Что такое высшее образование? Каким оно будет в мире, где поток информации ничем не ограничен и у каждого есть инструменты для взаимодействия друг с другом — без централизованного управления со стороны институций? Выпускник «Стрелки» Ричард Троваттен провел исследование, с помощью которого решил выяснить, как изменяется институт высшего образования в век информации. Путешествуя по Канаде и США с камерой и диктофоном, он поговорил экспертами в области образования, технологий и социальных наук — в том числе с Дафной Коллер, соосновательницей Coursera, быстрорастущей платформы, предлагающей бесплатные онлайн-курсы, и Ноамом Хомским, который десятилетиями высказывает свои нестандартные и критические взгляды на высшее образование. Это открытое исследование — вы можете не только следить за каждой новой дискуссией, но и принимать в ней участие на «Теориях и Практиках», начиная с сегодняшнего дня. В первом выпуске важно объяснить, какие причины заставили меня пристальнее присмотреться к проблемам образования.

Без сомнения, мы живем во времена, когда институт образования переживает значительные перемены. С одной стороны, сейчас в мире больше студентов, получающих высшее образование, чем когда либо в истории. Согласно отчету ЮНЕСКО, около 150 миллионов студентов в мире сейчас находятся в процессе получения диплома. Это примерно на 50 процентов больше, чем в 2000 году. В то же время это говорит о том, что по всему миру растет запрос на получение какого-либо структурированного опыта обучения — так что именно то, как мы сейчас повлияем на процесс его реформирования, радикально изменит наше с вами будущее. Сейчас следует не только отойти от индустриального подхода к образованию, но и перестать воспринимать человеческие сообщества как механизмы, от которых требуется только слаженная работа. Сообщество людей гораздо больше похоже на организм, полный жизненной энергии.

Кризис и возможности

363 топ-менеджера по всему миру, отвечая на вопрос о том, какая отрасль претерпит самые большие изменения в ближайшее время, поставили на седьмое место именно образование. Такие же выводы можно сделать, посмотрев на то, как сильно увеличилась доля инвестиций в сегмент высшего образования со стороны венчурных капиталистов. Медиакомпания Thomson Reuters недавно сообщила, что количество инвестиций в образовательно-технологические стартапы в США с 2002 по 2011 год увеличилось более чем в два раза.

Новые модели

В первую очередь, это говорит о том, что на рынке существует огромный запрос, удовлетворить который нынешняя система уже не в состоянии — по крайней мере в развитых странах. Глобальные потоки капитала перемещаются с запада на восток, с севера на юг, заставляя правительства в развивающихся странах инвестировать крупные суммы в воспитание новой рабочей силы. Развитый мир — это совсем другая история, здесь распространение доступа к классической университетской модели подошло к концу. Правительства на Западе, где наблюдается серьезный экономический спад, начинают сокращать финансирование высшего образования, что делает его все более и более элитарным.

Для человека, который сейчас ищет возможность получить высшее образование, это означает, что все расходы и риски он должен будет взять на себя. И хотя диплом о получении высшего образования все еще окупается, если проанализировать общие тенденции на рынке зарплат, можно понять, что больше нет никакой гарантии того, что образование обеспечит вам высокооплачиваемую работу. Студенческие долги сейчас достигли исторической планки, превысив даже такие цифры, как задолженности по кредитным картам в национальном масштабе.

Исследуя места силы

Исследование началось в США — в том месте, где необходимость реформирования классической модели образования видна лучше всего. Именно там стоимость диплома продолжает расти, а большие маргинализированные группы населения остаются вне этой системы. В то же время (и, возможно, как раз из-за этого) именно в США эксперименты с образованием в новых формах показывают наиболее перспективные результаты. Некоторые из которых выходят за пределы Северной Америки, влияя на людей и их доступ к образованию в развитых и развивающихся регионах мира.

Несмотря на то что большое число журналистов и лидеров мнений думают иначе, сейчас еще слишком рано говорить о том, как будет выглядеть система образования в цифровую эпоху. Мы все еще находимся на очень ранней стадии этого перехода, и никаких структурных изменений еще ​​не видно. Впрочем, как нет и сомнений в том, что у использования цифровых технологий есть огромный потенциал.

В этой серии интервью я хотел бы избежать прогнозов на будущее и сфокусироваться на вопросе, что является целью образования в исторической и современной перспективе. Из него следуют и другие вопросы: как появилась нынешняя модель университетского образования и какие существовали предпосылки для ее существования? На какие недостатки этой модели стоит обратить внимание? Какую пользу для образования можно извлечь из фрагментированной и децентрализованной природы цифровых и мобильных технологий? И что стоит на пути к более персонализированному, прямому и свободному подходу к образованию?

Записанные беседы должны вдохновить людей на новые дискуссии. Сейчас мы совместно со «Стрелкой», Hyper Island и «Теориями и практиками» работаем над созданием документального фильма по этим записям. И собираемся воплотить ряд озвученных в них идей в новых образовательных продуктах для Москвы — надеюсь, в дальнейшем они будут использоваться и во всем мире.