Трансформация реальной жизни в абстрактные объекты как творческий метод Марка Куинна, социалистические тенденции в католической религии в разные века, имянаречение в русских династиях и отказ от личной сферы в пользу открытой и наглядной биографии у Бойса и Пазолини — аудиозаписи лучших лекций сентября на «Теориях и практиках».

Марк Куинн: чувствует ли себя молодым 48-летний «молодой британский художник»


Лектор: Марк Куинн — английский художник и скульптор, одна из ключевых фигур группы Young British Artists.

Тезисы лекции

Мы существуем как физические существа и мы существуем как идея. Когда изображение или скульптура человека и реальный мир плоти пересекаются друг с другом, у зрителя возникают проблемы с восприятием. В некотором смысле это произошло с Кейт Мосс, которая употребляла наркотики — многие люди не могли поверить, что эта безупречная красивая девушка как-то связана с наркотиками. То же самое происходит и в международной политике — симпатичный красивый лидер не дает поводов думать, что он замешан в скандале или в махинациях. Это в природе человека — поверить в сказку, а потом разочароваться в реальности.

В работах Куинна речь идет о трансформации объекта в изображение, в образ. Когда он делал замороженную голову из крови, он сначала изготавливал голову, потом помещал в нее кровь, три-четыре дня это выглядело нормально, но потом кровь высыхала и превращалась в пыль. Это была хорошая скульптура, но не та, которая задумывалась изначально. После консультации с учеными, объяснившими художнику химические процессы, он решил подавать воздух в морозильную камеру, чтобы под воздействием воздуха сохранять структуру скульптуры, после чего поместил голову в силиконовое масло, которое в замороженном виде остается жидким.

Это натолкнуло Куинна на мысль о создании самых деликатных его работ — скульптур цветов. Начав экспериментировать, он поместил цветок в жидкий силикон и на год оставил в морозильной камере. После того как он заморозил один цветок, он заморозил букет, потом решил создать сад цветов. В Милане для Миуччи Прады художник создал целый сад из таких цветов. Снаружи — это большая металлическая комната, внутри — бесконечный сад (зеркала делают пространство больше), температура минус 25 градусов. В реальной жизни такие цветы никогда бы не смогли расти вместе, но в саду они сосуществует, и это может продолжаться бесконечно долго.

Книги по теме:

Имя и власть в Древней Руси


Лектор: Федор Успенский — доктор филологических наук, заместитель директора Института славяноведения, ведущий научный сотрудник Лаборатории медиевистических исследований НИУ ВШЭ.

Тезисы лекции

Имена русских князей в науке до сих пор не рассматривались во всей своей совокупности как система. Меж тем бытование этих имен в эпоху Средневековья представляет немалый интерес как для историков, так и для филологов. К данному вопросу необходим подход, учитывающий двоякую природу явления. В странах поздней христианизации, таких как Русь или Скандинавия, присвоение христианских имен происходило по-разному, естественно, с приходом христианства в обиход было привнесено много новых имен. Церковь делала много усилий для того, чтобы все новообращенные именовались так, как подобает христианам.

Однако на Руси, равно как и в Скандинавии, постепенное усвоение христианских имен в начале не носило деструктивный, губительный характер для языческой традиции именования. Языческий традиционный именослов проявлял поразительную устойчивость, поскольку наречение именем являлось одной из самых консервативных областей культуры. Исконное языческое имя устанавливало связь человека с его родом, то есть с прошлым, настоящим и, конечно, будущим. А христианское имя, только что появившееся в обиходе, долгое время оставалось словом без коннотации, хотя и давалось церковью. Такая ситуация вела к двуименности — у князей было нехристианское имя (родовое) и второе — дававшееся при крещении.

Наречение князя — важнейшее событие в жизни династии, имя наследника определяло его место в роду, намечало властные привилегии, на которые он мог рассчитывать по замыслу своих родителей. Каждый раз, выбирая имя князя, родители актуализировали историю рода, планировали будущие союзы, даже делали первые шаги к будущим войнам. История имени, в определенном смысле — это концентрированная, сжатая до предела история династии.

