В постоянной рубрике на T&P студенты, уехавшие учиться за границу, рассказывают о разнице в подходе к обучению и делятся впечатлениями от перемены обстановки. Выпускник Томского политехнического университета Иван Лоза благодаря своей настойчивости и положительному настрою отучился в Чехии, Франции и Швейцарии, после чего устроился на работу в одну из крупнейших немецких компаний и сейчас работает в Шанхае. Теперь он планирует достичь своей давней цели — выучить шесть официальных языков ООН, чтобы свободно разговаривать с большинством населения Земли.

Иван Лоза, 25 лет


— Где, чему ты учишься, как давно? Как так случилось, что именно здесь?

— В 2007 году на третьем курсе химико-технологического факультета Томского политехнического университета я познакомился со многими иностранными студентами, приехавшими в наш университет по обмену. Постоянно общаясь с ними, я сам загорелся идеей зарубежной поездки, и стал узнавать, какие возможности обмена существуют для наших студентов. После недолгих поисков оказалось, что вариантов много, но единственной возможностью по моей специальности был Институт химической технологиии в Праге (Istitute of Chemical Technology), в Чехии. После несложного языкового теста и множества бюрократических процедур, мой академический обмен был утвержден. Обучение проходило по нескольким предметам, схожими с теми, которые я изучал бы в России.

Это был мой первый зарубежный опыт учебы и первая в моей жизни поездка за границу. Именно тогда я испытал сильное культурное потрясение, и именно тогда впервые «заболел» Европой и вообще путешествиями. По возвращению домой я точно знал, что хочу продолжить путешествовать и учиться в других странах. После получения диплома бакалавра в России в 2008 году я подал документы на несколько стипендиальных магистерских программ в Европе и получил положительный ответ от одной из них.

Источник синхротронного излучения в Институте Пауля Шеррера — источник синхротронного излучения третьего поколения мощностью 2,4 гигаэлектронвольт.

Моя специальность называлась Master of Material Science Exploring European Large-scale Facilities. Специальность включала в себя основной теоретический курс — исследование, характеристика и разработка современных сложных материалов (композитные материалы, нано-материалы, кристаллы, сверхпроводники и так далее), а также курс менеджмента. Лекции проходили в Университете города Ренн-1, во Франции. Написание дипломной работы проходило в вузе партнере программы — Швейцарской высшей технической школе (Swiss Federal Institute of Technology) в Цюрихе. Диплом был посвящен детальному исследованию катализационных процессов при окислении моноксида углерода. Исследования и эксперименты для дипломной работы проводились непосредственно в самом университете в Цюрихе, а также в Европейском центре синхротронного излучения (European Synchrotron Radiation Facility) (Гренобль, Франция) и в Институте Пауля Шеррера на Источнике синхротронного излучения (Swiss Light Source, Paul Scherrer Institute) (Филлиген, Швейцария).

— Как выглядел процесс поступления? Была ли возможность получить грант?

— Для учебы по обмену в Праге, я прошел базовый тест английского (несмотря на то, что учеба в дальнейшем была на чешском), собрал пакет документов (рекомендации и еще несколько бумажек), составил и утвердил в деканате индивидуальный план обучения на дальнейшие курсы. Что касается гранта, в Праге нашим ребятам, которые ехали в другой университет, предоставлялась неплохая стипендия от принимающего вуза. В моем случае такой стипендии не было, однако я все-таки после долгой беседы с деканом ухитрился «выбить» из него месячную стипендию от факультета, в размере пяти тысяч рублей, которой хватало буквально чтобы оплатить общежитие и сотовую связь. Все остальные расходы ложились полностью на меня. Еще факультет оплатил мне билет, но только частично, что, впрочем, было тоже неплохо, но и для этого пришлось с деканом беседовать отдельно.

В случае с магистратурой процесс подачи заявки на большинство стипендиальных программ во всем мире примерно одинаков. Нужно собрать определенный набор документов и послать до дедлайна по адресу координатора программы. Как правило, набор документов включает в себя: диплом и приложение к диплому (оба на английском языке), резюме, мотивационное письмо, два или три рекомендационных письма (от профессоров, научных руководителей или работодателей) и сертификат о владении языком обучения (в моем случае английским — TOEFL).

