотреть на то, что я сейчас делаю, под другим углом. А вообще — до защиты еще полгода, и все самое лучшее происходит неожиданно, даже если человек себе распланировал жизнь на сто сорок лет вперед. После двух лет жизни в Швеции я это точно усвоила.