В весеннем сезоне 2013 года в Русской школе перевода ожидается открытие студии самостоятельного изучения языков. Руководить студией будет Григорий Казаков, преподаватель Факультета иностранных языков и регионоведения МГУ. «Теории и практики» публикуют расшифровку лекции ученого о том, как стать полиглотом и не сойти с ума.

Комплекс империи

Кто, собственно, такой полиглот? Сколько языков должен знать человек, чтобы он мог без сомнений себя так назвать? На самом деле, точного определения не существует. Одну из самых демократичных точек зрения высказал Дмитрий Леонидович Спивак (автор книги «Как стать полиглотом») — он считает полиглотом любого, кто преодолел стеснение в попытке выучить хотя бы несколько иностранных языков. Швед Эрик Гунемарк, полиглот, основатель ассоциации «Друзья языков», утверждает, что в наше время нужно знать хотя бы десять языков.

Лингвистический энциклопедический словарь — главный справочник по лингвистической науке в России — разделяет многоязычие национальное и индивидуальное. Под национальным имеется в виду ситуация, существующая сейчас во многих странах, когда человек растет не с одним, а с несколькими родными языками. В России этого нет, потому что у нас комплекс империи (хотя на территории государства 27 языков считаются официальными, говорим мы всей страной только на русском). Но где-то есть: например, в Индии или в Южной Америке. Когда эту ситуацию стали исследовать, выяснилось, что обыкновенно количество языков, изучаемых человеком с рождения и более-менее равноправно употребляемых при естественном многоязычии, не превышает пяти. И многие считают эту цифру таким неофициальным маркером: человек, который более-менее свободно может говорить на шести языках и больше, может считаться полиглотом.

Что значит знать язык?

Важно понимать, что когда речь идет о человеке, знающем, например, 50 языков, мы должны уточнять, что значит «знать» в данном случае. Ведь не до конца ясно, кто и с какой точки зрения способен экспертно это оценить. Мне, например, кажется, что неверно сравнивать знания человека, изучающего язык как иностранный, со знаниями человека, знающего его как родной. Это всегда несправедливое сравнение двух вещей разного свойства.

Речь, письмо, чтение и восприятие на слух — все эти четыре навыка могут быть развиты неравномерно. Можно, например, не быть грамотным и не знать, как устроена в языке система падежей, но говорить на нем, то есть без труда выполнять коммуникативную функцию. Это пропасть, характерная для языкознания: лингвисты, изучающие устройство, развитие и закономерности различных языков, зачастую не говорят на самих этих языках, а научившиеся общаться на языке люди даже не представляют, как он построен.

Три книги об изучении иностранных языков:


  • Като Ломб, «Как я изучаю языки»

    Като Ломб, «Как я изучаю языки»

  • Эрик Гунемарк, «Искусство изучать языки»

    Эрик Гунемарк, «Искусство изучать языки»

  • Дмитрий Спивак, «Как стать полиглотом»

    Дмитрий Спивак, «Как стать полиглотом»

Можно сказать, что для полиглота имеет значение именно коммуникативная функция: если человек владеет языком достаточно, чтобы объясниться в быту, то он его знает. Можно сказать, что язык засчитывается ему только в том случае, если он может прочесть и перевести текст. Но есть одна вещь, которую важно понимать, когда мы говорим о полиглотах, владеющих большим количеством языков: полиглот — это не человек, который готов сразу же заговорить на всех языках по вашей просьбе. Это на самом деле человек, который после просьбы заговорить по-гречески уединится в библиотеке и через три дня вернется, разговаривая на этом языке. Вот что такое полиглотические знания. Спонтанность речи сами полиглоты не считают критерием полиглотизма. Они также не считают важными критериями чистоту произношения и знание культуры — как в той или иной ситуации поведет себя носитель языка, знать необязательно.

Языки не мешают друг другу

То, что полиглоты знают все языки в равной степени, — это миф, точно так же, как и то, что полиглот может свободно переключаться с одного языка на другой. Сами полиглоты эти иллюзии, между прочим, и не поддерживают. Они как-то распространяются сами собой, а потом кто-нибудь видит полиглота, узнает, что тот не может прямо сейчас ему рассказать десять историй на десяти языках, и образ полиглотии в его голове оказывается как-то дискредитирован.

Язык, однажды выученный в зрелом возрасте (после 10—13 лет), никуда не уходит из головы, его обычно можно восстановить. Более того, языки не мешают друг другу, они все спокойно хранятся в голове и ждут своего часа. Способность быстро доставать их оттуда, равно как и способность хорошо воспринимать новые системы, — это на самом деле и есть главное качество полиглота.

Распространено убеждение, что с возрастом языки начинают даваться человеку хуже. К этому большинство полиглотов относятся скептически и часто его опровергают. Со временем меняется подход, меняется восприятие языка, мышление работает по-другому. Появляется аппарат логического, критического мышления. Какие-то понятия носитель уже просто чувствует: иерархию информации, абстракции, закономерности. Все это нужно просто научиться использовать.

Миф и то, что человек может сойти с ума, выучив много языков. В принципе, в лингвистике нет никаких данных, которые указывали бы предел того, сколько языков человек может знать. Скорее должна идти речь об объективной нехватке времени. В мире сейчас 6 000 языков, и сколько бы человек ни посвятил этому времени, всех их он, конечно же, не выучит. Но есть некий порог, так называемое «правило семи». Опытным путем было установлено, что человек более-менее комфортно может чувствовать себя, зная свободно от пяти до девяти языков, дальше уже труднее держать их в голове. И если кто-то вам говорит, что свободно разговаривает на двадцати языках, то, пожалуй, не следует к этому относиться серьезно.

Упорство и интерес

Интересно, что сами полиглоты обычно утверждают, что никакой особенной способности к языкам у них нет. И почти все сходятся на том, что главное — упорство и интерес. По сути дела, особенных способов, которые помогли бы каждому, нет. Все полиглоты используют разные способы, и они никогда не делают на этом акцент. Метод, тем не менее, может очень помочь повысить эффективность изучения. Главный из методов — это чтение параллельных текстов. Межстрочный перевод, соседние страницы на разных языках, подстрочники, любые билингвальные издания — всем этим стоит пользоваться, это очень хороший способ. Он экономит время: не нужно лишний раз открывать словарь, с чем-то сверяться. Лично я считаю, что идеально читать параллельно тексты, снабженные комментариями. Лучше заниматься минут по сорок, два-три раза в день, так как есть пределы восприятия у нашего сознания. Например, есть предел восприятия незнакомой речи. Если вы слушаете запись на малознакомом языке, не следует ее слушать больше десяти минут подряд, потому что сверх этого ваш мозг просто ничего не сможет понять.

Александр Аргуэльес предлагает технику под названием shadowing. Когда вы слушаете запись на иностранном языке, нужно не ждать пауз для перевода, а делать что-то вроде синхронной скороговорки: как только человек что-то говорит на записи, вы просто стараетесь это повторить звук в звук, даже если не понимаете. Лучше всегда брать для этого оригинальные записи, есть много специальных подкастов.

Главное — постоянство. Заниматься действительно необходимо каждый день, маленькими порциями. Вы удивитесь, насколько это будет полезнее, чем садиться на семь часов штурмовать учебник в выходной день.