Когда я вернулся после первой поездки из Европы (это было уже весной), все дедлайны на стипендии уже прошли. Тогда летом 2008 года я защитил диплом бакалавра, и осенью подал заявку в магистратуру, на следующий 2009-2010 год, уже имея российский диплом на руках. И чтобы не терять промежуточный год впустую, в 2008-2009 учебном году я доучился по своей специальности еще один год и перед поступлением в магистратуру защитил полноценный диплом инженера.

В случае стипендиальных магистерских программ Erasmus Mundus поступление происходит не в какой-то конкретный европейский вуз, а в консорциум из нескольких университетов. То есть существует свыше ста различных магистерских специальностей и свыше тридцати докторантских программ Erasmus Mundus, и для каждой есть отдельный консорциум из двух и более университетов со всей Европы. Конкурс на стипендиальные программы Erasmus Mundus большой и зависит от конкретной программы. На нашу специальность, на одно стипендиальное место конкурс был больше двадцати человек на место. На некоторые программы конкурс бывает свыше сорока человек. Стипендия Erasmus Mundus составляла на 2009 год 21 000 евро в год. В последние годы, насколько мне известно, размер стипендии постоянно индексируется.

— Ты учился в российском вузе? Какие воспоминания?

— Я учился в Томском политехническом университете. Впервые оказавшись за рубежом, я понял насколько сильно отличается процесс обучения и подготовки специалистов в России. Из плюсов российского обучения хочется отметить хорошие базовые теоретические знания. Это сослужило мне хорошую службу в будущем, когда многое из того что преподавали, к примеру, в Праге, я уже знал. Минусы, к сожалению, конечно же, всегда более заметны. Хочется отметить серьезное отставание нашего образования в плане знания современных технологий, так называемых state-of-the-art technologies. К примеру, математическое моделирование в нашем вузе было на языке Pascal, на котором училась программировать моя мама в 70-х годах.

Я думаю во многом сказывается плохое качество финансирования, а также контроля этого самого финансирования в российских вузах. В Европе вся наука основывается на университетах. Вузы получают огромные средства на разработки, закупки оборудования, программного обеспечения, доступа к различным базам данных, электронным библиотекам. Размеры дотаций вузов в Европе совершенно не сопоставимы с бюджетами наших университетов. К сожалению, в России часто даже те средства, которые выделяются из федерального бюджета на различные разработки, исследования или закупку оборудования, оседают в карманах различных чиновников. Ну или за безумные миллиарды создаются совершенно необоснованные, неестественные и непонятные лично мне проекты вроде Сколково.

Что касается самого процесса обучения, то в Европе большинство лекций всегда доступно в электронном виде, и во время лекций студенты лишь делают пометки на полях, а не нудно записывают под диктовку, как это часто бывает у нас. Еще хочется заметить, что в Европе студенты при написании дипломных работ часто используют различные публикации, статьи в научных журналах и в каждом разделе своей работы обязательно ссылаются на предыдущие исследования. У нас культура работы с публикациями на низком уровне, да и количество и качество публикаций в год, к сожалению, отстает от европейских вузов в десятки раз.

— Были ли сложности с обучением на иностранном языке?

— Во время моего первого зарубежного опыта учебы в Праге, так получилось что четыре предмета из пяти были доступны только на чешском языке. До приезда в Чехию я знал буквально не более десятка слов. Мне, конечно, немного повезло в этом плане, так как в Праге у меня уже были знакомые чехи, те самые студенты по обмену, учившиеся в Томске. Они здорово мне помогали по началу. С самого начала невозможно стопроцентно понимать хоть и славянский, но все-таки чужой, незнакомый иностранный язык. Первые две недели были самые тяжелые. Я не понимал на лекциях практически ни одного слова, кроме международных (вроде «оксид»), которые звучат одинаково во всех языках.

Буквально каждый день я старался выучить десяток слов. Самое главное — проводить максимальное количество времени с носителями языка и слушать, как они говорят. Через пару месяцев я стал понимать большинство слов, а также неплохо понимать лекции, и мог сносно объясняться. А еще через месяц-полтора я понимал практически все, меня самого было невозможно заткнуть. Я был немного горд тем, что, под конец моего пребывания в Чехии, я смог свободно общаться на чешском языке и часто бывал принят за чеха. Только через пять-десять минут общения люди понимали, что я оказывается иностранец.

Швейцарская высшая техническая школа.

Швейцарская высшая техническая школа.

