Историк-географ Дэвид Харви считает, что пришло время задаться вопросом: не пора ли взглянуть за рамки капитализма и найти новый социальный порядок, который превратит общественную систему в ответственную, справедливую и гуманную.

Давайте обсудим недавний финансовый кризис с точки зрения того, как разные эксперты объясняют это событие. Есть мнение, что всему виной человеческая слабость — к примеру, этой идеи придерживался Алан Гринспэн. Он утверждал, что всему виной «человеческая натура», с которой ничего нельзя сделать. Существует целый набор таких версий, основанных на том, что кризис был вызван хищническими инстинктами человека, его инстинктивным желанием обрести власть и господство. Этим объясняли и заблуждения инвесторов, и их жадность, и так далее. В общем, таких версий было огромное количество. Чем больше мы узнаем о том, чем живет Уолл-стрит каждый день, тем больше мы осознаем, что в этих версиях есть немаленькая доля правды.

Еще одно мнение заключается в том, что кризис был вызван институциональной неэффективностью: регулирующие организации все проспали, а теневая банковская система за их спиной внезапно повела себя нехарактерно. Экономические институты необходимо реформировать, причем желательно, чтобы этим занялись на глобальном уровне — к примеру, в рамках стран Большой двадцатки.

Мы рассмотрели вопрос кризиса на уровне институтов, которые потерпели полное поражение и должны быть реформированы. Третья версия основана на мысли о том, что все слишком сильно увлекаются экономическими теориями: читают слишком много Хайека и верят в рыночную эффективность, а на самом деле настало время вернуться к теориям вроде кейнсианских, с его гипотезами о финансовой нестабильности рынков.

Алан Гринспен

Американский экономист, бывший председатель Совета управляющих Федеральной резевной системы США.

Фридрих Август фон Хайек

Австрийский экономист и философ, представитель новой австрийской школы, сторонник либеральной экономики и свободного рынка.

Джон Мейнард Кейн

Английский экономист, основатель кейнсианского направления в экономической теории.

Еще один взгляд на кризис основан на идее о его культурном происхождении. В Соединенных Штатах вы нечасто услышите эту версию — но, к примеру, во Франции или Германии можно найти много людей, которые спишут кризис на своего рода характерную болезнь англичан, которая мало касается их собственной наций. То же самое было в Бразилии: когда кризис бушевал в США, президент Лула заявлял что-то вроде: «Мы уже 8 раз переживали кризис за последнюю четверть века — теперь настал их черед!». Это говорили вообще все бразильцы, с которыми я тогда был знаком, пока кризис не докатился до них. Когда это все же произошло и в Бразилии, им пришлось немного пересмотреть свою точку зрения. В общем, есть мнение, что кризис зависит от культурной составляющей. Эта точка зрения проглядывается и в истории с Грецией: немецкая пресса заявляла о том, что это все произошло из-за национальных черт греков, их проблем, заложенных в национальном характере. В общем, было высказано много всяких некрасивых вещей, в основе которых лежали идеи о культурной составляющей кризиса.

Но на самом деле в истинных причинах кризиса есть и черты национальной культуры. К примеру, в США — это восхваление культуры частной собственности: каждый должен иметь свой дом — это является особой культурной ценностью американского общества. Около 67-68% американских семей имеют свой дом. Для сравнения, в Швейцарии эта цифра составляет всего 22%. Разумеется, в Штатах это стало культурной ценностью, которую активно, начиная с 30-х годов XX века, поддерживает государство путем снижения ставки по налогу на ипотечные кредиты — что, по сути, являет собой масштабную госсубсидию.

Мнение об эффективности такого подхода строилось на теории, согласно которой обремененные ипотечным кредитом люди не будут устраивать митинги и забастовки. Чуть позже возникла точка зрения о том, что это было политической ошибкой — само вмешательство политики в рыночные отношения. На этом фоне достаточно забавно наблюдать набирающий обороты «альянс» между телевизионщиками консервативных взглядов из Fox News и Всемирным банком: и те, и другие заявляют, что проблема заключалась в слишком активной политике регулирования не тех процессов.

