Стэнфордский профессор Тина Силиг — всемирно известный специалист по инновационному предпринимательству. В своей книге inGenius: A Crash Course on Creativity она объясняет, какие внутренние механизмы человека отвечают за генерирование идей, а также, какими должны быть внешние условия, для того чтобы они не мешали творческому процессу. «Теории и практики» публикуют интервью Силиг, в котором она рассказывает, почему нужно всегда ложиться спать с пищей для размышления, как развивать креативную культуру и как воспринимать отклонения на карьерном пути.

— Как вы относитесь к идее креативности?

— Когда мы ходили в школу, нас учили разным «языкам». Например, языку математики, музыки, живописи. Когда вы хотите творчески выразиться, подумайте, какой язык подойдет для вашего высказывания. Лучше всего, когда люди знают наибольшее количество языков, чтобы они могли в нужный момент выбрать самый подходящий. Разным жизненным ситуациям соответствуют разные творческие «отдушины». Иногда мне очень хочется писать, а иногда — рисовать или просто гулять. Поэтому очень важно иметь целую палитру различных средств.

— Что вы отвечаете тем, кто утверждает, что творчеству невозможно обучить?

— Ведь можно учить математике или иностранным языкам? Одним людям эти предметы даются легко, другим требуется больше усилий. Но мы продолжаем обучать этим вещам, потому что считаем, что люди должны их знать. Да, некоторые от природы очень одаренные. Но это не означает, что мы не можем научить всех креативности.

На самом деле это очень слабая позиция: «Я не творческая личность». К примеру, я себя считаю не очень музыкальной, но я знаю, что если я сосредоточусь на музыке, то смогу развить некоторые интересные навыки.

«Мы творим свою жизнь каждый день и при этом не воспринимаем ее как «творчество» в буквальном смысле. Если вы не считаете свою жизнь творческим актом, значит, вы не верите, что сможете повернуть ее в интересное и осмысленное русло».

— Можете рассказать какие-нибудь секреты, которые вы применяете в творчестве?

— Прежде чем лечь спать, я думаю на тему, над которой буду работать на следующий день. Затем, когда я уже просыпаюсь, могу писать три часа без остановки. Я редко ложусь спать без пищи для размышления. Происходит какой-то подсознательный процесс, и я просыпаюсь с множеством хороших идей.

— У вас очень интересный профессиональный путь — доктор неврологии, предприниматель, преподаватель. У вас был продуманный карьерный план?

— Знаете, я заметила, что у самых интересных людей, которых мне доводилось встречать, всегда была необычная карьера. Я могу рассказать свою историю так, что может показаться, будто все так и задумывалось, и не было никаких отклонений от курса. Или же я могу рассказать об интуиции и сюрпризах, которые вдохновили меня на книгу «Жаль, что я не знала этого в 20».

Если бы мне в 20-летнем возрасте сказали, что я получу ученую степень по неврологии, буду преподавать предпринимательство и инновации в Стэнфорде, я бы была в шоке. Я бы такого представить не могла.

— Приходилось ли вам для достижения своих целей пренебречь мнением близких людей?

— Очень многие советовали мне делать то, что прямо противоречило моим желаниям. Студенты мне тоже на это жалуются, а я отвечаю им, что на самом деле очень ценно, когда люди с вами не согласны и не поддерживают ваш выбор. Знаете почему? Потому что это проверяет твердость ваших решений.

Если вас все поддерживают и говорят: «Отличная идея! Иди работать в McKinsey!», то вы на самом деле не анализируете, хотите ли этого сами. Это особенно сложно тем, кто похож на меня, хочет радовать окружающих и не раскачивать лодку.

В этом большая проблема молодых выпускников: они всегда делали то, чего от них хотели, но однажды они просыпаются и задаются вопросом: «Эй, что я тут делаю?». Так что противостояние только полезно, оно укрепляет убеждения.

— Какой ключевой компонет инновационной работы?

— Необходима правильная среда. Вы можете быть невероятно способным, но если среда неблагоприятная, вы стухнете. Если вас наказывают, если что-то не работает, это очень печально, потому что вы вряд ли захотите делать что-то новое. Смысл в том, чтобы сделать неудачи источником вдохновений. Чтобы справиться с этими неудачами, лидеры должны публично осмысливать провалы в таком ключе: «Мы попытались, но это не сработало. Зато мы научились тому, что…»

— Как все-таки создать эту пресловутую творческую атмосферу?

— Ну вы не можете просто сказать: «У нас будет креативная культура» и ждать, пока это случится. Нужно ее конструировать, установить правила, систему вознаграждений для ее поддержки. Если вы хотите, чтобы люди воплощали большие идеи и шли на серьезные риски, необходимо поощрять их. Это крайне важно: нужно подбадривать не только людей с большими амбициями, но и тех, чьи идеи не сработали. Нужно относиться к неудачам так же, как ученый — к провалу научного эксперимента, ведь вы просто собираете информацию.

— Насколько важно пространство для творчества?

— Офисные кабинки были спроектированы наподобие тюремных камер, и когда люди находятся в подобном помещении, из них высасывается жизнь. Когда же люди попадают в Институт дизайна Стэнфорда, они, еще не увидев ни студентов, ни профессоров, ни учебного плана, сразу решают: «Я хочу здесь учиться». Они просто хотят находиться в этом месте. Пространство диктует историю, и оно же — сцена, на которой разыгрывается ваша жизнь.

— Что вы посоветуете людям, которые хотят быть более творческими?

— Мы творим свою жизнь каждый день и при этом не воспринимаем ее как «творчество» в буквальном смысле. Если вы не считаете свою жизнь творческим актом, значит, вы не верите, что сможете повернуть ее в интересное и осмысленное русло. Думаю, крайне важно, чтобы люди верили в свою творческую силу, в то, что они способны изменить мир и собственную жизнь.