Этот же опыт изучения языка я применял и в дальнейшем, когда поступил на полноценную магистратуру. Что касается учебы, конечно, в магистратуре было гораздо легче, так как английский я знаю хорошо и не испытываю с ним никаких затруднений. Но все-таки, несмотря на то, что обучение было на английском, и особенной нужды к изучению местного языка у меня не было, я все равно старался общаться и во Франции, и в Швейцарии больше с французами и швейцарцами. В случае с французским или немецким в начале, конечно же, придется попыхтеть и с нуля учить грамматику. Тут, конечно же, немного сложнее чем с чешским, языки неславянские, правила и грамматика другие. Но потом, после того, как хотя бы базовая грамматика пройдена, и в запасе есть хотя бы пара десятков слов, — нужно просто живое общение. Постоянно слушать, постоянно говорить, стараться читать и произносить все, что видите, повторять то, что слышите. И самое важное — постоянно задавать вопросы.

— Какие бонусы дает статус студента?

— Быть студентом в Европе выгодно. Хотя бы потому что у вас есть возможность свободно путешестовать по всей шенгенской территории. В Европе существует невероятное количество всевозможных скидок и бонусов для студентов. Только обязательно везде нужно об этом спрашивать. Например, насколько я могу судить по своему опыту, для большинства студентов, вход во все музеи бесплатный, либо с большой скидкой. Часто есть существенные скидки на приобретение проездных билетов, а также билетов на поезда или самолеты. Также во многих странах студентам правительство предоставляет жилье по дешевым ценам или оплачивает его частично.

Важным бонусом на мой взгляд является также возможность пройти стажировку или практику в европейских компаниях. Это ценный опыт, а также для многих ребят это является хорошим шансом получения дальнейшего предложения работы. Во многих странах, например, в Великобритании или Германии, при получении местного диплома, выпускникам предоставляется годовая виза для поиска работы.

Ну и самый главный бонус, это конечно же сама Европа с ее огромной многонациональной культурой, традициями, с ее различиями, архитектурой, богатой историей. В России, к сожалению, сама культура путешествий не развита. Люди сидят как приклеенные в своем городе и никуда не ездят. А ведь у нас так много красивых мест. Только пожив в Европе, я понял, что жизнь — она, как книга, и тот, кто не путешествует, не читает из нее больше одной страницы.

— Какой у тебя был самый крутой профессор?

— Меня больше всего потрясли лекции по геополитике в университете Ренна, которые проводил для нас профессор Ален Симон — известный юрист, экономист по образованию. Это был для меня абсолютно новый, необычный и неожиданный взгляд на современную геополитическую обстановку в мире — буквально за первые два часа лекции у нас произошел, что называется, разрыв шаблонов. Я был в полнейшем восторге от его манеры общения, от манеры преподавания, ведения лекции и от его взгляда на современный мир. Это была без сомнения самая яркая, интересная и самая запоминающаяся лекция за все шесть лет моего высшего образования в четырех различных странах.

— Как выглядел процесс обучения? Опиши свой обычный учебный день.

— Пожалуй, ежедневный процесс обучения во многом схож c российским. Лекции также занимают примерно два часа, с небольшим перерывом. Одним существенным отличием в пользу европейских вузов являлся часовой перерыв на обед. В России в нашем университете такого понятия не существовало, и все студенты в основном питались фастфудом в перерывах между лекциями. На мой взгляд, питанию, как части здорового образа жизни студентов, должно уделяться гораздо больше внимания со стороны руководства вузов. В России многие из моих одногруппников и других знакомых студентов, включая меня, в тот или иной момент имели проблемы со здоровьем из-за такого нерегулярного питания.

Меня поразила в Чехии гибкость сессии. В России сессия идет в течение месяца и для экзаменов есть строго определенные дни, в которые вся группа сдает экзамен. В Чехии же студентам предоставляют на выбор несколько дат для каждого предмета, и ты можешь сам спланировать, когда и какой экзамен сдавать. Это удобно. Можно сдать, например, сначала самые сложные или самые легкие — кому как нравится. А вот во Франции такой гибкости не было, и мы сдавали экзамены все вместе в строго определенный день. Что касается Швейцарии, при написании диплома я приходил в университет около 8:30-9:00 и уходил около 17:00. Но особенно это никто контролировал, так как в конечном итоге диплом-то писать надо было мне, а не кому-то еще.

Европейский центр синхротронного излучения (ESRF) — самый мощный источник синхротронного излучения в Европе, при помощи которого ученые и инженеры проводят исследования в области нанодиагностики, наноматериалов, нано-био технологий.

Во время дипломной работы, кроме исследований и экспериментов в лаборатории при Университете в Цюрихе, у меня также была возможность ставить эксперименты в двух НИИ — в Европейском центре синхротронного излучения в Гренобле и в Институте Пауля Шеррера, на Швейцарском источнике синхротронного излучения в Филлигене, Швейцария. Для меня это была уникальная возможность окунуться в самый центр научного прогресса в Европе. ESRF изнутри выглядит совершенно фантастически, как какой-то космический корабль. Это было потрясающее чувство. Поскольку в сооружение ESRF Европейский союз вложил огромные многомиллиардные средства, работают подобные центры круглосуточно, семь дней в неделю, чтобы хоть как-то окупить себя. Часто бывало, что моя смена была ночная, и приходилось всю ночь работать над экспериментом, а днем спать. Для меня это был совершенно уникальный опыт, и я смог прикоснуться и почувствовать, чем дышит, и над чем работает современная передовая европейская наука.

— Какое самое главное знание или умение, которое ты получил в процессе обучения?

— Пожалуй, понимание, что в мире нет ничего, абсолютно ничего невозможного! Все границы, барьеры, визы — абсолютно эфемерны! Для человека целеустремленного, у которого есть драйв, желание чего-то добиться, желание открывать и познавать мир — никаких границ нет. Кто хочет — ищет возможности, кто не хочет — причины. Да, за границей тяжело. Да, в другой стране без знания языка, культуры всегда по началу приходится несладко. Нет ни мамы, ни папы, ни хороших верных друзей. Но главное — никогда-никогда не сдаваться, ни при каких обстоятельствах. И рано или поздно судьба обязательно даст шанс выйти из самых сложных и запутанных ситуаций. Виза выдастся, язык выучится, экзамены сдадутся и хорошая работа найдется. Встретятся интересные люди, которые станут близкими друзьями и смогут поддержать добрым словом и советом. Все, конечно же, не появится как по волшебной палочке, и нужно будет приложить немало усилий. Главное — ничего не бояться, верить в себя, ставить перед собой высокие цели и никогда не останавливаться на достигнутом.

— Дорого жить и учиться?

— Конечно же, цены на жилье и проживание разнятся от страны к стране. В Праге, например, было дешевое студенческое общежитие. В Чехии также дешевая еда, и, в целом, дешево питаться не дома, а в ресторанах. Во время моей магистерской учебы, конечно же, у меня была уже большая стипендия, которой с лихвой хватало на все какие бы то ни было расходы, и оставалось еще много средств на путешествия. Во Франции тоже предоставлялось дешевое общежитие, за которое нужно было платить менее ста евро в месяц. Однако цены на еду и ежедневные расходы гораздо выше по сравнению с Прагой. Общественный транспорт тоже дороже, равно как и цены на поезд или междугородние автобусы.

Но когда перехал в Цюрих, я понял на практике, что же все-таки значит теория относительности Эйнштейна на самом деле, на примере Швейцарских цен. Швейцария — самая дорогая страна в Европе, а Цюрих — самый дорогой город в Швейцарии. По сравнению с Цюрихом и его ценами, Франция показалась мне просто раем. В Цюрихе я научился по-настоящему экономить. После того, как у меня закончилась стипендия и я каким-то образом умудрялся проживать на триста евро в месяц, мне кажется, мне нужно вручить нобелевскую по экономике! Еще в России я начал увлекаться так называемым фаер-шоу и к моменту моей поездки в Европу уже был неплохим фаерщиком с опытом нескольких фаер-фестивалей в Сибири. И когда закончились совсем деньги, я подрабатывал уличным артистом на набережной Цюрихского озера, в специально отведенных для этого местах. Народ в Цюрихе богатый и иногда даже щедрый. Заработанных денег вполне хватало на транспорт, мелкие расходы и на то, чтобы сносно питаться.

