Если наука ассоциируется с рационализмом, порядком, экспериментальным методом, надежностью и эффективностью, то алхимия предполагает наличие не редуцируемой до рационализма составляющей, ассоциирующейся с чудом и загадкой. T&P рассказывают о том, зачем алхимики так хотели получить пятый элемент, какую роль они сыграли в становлении западноевропейской науки и что такое философия природы.

Хотите выяснить, что значит слово «алхимия» для современного человека? Обратитесь к реальной языковой практике употребления слова «алхимия». Вы увидите, что это слово часто используется как прилагательное в различных контекстах — «алхимия чисел», «алхимия счастья» и даже «алхимия финансов» — знаменитый труд Джорджа Сороса. Однако значение у этого слова одно — речь идет о загадочном, недоступном непосвященным процессе, знание которого позволяет понять, как, например, получается итоговое число в статистике, каков секрет счастья или даже как разбогатеть.

Если вы хотите узнать, как так получилось, что современные люди используют слово «алхимия» в указанном значении, вам стоит открыть книги по истории науки. Прежде всего нужно обратиться ко времени расцвета алхимии. XVI–XVII века можно охарактеризовать как «время перехода»: старые системы ценностей и правил уже потеряли свой былой авторитет, а новые системы только создавались в пылу полемики и борьбы. Именно в это время сформировались основы европейской науки, в корне изменившей не только облик Запада, но трансформировавшей впоследствии и облик всего земного шара. Магия, наука, религия — те сферы, которые мы столь привычно и неосознанно различаем, — находились в причудливой амальгаме, создавая неповторимый и уникальный характер того времени.

Алхимия в этом сплаве играла не последнюю роль, прежде всего, потому что интерес к ней проявляли очень разные по своим убеждениям и социальному положению люди. Среди увлекающихся алхимией вы найдете: заносчивого университетского профессора, изучающего по древним арабским книгам сущность и значение алхимии; скромного и бедного ремесленника, стремящегося узнать, как приготовить качественные чернила; богатого торговца, требующего открыть ему секрет превращения железа в золото; дотошного ученого, пытающегося понять свойства камней и металлов; осторожного медика, надеющегося получить новое лекарство; политика, желающего обрести волшебный эликсир вечной молодости. Среди алхимиков были христиане, иудеи, мусульмане — алхимия в общем и целом была одним из магистральных течений в интеллектуальной среде того времени.

Пятому элементу приписывались особые свойства, ведь он, согласно теории Аристотеля, принадлежал не земному миру постоянного изменения, а миру небесному и вечному.

Книги, написанные алхимиками, были посвящены очень широкому кругу вопросов и быстро исчезали с прилавков книжных магазинов. Для современного человека, знающего об алхимии лишь понаслышке и, например, связывающего ее исключительно с поисками мифического «философского камня», не до конца понятно, как умные и рационально мыслящие люди могли быть увлечены подобной нелепицей. Чтобы понять это, необходимо обратиться к тем идеям, которые в то время считались достаточно обоснованными и широко распространенными в научной среде.

© Антон Горбунов

© Антон Горбунов

Наиболее влиятельным воззрением на природу была теория Аристотеля о четырех элементах — воздух, вода, огонь, земля. Первоосновой всех элементов был пятый элемент — квинтэссенция — в качестве принципа, который управляет поведением остальных элементов. Пятый элемент в отличие от других элементов был вечен, не имел качеств и не был способен к изменению. В теории Аристотеля пятый элемент был первоосновой всех элементов и находился в любом веществе. По мнению Аристотеля, элементы могут образовывать устойчивые сочетания, позднее в арабской традиции получившие названия «ртуть» (вода и воздух) и «сера» (земля и огонь). В согласии с этой классификации все металлы и вещества распределялись по различным элементам: золото — это металл, в котором доминирует сера, а серебро — металл, в котором доминирует ртуть.

Эта теория помогала Аристотелю объяснять различные физические процессы, происходящие в природе. По мнению античного философа, один элемент трансформируется в другой элемент, когда мы меняем его качества. Например, вода («влажная» и «мокрая»), если ее начать нагревать, превращается в воздух («горячий» и «влажный»). Предполагалось, что под воздействием соответствующих качеств одно вещество в природе переходит в другое вещество, например, железо от долгого пребывания под землей становится золотом.

Среди алхимиков были христиане, иудеи, мусульмане — алхимия в общем и целом была одним из магистральных течений в интеллектуальной среде того времени.

Что же делали алхимики? Многие из них действовали в рамках теории Аристотеля, ставя перед собой две задачи: открыть реагент, позволяющий ускорить естественный процесс превращения элементов (например, превратить железо в золото), а также открыть процесс, позволяющий выделить пятый элемент из четырех элементов. Поиски квинтэссенции, пожалуй, являются наиболее характерным, собственно, алхимическим занятием этого времени.

Зачем алхимики так хотели его получить? Дело в том, что пятому элементу приписывались особые свойства, ведь он, согласно теории Аристотеля, принадлежал не земному миру постоянного изменения, а миру небесному и вечному. Например, он мог бы гарантировать человеку вечную молодость и служить универсальным лекарством от всех болезней. Или алхимик смог бы благодаря пятому элементу понять секрет превращений элементов и узнать, как превращать одни металлы в другие.

Алхимики по-разному старались выделить пятый элемент. Устойчивая традиция, повлиявшая на известного средневекового ученого и алхимика Роджера Бэкона, например, говорила, что в наибольшем количестве квинтэссенция содержится в крови. Другие алхимики стремились выделить квинтэссенцию при помощи дистилляции и, говорят, что знаменитые марки шотландских брэнди появились в результате алхимических экспериментов.

Находясь в поисках пятого элемента, алхимики узнали о существовании значительного количества химических процессов, подготавливая почву и накапливая знание для развития химической науки. Совершенно неслучайно труд одного из «дедушек» химии Андреаса Либавия (1555–1616) назывался «Алхимия» (1597), хотя и был посвящен вопросу техники приготовления химических субстанций: он содержал инструкции по использованию инструментов, активно оперировал количественным методом и даже предлагал советы по созданию своеобразной химической лаборатории.

Книги об алхимии:
Bruce Moran, Distilling Knowledge: Alchemy, Che...

Bruce Moran, Distilling Knowledge: Alchemy, Chemistry, and the Scientific Revolution

William Newman, Promethean Ambitions: Alchemy a...

William Newman, Promethean Ambitions: Alchemy and the Quest to Perfect Nature

William Eamon, Science and the Secrets of Nature

William Eamon, Science and the Secrets of Nature

Кроме того, алхимики, узнавая свойства камней и металлов, вносили свой вклад в развитие горного дела. Книги некоторых алхимиков стояли не только на полках ученых, но и непосредственно в кузницах. Алхимия была, прежде всего, практическим занятием, ориентированным на непосредственное применение. И, например, Георгий Агриколы (1494–1555) в своей книге «О горном деле» и Ваноччо Бирингуччо (1480–1539) в «Пиротехнике» высоко оценивали алхимию, но настаивали на ее очищении от неясных и непрактических элементов.

Наконец, алхимики, пытаясь понять, как действуют на человека те или иные вещества, развивали медицину. Весьма популярной была книга Джона Поупа «Химическая медицина» (1617) о том, как использовать в медицинских целях квинтэссенцию, полученную из различных растений и камней. В книге «Лучшая часть искусства дистилляции и медицины» (1623) Конрад Кунрат рассказывал, как при помощи алхимии, созданной, по его мнению, Богом, можно получить лекарство от различных болезней.

Значительное количество практических алхимических сведений сохранилось в сборниках рецептов, которые в научной литературе принято называть «книгами секретов». «Книги секретов» представляют собой причудливое сочетание научных, магических и религиозных советов. Одной из них была знаменитая «Правильное использование алхимии» (1535), содержащая полезную информацию для ювелиров и переписчиков книг. А также не менее знаменитые «Секреты» Изабеллы Кортезе, содержавшие рецепты приготовления мыла и зубной пасты.

История сохранила для нас имена многих алхимиков, но наиболее известны среди них те, кто так или иначе связан со становлением научного знания. Самые важные из них — это Роберт Бойль (1627–1691) и Исаак Ньютон (1642–1727), чьим алхимическим увлечениям посвящено множество исторических книг и статей. Место и роль алхимии в научных исследованиях этих ученых давно являются предметом дебатов и споров среди историков науки.

Первые историки науки относились к алхимии как к своего рода «недохимии», не рассматривая ее как самостоятельный культурный феномен, имеющий отношение к истории естествознания. Для них алхимия была связана с магией, стремилась достичь невозможного и обещала то, что невозможно получить. При подобном подходе увлечение алхимией рационально мыслящих и экспериментально ориентированных ученых XVII века казалось парадоксальным и относилось к своего рода «пережиткам» мифологического мировоззрения, которые эти ученые так и не смогли преодолеть. Стоит отдельно отметить, что именно этот взгляд оказал влияние на формирование современного популярного отношения к алхимии как к занятию, связанному с оккультизмом, магией и тайной. Как самостоятельный культурный феномен алхимия гораздо богаче и интереснее, чем простое «стремление к чуду» в век механистической науки.

Для того чтобы рассматривать труды алхимиков в контексте их времени, современные историки науки предлагают не употреблять слово «наука» применительно к ситуации XVI–XVII веков. Они говорят, что лучше называть деятельность ученых того времени «философией природы», учитывая, что так они сами характеризовали свою деятельность. И алхимические интересы Исаака Ньютона и Роберта Бойля органично находят свое выражение в этой философии, которая включала в себя многие положения и идеи, отвергнутые более поздней наукой. В том пространстве эксперимента и поиска, в котором находились ученые XVI–XVII веков, алхимия, с ее пусть и недостигнутыми идеалами поиска пятого элемента, играла совсем не последнюю роль в становлении научного знания.