Книги по теме:

Сжигая свои силы: Йозеф Бойс и Пьер Паоло Пазолини


Лектор: Ойген Блуме — профессор, куратор, директор музея современности Хамбургер Банхоф — Национальная галерея, Берлин.

Тезисы лекции

После Второй мировой войны через Европу, вплоть до Северной Америки, протянулся фронт левых интеллектуалов — кинематографистов, философов, писателей, деятелей театра и искусства, которые при всех своих индивидуальных различиях стремились к изменению общественных отношений. Среди них Йозеф Бойс и Пьер Паоло Пазолини считаются самыми большими радикалами, которые буквально сгорали на огне своей художественной бескомпромиссности. Оба они следовали патетическому требованию Ницше: «Недостаточно доказать какую-то вещь, надо еще соблазнить на нее людей или до нее возвысить, поэтому знающий должен учиться рассказывать свою мудрость и зачастую так, что она будет звучать как глупость».

Хотя они оба принадлежат одному поколению (Пазолини лишь был на год младше), нет никаких указаний на то, что они хоть как-то воспринимали друг друга в качестве союзников. Оба художника изобрели себя заново, стерев границу между частной и публичной личностью, превратили свою жизнь в произведение искусства. Бойс так же, как и Пазолини, рассматривал собственную биографию как арену, как публичный ринг — без возможности отойти в тыл частной жизни, в буржуазном смысле. Они оба вели борьбу с потребительством, которое ориентировалось на тупой материализм, которое уже перерастало в неофашизм, все больше проникая во все сферы общества.

Пазолини и Бойс публично отказались от личной сферы в пользу открытой и наглядной биографии, которая защищала частную сферу только как имущественный актив. Оба художника стали настоящими провокаторами в обществе. Защита интимной сферы — это лишь лицемерие буржуазного общества, ведь в ХХ веке оно превратило все интимное в территорию рынка. Законы экономического обмена уже давно затронули все сектора, которые раньше считались свободными от торгашества. Поэтому было вполне логично, что художники считали свою биографию университетом критического мышления.

Книги по теме:

Сердце бессердечного мира. Социализм и религия сегодня


Лектор: Михаэль Леви — французско-бразильский философ и социолог. Автор работ о наследии молодого Маркса, Георга Лукача, Вальтера Беньямина, Эрнесто Че Гевары, Франца Кафки. Его перу принадлежат также книги по истории марксизма и революционного движения в Латинской Америке. Леви является членом редакционных советов Journals Archives de Sciences Sociales des Religions, Actuel Marx, ContreTemps и Écologie et Politique.

Тезисы лекции

Основателями христианского социализма были два религиозных деятеля. Томас Мор, автор «Утопии» (начало XVI века), был католиком, даже канонизирован католической церковью. Его книга — это одна из первых утопий коммунистического общества, общества, в котором нет частной собственности. Второй — протестантский священнослужитель Томас Мюнцер, который был идеологом Великой крестьянской войны в Германии в начале XVI века, второй провозвестник идей равноправия и общего блага. Таким образом, основателями современных коммунистических идей являются религиозные люди.

Через сто лет, во время Английской революции XVII века, сформируется радикальное крыло — группа леверов и еще более коммунистическая группа диггеров. Они сформировали радикально левое крыло Английской революции 1640 года.

В XIX веке Вильгельм Вейтлинг — немецкий рабочий, который стал автором первой, в современной смысле слова, коммунистической работы в Германии. Он был христианином, его первая книга называлась «Евангелие коммунизма». Маркс и Энгельс выражали восхищение Вейтлингом, в некотором смысле они были вдохновлены его идеями, но отказались от религиозных воззрений. Вейтлинг полагал, что настоящий коммунист должен быть христианином.

Книги по теме: