В 1950-х годах в США началась напряженная борьба с сегрегацией и расовой дискриминацией. В новом выпуске проекта «Цифровой нон-фикшн» — рассказ о том, как однодневный бойкот продлился 381 день, а молодой баптистский пастор Мартин Лютер Кинг стал символом борьбы за равенство.

Равные, но разделенные

Первая половина XX века на американском Юге прошла под девизом «Сегрегация навсегда». За полвека до того 13-я поправка к Конституции упразднила рабство, однако южные штаты, чтобы сохранить юридическую сегрегацию рас, ввели правило Separate but equal: чернокожие имеют те же права, что и белые, но услуги им оказываются раздельно.

На «черные» и «белые» поделились школы, рестораны, примерочные в магазинах, лифты, туалеты и питьевые фонтанчики. Если в городе не было театра, кино, бассейна, библиотеки, галереи для чернокожих, они не могли ходить в «белые» заведения. Во многих штатах действовал запрет на межрасовые браки. Сегрегация коснулась даже детских книг.

В пятидесятых в Бирмингеме расисты из Ку-клукс-клана добились того, чтобы издание, где на картинках вместе были изображены черные и белые кролики, изъяли из продажи. Расовая неразборчивость грызунов не должна была поколебать духовные скрепы Юга.

Полупустой автобус

В старом добром Монтгомери правила проезда для черных были суровы: заходить в салон через переднюю дверь запрещено, садиться на места для белых — запрещено, если белому не хватило места, встать должны все темнокожие на скамейке, один — чтобы уступить место, остальные — чтобы белому не пришлось сидеть с ними.

1 декабря 1955 года 43-летняя швея Роза Паркс была арестована за то, что отказалась уступить свое место в автобусе белому пассажиру. Ее задержание всколыхнуло негритянскую общину Монтгомери. Случай идеально подходил для того, чтобы начать атаку на всю систему сегрегации. Было решено организовать однодневный бойкот. Возглавить его предложили молодому баптистскому пастору Мартину Лютеру Кингу.

Еще в 1955 году на автобусных линиях Монтгомери чернокожие были обязаны вставать, если хоть одному белому пассажиру не хватало места. В конце 1956-го белым пришлось забыть о былых привилегиях.

Требования, выдвинутые негритянской общиной автобусной компании, были далеки от радикальных. Водители должны вежливо обращаться ко всем пассажирам, сидячие места следует занимать в порядке живой очереди (но белые остаются спереди, а чернокожие — сзади), на маршрутах, проходящих через «черные» кварталы, должны появиться чернокожие водители. Все эти просьбы были отвергнуты.

В итоге бойкот продлился несколько дольше, чем изначально планировалось — 381 день. Свыше 90% чернокожего населения Монтгомери перестали пользоваться автобусами.

Протест потребовал солидарности — черные таксисты снизили ставки до цены автобусного билета, многие автовладельцы стали бесплатно подвозить участников бойкота на работу. Для этого пригодились даже катафалки. Кинг не уставал повторять — протест должен быть мирным: «Если вас оскорбляют, не оскорбляйте в ответ. Если вас толкают, не толкайтесь сами. Если вас бьют, не отвечайте, но всегда… демонстрируйте добрую волю». Однако власти и местные расисты не собирались идти на уступки.

Таксистам запретили занижать цены, у части из них отобрали лицензии, участников протеста запугивали, по городу стали распространять ложные слухи о том, что бойкот окончен. В феврале 1956 года 80 активистов, в том числе Кинга, обвинили в том, что они вступили в сговор в ущерб законному бизнесу. Лидера оппозиции приговорили к 500 долларам штрафа или 386 дням тюрьмы.

Однако протестующие победили, когда в дело вмешался закон. 5 июня 1956 года Федеральный окружной суд признал сегрегацию в общественном транспорте города неконституционной, а спустя полгода это решение закрепил Верховный суд США. Но Монтгомери — не вся Америка.

Нажмите на стрелку, чтобы просмотреть анимацию

Опасное ненасилие

За победой бойкота в шестидесятых последовали марши протеста, сидячие забастовки в ресторанах «только для белых» и опасные «рейды свободы»: чтобы проверить, как применяется еще одно решение суда, запретившее сегрегацию на автобусном сообщении между штатами, черные и белые активисты решили вместе отправиться на автобусах из Вашингтона на Юг.

Цель всех акций — сделать въевшееся в повседневность неравенство явным для всех и спровоцировать в больном обществе целительный кризис.

Однако в эти годы ненасильственный протест часто приводит к крови. Чернокожие студенты, присевшие за столик в «белой» закусочной или рискнувшие вместе с белыми проехаться по расистской южной глубинке, бросают вызов расовому status quo. «Черно-белые» автобусы горят. Их пассажиров оскорбляют, избивают, порой убивают. Однако Кинг упорно напоминает о ключевом принципе: протест должен быть мирным.

Радикальный соглашатель

Ненасилие — как канат, по которому трудно долго идти, не теряя равновесия. По всей стране стена сегрегации дает трещины, а федеральные власти США требуют от южных губернаторов отмены расистских ограничений. Но чем ближе становится цель, тем нестерпимей кажется оставшаяся несправедливость. И тем радикальнее борцы с ней. Кинг оказывается под огнем с двух сторон.

Агент ФБР, который вел за Кингом слежку, назвал его самым опасным негритянским лидером в стране.

Более осторожные черные лидеры, которые рассчитывали на постепенное ослабление сегрегации, боялись, как бы провокационные акции Кинга не дискредитировали саму борьбу за права темнокожих в глазах федеральных властей и белого большинства. Черные радикалы считали его мягкотелым соглашателем, а один из лидеров черной «Нации ислама» Малькольм Икс назвал его марионеткой белого истеблишмента.

В 1966 году в Окланде возникла революционная «Партия черных пантер», которую шеф ФБР вскоре назвал «величайшей угрозой внутренней безопасности США». «Пантеры» пытались установить в черных кварталах свой порядок и, вооруженные до зубов, следовали по пятам за белыми полицейскими. Их лозунг был прост: «У вас есть оружие, но и у нас есть оружие!». Все закончилось войной, в которой у «пантер» не было шансов.

Однако к этому времени Кингу удалось главное — привлечь к расовой проблеме внимание всей страны. Расовая напряженность вышла наружу, и на нее уже нельзя было закрыть глаза.

Мемфис, 1968

4 апреля 1968 года Мартин Лютер Кинг, приехав в Мемфис, чтобы поддержать забастовку черных мусорщиков, вышел на балкон гостиницы и получил пулю в шею. Через час он умер в больнице. В черных кварталах по всей стране вспыхнули бунты. Десятки убитых, тысячи раненых, полицейские участки, переполненные арестованными. На подавление беспорядков было брошено 70 тысяч солдат, а на лужайках вокруг Белого дома поставили пулеметы.

За несколько лет до этого агент ФБР, который вел за Кингом слежку, назвал его самым опасным темнокожим лидером в стране. «Бунтовщик» был убит, но к концу шестидесятых система расовой сегрегации была практически демонтирована.

Подробнее о Кинге — в серии, которая выйдет 2 августа.

AppStore

Google Play

Amazon

Узнать больше о NARR8