Что же касаемо жилья, то в Цюрихе с этим большая проблема. На 400 тысяч населения, приходится около 60 тысяч студентов. Университеты имеют ограниченные возможности по предоставлению жилья, и на него естественно претендует огромное количество людей. Получить комнату от официальной организации студенческого жилья — несказанная удача! Это и был как раз мой случай. Перед переездом в Цюрих я в течение двух месяцев не мог найти совершенно никакого жилья, и в один прекрасный момент сидя за компьютером я получаю e-mail следующего содержания (в адресатах около 15 человек): «Уважаемые претенденты на жилье, у нас появилась одна свободная комната, и кто первый ответит на это письмо, тот ее и получит». И по совершенно счастливой случайности я и получил комнату. Комната была маленькая, площадью всего лишь 12 квадратных метров, в новом общежитии, с совместным на этаже душем и туалетом. И при всем этом цена комнаты была — 500 франков, что составляет около 17 тысяч рублей. И это считается очень дешево для Цюриха. Комната сдавалась строго на определенный период, и впоследствии, когда мне пришлось продлить свою учебу, я вынужден был искать другое жилье. Однако и тогда удача еще раз улыбнулась мне, и во время одного из уже описанных фаер-шоу на набережной, в перерыве между представлениями, я познакомился с девушкой, которая как раз искала кого-то, кому сдавать свободную комнату.

— Над чем ты сейчас работаешь?

— Летом 2010 года, за несколько месцев до защиты диплома, после продолжительных и тяжелых поисков будущей работы, я получил звонок от немецкой компании Bayer. Еще весной я подал заявку на Bayer International Engineering Trainee Program — программа компании для молодых специалистов, недавних выпускников. После прохождения телефонного интервью, меня пригласили в Германию, в Кельн для личного интервью. В течение целого дня со мной беседовали различные представители компании, и в конце дня мне сообщили о том, что я успешно прошел отбор и получил позицию. В целом, изначально было свыше сорока претендентов на эту позицию.

Швейцарская высшая техническая школа.

Швейцарская высшая техническая школа.

Программа рассчитана на два года. Испытательный срок — один год, после которого специалист автоматически переводится на неограниченный контракт в компании. В течение двух лет выпускник работает в различных подразделениях и различных областях компании. Первые полгода я работал в Леверкузене, недалеко от Кельна, в одном из технологических подразделений в качестве process engineer. В мои задачи входила работа с техническими чертежами, участие в технологичеком проектировании будущих инвестиционных проектов. В течение этого задания, у меня также была возможность съездить в командировку в Россию, в Ногинск, где у компании есть небольшой завод по производству полиуретанов и поработать в российском отделении компании в течение месяца. Второе полугодие я работал в различных инженерных дисциплинах в огромном инвестиционном проекте в Дормагене, что тоже находится под Кельном. В дальнейшем мое задание сильно отличалось от работы инженера — я работал в одном из подразделений закупок и поставок компании, в проекте, направленном на сокращение издержек. Это был интересный опыт для меня, так как я наконец смог применить свои навыки и знания в экономике и менеджменте.

Сейчас я нахожусь в последней стадии программы — зарубежное задание. В рамках этого задания я переехал в Шанхай, в Китай, где у компании огромнейшие производственные мощности. Завод в Шанхае является крупнейшим заводом Bayer в мире. Одной из моих основных задач здесь является непосредственная подготовка и реализация малых инвестиционных проектов на заводе. Это довольно серьезное и интересное задание для меня, так как я впервые оказался в Азии, и теперь нужно адаптироваться совершенно к другим уловиям жизни, климату, другой ментальности людей. Большинство моих коллег — китайцы, и важно научиться работать в этих новых уловиях, в совершенно другой, новой для меня национальной и, конечно же, языковой среде. Это ценный опыт для меня, а китайский — еще один язык в копилку.

— Планируешь вернуться?

— В ближайшем будущем это в мои планы не входит. Я очень люблю путешествовать. И до тех пор пока этот драйв есть у меня в крови, и пока мои ноги могут носить меня по планете — я не собираюсь останавливаться.

— Какие планы?

— Я планирую пожить какое-то время в будущем в Южной Америке, выучить испанский, а также на Ближнем Востоке, чтобы выучить арабский. Испанский я уже неплохо понимаю, благодаря учебе во Франции, так как латинские языки все немного похожи. А арабский я начал учить еще давно, в Томске. В томской мечети были бесплатные курсы арабского, и я ходил туда раз в неделю. Таким образом, в итоге, я планирую выучить шесть официальных языков ООН (русский, английский, французский, испанский, китайский, арабский) плюс немецкий и чешский, чтобы я мог наконец-то свободно общаться с большинством населения нашей планеты. Как я уже говорил, нужно ставить себе большие цели.