Представьте, вы задушили всю промышленность ради того, чтобы финансисты были довольны. Любой разумный человек, узнав такую вещь, немедленно примкнет к какой-нибудь антикапиталистической организации и будет прав. Потому что иначе все эти кризисы будут продолжаться бесконечно.

Итак, мы имеем вышеназванный набор версий о причинах кризиса — все они в чем-то отражают истину. В такой ситуации профессиональные журналисты могут рассмотреть одну или две таких версии и на их основании написать статью, которая получится достаточно правдоподобной. Поэтому в свое время я подумал — какую статью на эту тему я мог бы написать, но так, чтобы она не основывалась на существующих версиях? Это было не слишком сложно — особенно если исходить из марксистской точки зрения. Как вы догадываетесь, тех, кто пытался взглянуть на эту проблему с точки зрения марксизма, практически не было. Помимо этого на такой взгляд меня натолкнул один эпизод, имевший место год назад в Лондонской школе экономики и политических наук. Тогда это заведение посещала Ее Величество королева Елизавета, которая на встрече с экономистами спросила: «Как же вы могли не предвидеть, что случится кризис?». На самом деле она, конечно, не именно это сказала, но смысл был примерно такой.

Академики очень расстроились, а у королевы после этого случился разговор с главой Банка Англии, которому она задала тот же самый вопрос. После этого Британская академия организовала встречу экономистов, которые в итоге составили невероятное письмо королеве. В нем говорилось примерно следующее: «Очень много умных и дотошных специалистов потратили лучшие годы своей жизни, упорно трудясь над предсказанием различных аспектов таких событий. Но единственная вещь, которую они не учли, — это системный риск». В ответ на это каждый из нас сказал бы: «Что?!». Дальше они начали разглагольствовать о политике отрицания и так далее. Поэтому я подумал о том, что системный риск можно перевести на язык марксизма.

Я решил, что можно написать статью о внутренних противоречиях в процессе накопления капитала и попробовать выяснить роль кризиса и его характерные черты в истории капитализма. Основной тезис здесь заключается в том, что нынешний кризис очень сильно зависел от того, как мы вышли из предыдущего кризиса. В прошлый раз в 1970-х кризис случился из-за проблемы чрезмерного влияния рабочей силы на капитал. Решением той проблемы стало насильственное регулирование рынка рабочей силы. Мы все помним, как это было осуществлено: политикой оффшоринга — в частности, используемой правительством Маргарет Тэтчер и администрацией Рональда Рейгана. Эти реформы проводились в рамках неолиберальной доктрины. В итоге к 1985-1986 годам вопрос рабочей силы для капитала был решен: теперь у финансовых кругов был доступ к ресурсам по всему миру.

Почему-то не обвиняют жадные профсоюзы во всех бедах мировой экономики — если что и говорят про кризис, так, скорее, про чрезмерное влияние капитала на него. Как же такое могло произойти? Дело в том, что с 1970-х годов мы находимся в так называемой фазе сдерживания роста заработной платы. С того времени заработные платы не росли, а их доля в национальном доходе в странах влияния Организации экономического сотрудничества и развития стабильно сокращалась — даже в таких странах, как Китай. Но заработная плата — это еще и деньги, на которые покупают товары. Соответственно, чем меньше этих денег получают работники, тем больше вопросов о том, откуда возьмется спрос на товары? Решение было таким: «Ну тогда давайте расплачиваться по кредитным картам. Давайте сделаем всем кредитные карты». То есть мы, с вашего позволения, решим проблему падения спроса путем искусственного накачивания кредитной экономики. В итоге за последние 20-30 лет американские и британские семьи резко утроили свои долги. Большая часть этих долгов относится, разумеется, к ипотеке. И теперь из всего вышесказанного можно вывести одну простую, понятную и очень важную теорию: капитализм никогда не решает проблемы своих кризисов. Он лишь переносит эти проблемы в другие географические регионы.

Сейчас мы как раз наблюдаем процесс такого географического перемещения: вокруг уже начали говорить, что США потихоньку начали выкарабкиваться из кризиса. А потом внезапно экономика рухнула в Греции и все сразу стали волноваться, что же будет со странами PIIGS — Португалией, Италией, Ирландией, Грецией и Испанией? Получается очень интересная история: у вас случается финансовый кризис — и вы его вроде как решаете, но ценой кризиса государственного долга. Если посмотреть на процесс накопления капитала, то можно увидеть различные барьеры и ограничения на его пути.

В подготовительных рукописях «Капитала» Маркс использует замечательный язык, рассказывая о том, как капитал не может оставаться в своих рамках — он превращает их в ограничения, которые затем переступает. При изучении процессов накопления капитала вы неизбежно сталкиваетесь с вопросом о том, где же могут находиться эти ограничения и барьеры. Проще всего представить весь процесс так: вы начинаете с каким-то количеством личных средств, на рынке покупаете труд, мощности и средства производства. После этого вы заставляете все это работать по определенной технологии и в рамках определенной организационной формы, на выходе получая готовый товар, который потом продаете за его себестоимость плюс прибыль.

Затем часть прибыли вы вкладываете обратно в производство ради роста вашего бизнеса по очень интересным причинам. Здесь необходимо упомянуть, что уже на этом этапе возникают первичные барьеры. Они заключаются хотя бы в том, каким образом деньги собрались в нужном месте в нужное время в нужном количестве? И ответ на этот вопрос — финансовая находчивость. То есть вся история капитализма строится на новаторских идеях по части финансов. В свою очередь финансовые инновации обычно действуют на финансистов своеобразно — укрепляют их веру в собственные силы и безграничные возможности. В итоге финансисты становятся жадными, это очевидно.

Но на самом деле в истинных причинах кризиса есть и черты национальной культуры. К примеру, в США — это восхваление культуры частной собственности: каждый должен иметь свой дом — это является особой культурной ценностью американского общества.

Теперь взглянем на прибыли в финансовом секторе в США: они взмыли вверх с приходом девяностых — в отличие от прибылей в секторе промышленности, которые, наоборот, стали сильно падать. В итоге стал очевиден дисбаланс всей системы, который наиболее отчетливо проявился в том, как США начиная с 1950-х активно поддерживали финансовые круги Великобритании в их борьбе с британской же промышленностью. Думаю, этот подход очень серьезно скажется на экономике США. Представьте, вы задушили всю промышленность ради того, чтобы финансисты были довольны. Любой разумный человек, узнав такую вещь, немедленно примкнет к какой-нибудь антикапиталистической организации и будет прав. Потому что иначе все эти кризисы будут продолжаться бесконечно. И главное, что будут повторяться не только кризисы как таковые, но и весь набор присущих им отрицательных черт. Таких, как, к примеру, возможность для богатых наращивать свой капитал.

Вы думали, что кризис лишил их возможности преумножать свои капиталы? На самом деле в Индии за прошлый год был поставлен рекорд по приросту числа миллиардеров. Их стало вдвое больше. Капитал богатых слоев населения в этой стране стал быстро расти. В прошлом году владельцы хеджевых фондов получили годовые гонорары в размере 3 миллиардов долларов каждый — и это за один год. Еще несколько лет назад я считал, что они поступили крайне неприлично и мерзко, когда получили таким образом всего по 250 миллионов долларов. Но теперь им выплатили по 3 миллиарда!

Так что это совсем не тот мир, в котором я хотел бы жить. Если вы хотите жить в таком мире, ради бога. Я не мечтаю о спорах и обсуждениях этой проблемы, у меня нет решения, но я, кажется, знаю, в чем кроется ее суть. И мы ни к чему не придем, пока не начнем обсуждать это не с точки зрения конкретных вопросов, а на глобальном уровне — без банальных фраз от политиков. Поэтому всем есть над чем работать: те, кто представляет академические круги и серьезно вовлечен в мировые процессы, должны в конце концов поменять свой образ мышления.