Some/Things — это междисциплинарная команда, издательство, креативное агентство, галерея и производство. T&P поговорили с главным редактором и арт-директором журнала Моникой Биелскыте о современном образовании для специалистов творческой индустрии и о том, как издательская деятельность переросла в работу агентства.

— Вы начинали свою деятельность с фотографии, как появилась идея создать журнал, какова была первоначальная миссия агентства?

— В какой-то момент мне захотелось создать качественное издание в виде книги, которое бы объединяло творчество людей из разных областей культуры. Что-то вроде портфолио разных художников, собранных воедино. Мне хотелось создать своего рода платформу для творческих людей, которые мне кажутся интересными, влиятельными в современном мире, и позволить им выразить себя, создать сообщество, объединяющее различные медиа и практики.

Мы начинали очень легкомысленно: у нас не было как такового бизнес-плана, мы не знали, как делаются деньги, но мы четко для себя решили, что у нас не будет рекламы и что мы хотим сделать что-то действительно красивое. Все кругом говорили нам, что мы сумасшедшие, что мы обанкротимся после одного-двух выпусков, что мы слишком претенциозные, амбициозные, дерзкие, что никто так журналы не делает — обязательно должна быть реклама, продажи надо осуществлять через киоски или книжные магазины. Мы сказали, что не хотим работать по такой схеме, потому что тогда нам придется обращаться к дистрибьюторам, которые заберут около 80 процентов прибыли, и у нас не получится выпустить качественный продукт. Тогда мы решили изобрести свою собственную систему с чистого листа.

«Через постоянное взаимодействие, обмен опытом, знаниями, идеями, зарисовками, информацией о последних научных исследованиях мы пытаемся создать образы будущего»

Впоследствии мы встретили замечательных людей, которые помогли нам сделать журнал. Уже в первом выпуске, помимо моих собственных работ и фотографий, были опубликованы проекты, выполненные в сотрудничестве с десятком художников. Имея внятную концепцию, мы начали приводить план в действие, шли к своей цели, старались быть честными, старались показать людям, насколько сильно мы хотим с ними работать. Это все делалось не ради имиджа или того, чтобы наши имена стояли рядом с именами известных деятелей, а ради удовлетворения нашего собственного интереса и любопытства.

Первый номер привлек большое внимание, про нас писали в блогах, рассказывали друг другу: люди из разных городов, стран и континентов. Можно себе представить, как, получив такую мощную поддержку уже после первого издания, мы почувствовали на себе груз ответственности, который не мог не подвигнуть нас на дальнейшее развитие.

Мы очень осознанно подходим к вопросу качества конечного продукта: большое внимание уделяем процессу печати, выбору бумаги, содержанию (интервью мы не проводим по электронной почте, а действительно едем и работаем с людьми, где бы они не находились — в Париже, Лос-Анджелесе или Токио). После третьего выпуска мы задумались о разработке новой бизнес-модели, которая позволила нам продолжать. Мы выросли в обычных семьях, поэтому нам нужно было придумать способ монетизации журнала, но вместе с тем сохранить планку, которую мы для себя поставили. Так родилось Some/Things Agency. Деятельность агентства сосредоточена на коммерческих проектах, которые мы делаем для художников, дизайнеров, различных компаний или галерей. Мы проводим консультации, предоставляем услуги фотографии, пиара и художественного руководства, разрабатываем стратегии и концепции развития бренда, придумываем визуальное и смысловое содержание, основываясь на нашем видении их деятельности. Различные подходы, идеи и знания, которые были придуманы в ходе работы над журналом, мы попробовали применить к чему-то более практичному, более приземленному и материальному.

© ALEXEY BLAGUTIN, SOME/THINGS AGENCY

© ALEXEY BLAGUTIN, SOME/THINGS AGENCY

Журнал — это наиболее рискованное творчество. Для агентства мы создаем то, во что верим, но для других компаний. В результате получается продукт, который не несет в себе внутреннего противоречия между содержанием и рекламой. Читателю важно понимать, где настоящее, а где нет. Иногда клиенты приходят и говорят: «Мы хотим, чтобы вы сделали что-то похожее на материал из третьего номера». Почему бы и нет? Мы можем это сделать, при условии, что у нас останется возможность придумать что-то новое, более прекрасное, сложное и интересное, а не просто повторить то, что уже было сделано.

— Как вы планируете развивать бренд Some/Things?

— До настоящего момента мы открывали для себя и для читателей творчество замечательных художников, дизайнеров, выстраивали исторические параллели и связи между различными эпохами. Теперь нам стало интересно заглянуть немножко дальше. Контент преимущественно будет ориентирован на специальные курируемые проекты, который мы создаем совместно с другими людьми. Для седьмого номера мы выбрали тему города будущего, обратились к художникам, иллюстраторам, архитекторам, людям, которые занимаются трехмерным моделированием, с просьбой изобразить их видение того, как будут выглядеть наши города через десятки лет. Через постоянное взаимодействие, обмен опытом, знаниями, идеями, зарисовками, информацией о последних научных исследованиях мы пытаемся создать образы будущего. Кроме того, мы берем интервью у различных ученых и специалистов, касательно данной проблематики, привлекаем к общей работе различных профессоров, экспертов, которые выступают на TED.

«В большинстве журналов — будь то в области искусства, моды или музыки — существовал и существует диссонанс между содержанием и оформлением, между текстами и рекламой»

Что касается агентства, мы пытаемся найти такие проекты, в которых можно было бы применить мультидисциплинарный подход, новые технологические средства и инструменты. Подумать над тем, как соединить в этой работе творчество и бизнес — поскольку компаниям необходимо как-то оплачивать подобные проекты, — и не податься давлению со стороны рынка. Создавать качественные образы за определенное количество времени, которые вместе с тем не разрушат общую концепцию бренда.

Мы верим, что, работая в тесном взаимодействии с людьми, можно создавать нечто гораздо более значимое и интересное. Помогать друг другу, вместо того, чтобы бороться и конкурировать. Дело не в том, что один человек может сделать, а в том, как совместное творчество рождает нечто большее, захватывающее воображение.

— До того, как появилось агентство, как вы находили средства для существования?

— Первое время мы работали за свой счет. Нам потребовалось для этого не так много денег, как можно себе представить. В начале нас было двое, и мы были весьма изобретательны. После выхода первого номера мы сами ездили по шоу-румам и галереям, предлагая купить наш журнал. Впоследствии, люди сами стали обращаться к нам с просьбой о распространении нашего издания. Мы поняли, что огромное значение играют связи.

Очень важно идти не спеша, потому что, начав бежать, есть риск потерпеть стремительное поражение. Мне кажется, что начинать нужно с малого, делать все своими руками, своими силами, чтобы в конечном итоге получить достойный результат. Начало было тяжелым, зато теперь, с нашим последним номером, мы запускаем продажи по всему миру — от Москвы до Лос-Анджелеса, от Мельбурна до Токио. Кроме того в этом году мы приняли официальное участие в выставке «Арт-Базель» в Швейцарии и Майами.

— Расскажите, как вы организуете работу в команде?

— Мы постоянно находимся в ситуации, где «дедлайн был вчера». В компании я отвечаю за все, что касается стилистики, креативной стратегии, контролирую каждый элемент дизайна, вопросы, касающиеся коммуникативной модели. Мой партнер Джеймс Ченг Тан занимается финансами. Работая с людьми, я стараюсь проводить с ними как можно большее количество времени, обсуждая каждый аспект будущего проекта. Я им доверяю, позволяю им раскрыться, почувствовать процесс, погрузиться в него, чтобы работа не превращалась в механическое действие и, вместе с тем, нести ответственность за то, что они делают.

Я бросила школу, когда мне было 16, потому что мне не нравилось там. Это был мой выбор, но я никому не рекомендую поступать таким образом. Оставшись наедине с собой, я интуитивно искала и познавала свой путь. Это научило меня тому, что необходимо бороться за то, во что ты веришь. В Some/Things мы стараемся действовать очень целенаправленно, принципиально, тщательно подходить к процессу принятия решений. Вместе с тем, мы хотим давать сотрудникам ощущение вовлеченности в процесс — чтобы они смело делились своими знаниями, идеями и были услышаны. Это еще не говорит о том, что их мнение будет полностью принято, но, по меньшей мере, учтено, тогда впоследствии они смогут увидеть свой вклад в общее дело. Это то, что вдохновляет людей, своего рода награда для них. И хотя приходится работать очень усердно, трудится по много часов в сутки, мы, таким образом, бросаем вызов сами себе, своим убеждениям, мыслям и телесным ощущениям.

«Мы сформировали уже целую сеть людей, которых считаем своими единомышленниками — это дизайнер Рик Оуэнс, группа Radiohead, режиссер Вонг Карвай, фотограф Стив Мак-Карри»

— Расскажите о процессе взаимодействия с художниками, дизайнерами, архитекторами — вы скорее являетесь куратором или соавтором проектов? Не могли бы вы более подробно остановиться на работе с архитекторами.

— Над последним номером мы работали с Рикардо Бофилом и Клодом Парентом. Мне чрезвычайно интересен их мир, это мои кумиры. Клод делился со мной своим опытом, эмоциями, идеями, показывал свои работы, которые раньше никто не видел. Он — один из наиболее вдохновляющих людей, с которыми мне приходилось общаться. И, несмотря на то, что ему около 90 лет, в душе он гораздо моложе многих студентов художественных или архитектурных вузов. Секрет его молодости кроется в искренней заинтересованности образами будущего и желании делиться собственными знаниями и опытом.

С Бофилом было несколько иначе. Он каталонец, рассказывал истории о своей семье, юности, о том, как он работал с Садамом Хусейном и как интерпретировал постройки Антонио Гауди. Его мастерская находится в здании старой фабрики la fabrica — это волшебное место, довольно эклектичное. Я спрашивала: «Почему вы не сделали ничего подобного этому месту? Оно так прекрасно». На что он ответил, что не хочет делиться этой красотой с другими, поскольку для ее зарождения и развития потребовалось время, время, проведенное внутри этого места.

Самое интересное в этих совместных проектах — это находиться среди людей, иметь возможность обмениваться опытом, проникать в их мир, знакомится с их системой ценностей, с их мыслями, и позволить всем этим впечатлениям повлиять на ту работу, которую ты делаешь, повлиять на себя как на личность. Для нас это невероятный опыт, которым мы хотим поделиться с другими. Мы хотим найти новые способы представления — в фотографии, журналистике, архитектуре. Так для нас архитектура — не просто здание — это то, как она соотносит себя с большим масштабом и с микроуровнем, как эволюционирует, развивается от первоначальной идеи до конечной формы, что происходит с ней с течением времени. Мы пытаемся найти более изобретательные способы репрезентации архитектуры, чем просто рендеры или фотографии. Самая большая награда для нас в таких проектах — это наблюдать радостное волнение на их лицах, когда они видят результаты нашей деятельности.

© NAT URAZMETOVA, SOME/THINGS AGENCY

© NAT URAZMETOVA, SOME/THINGS AGENCY

— Как вы находите этих людей?

— В самом начале мы обращались к людям, с творчеством которых уже были знакомы и которые вдохновляли нас. Сейчас это уже целая сеть людей, единомышленников, которых мы для себя открыли в процессе — дизайнер Рик Оуэнс, группа Radiohead, режиссер Вонг Карвай, фотограф Стив Мак-Карри и многие другие. Мы встречаемся с людьми, общаемся через skype, рассказываем о теме новых номеров и просим посоветовать нам наиболее ярких, успешных и вдохновляющих людей из их сферы деятельности (технологий, дизайна, программирования, трехмерного моделирования и других). Мы работаем с одними людьми, которые знакомят нас со своими друзьями и знакомыми. Кроме того, мы постоянно находимся в процессе поиска новых лиц. У меня есть исследовательская команда, которая помогает в этом — они приносят мне тысячи, если не десятки тысяч предложений, из которых мне приходится выбирать. Как только мы утверждает тему будущего номера, мы начинаем искать. Вопрос не в том — с кем мы хотим работать, а что мы хотим сказать, какое сообщение мы хотим донести нашим читателям.

— Вы платите этим людям?

— Нет. Мы не делаем рекламы, поэтому не можем платить за участие. Деньги — это своего рода критерий того, хотим мы работать с человеком или нет. Большинство из них достаточно известны, и у них уже есть свой заработок, а участие в наших проектах дает им возможность рассказать о том, во что они верят. Если им интересно высказаться, тогда они соглашаются.

— Вы бы хотели поработать с русскими художниками?

— Я родом из Литвы и некоторые мои соотечественники спрашивают, почему я не приглашаю литовцев. Дело в том, что я не стану обращаться к кому-то из-за его национальности, цвета кожи, пола или сексуальной ориентации, но из-за его видения, убеждений и открытости. Мы пытаемся услышать мнения людей со всех концов света, стараемся собрать многонациональную и многокультурную команду.

Меня привлекают русские люди тем, что они очень усердны, трудолюбивы и умны — это одна из богатейших культур в мире, не материально, но интеллектуально, эмоционально. Тот образ, который сложился на западе, поверхностный, плоский. То, что западное общество знает о России — это не самое лучшее, что страна может предложить. Лишь малая доля ваших знаний, идей и ценностей представлены миру, но я считаю, что России есть, что показать. В моей команде двое русских, и они одни из самых замечательных людей, с которыми мне приходилось работать.

— Как вы относитесь к современному образованию, какими качества, по вашему, должен обладать сегодня художник, фотограф или дизайнер?

— Я уже упоминала, что бросила школу, когда мне было 16. Я никому бы не посоветовала повторить мой поступок, но это сработало для меня. У меня не осталось иного выбора и мне пришлось много и усердно трудиться, чтобы стать кем-то. Я до сих пор набираюсь опыта и считаю, что не готова к самостоятельной художественной деятельности. Поэтому до сих пор работаю с различными людьми, пытаясь набраться опыта до того, как смогу сформулировать собственное видение. Some/Things — это не совсем про меня. Мне кажется, что работы художников или дизайнеров должны говорить о них. В школах должны перестать учить тому, как художнику выражать себя. Наиболее значимы технические предметы, которые рассказывают о практических аспектах, о том, как делать вещи и как делать их хорошо. Сначала необходимо развить у студента понимание всевозможных технических вопросов, а потом позволить ему собирать опыт. Некоторые считают такой подход неправильным — если я не знаю, как что-то сделать, я могу обратиться к тому, кто знает. Я думаю как раз противоположным образом.

«Человек сначала должен поработать с людьми, на других, для других, аккумулировать знания и опыт, и как только он почувствует, что готов высказаться, то он может это сделать»

Творчество не должно рождаться по желанию, выражение себя должно происходить как жизненно важная необходимость. Человек должен путешествовать, но не для тусовки и пустых разговоров, а для работы и взаимного обмена идеями с другими людьми. Кругом так много интересных и вдохновляющих людей, и это такое счастье работать с ними, помогать им. Человек, таким образом, может узнать гораздо больше, чем обучаясь самостоятельно. Но, может быть, я ошибаюсь.

То, как сегодня преподают в школах (мне известно об этом не так уж и много, я не хочу критиковать других), учителя стараются объяснить студентам, как выработать свой собственный стиль, свое художественное заявление, свои убеждения. На мой взгляд, этому нельзя научить, видение собирается из маленьких частиц — знаний, навыков, опыта, которые человек собирает на протяжении жизни. Для фотографа, например, важно знать, как своими руками напечатать фотокарточку, даже если он специализируется на работе с цифровой техникой, ему важно знать photoshop, даже если он никогда им не пользуется. Лишь тогда он сможет донести свои идеи для других. Тоже самое касается и издательства. Все, что я требую от своих сотрудников, я могу сделать своими силами — от решения вопросов бизнеса, которыми сейчас занимается мой партнер, от обработки изображение до предпечатной подготовки. В образовании важно давать студентам технические навыки, а не только теорию, теорию, теорию. Объяснять им, как делать вещи, как делать их качественно. У многих людей есть замечательные идеи, но если не будет людей, которые смогут их воплотить, то идеи так и останутся идеями.