Писатели порой с особой тщательностью подходят к выбору орудий труда. Некоторые называют это наваждением или фетишем — однако ручки, карандаши, блокноты и другие предметы, использованные авторами для создания своих наиболее знаменитых произведений все еще бесконечно нас завораживают. Прочитав оду Владимира Набокова, посвященную карандашу Eberhard Faber Blackwing 602, который он обожал за мягкий и в то же время четкий грифель, и использовал для пометок в своих романах или для работы с картотекой, T&P решили узнать больше о любимых рабочих инструментах писательской элиты.

Эрнест Хемингуэй применял в работе как карандаш, так и печатную машинку: «Когда начинаешь писать, то получаешь от этого большое удовольствие, а читатель не получает ничего. Можно использовать и печатную машинку, это намного проще и доставляет еще большее наслаждение. После того, как вы научились писать, следующая задача — суметь передать читателю любое ощущение, любое чувство, образ, эмоцию. Если ты работаешь карандашом, у тебя есть три попытки посмотреть на то, воспринимает ли читатель написанное тобой так, как ты задумал. Первая, когда ты это перечитываешь; затем, когда ты это перепечатываешь на машинке, и последняя — при вычитке корректуры. Работая карандашом, шансы улучшить результат возрастают на одну треть, то есть на 0,333, что чертовски здорово даже для среднестатистического бейсболиста. Кроме того, текст дольше остается в сыром виде, что значит его можно доработать».

В своих парижских мемуарах «Праздник, который всегда с тобой» писатель описывает процесс создания произведения так: «Все, что было нужно тогда: записные книжки в синей обложке, два карандаша, точилка (карманный нож снимал слишком много очисток, и карандаши быстро стачивались), столики с мраморной столешницей, аромат café creme, запах ранней утренней уборки на улицах и удача».

Джек Керуак любил карманные блокноты и толстые тетради с мраморной обложкой. Он использовал их для литературных заметок, а в юности и для хроник вымышленной им игры, похожей на бейсбол, единственным игроком которой был он сам.

Английский писатель-фантаст Нил Гейман использовал перьевую ручку: «Все началось в 1994 году, когда я написал роман «Звездная пыль». Я представлял, что это будет, как, скажем, в 20-е годы, поэтому пошел и купил тетрадь и ручку Waterman. До этого я не писал ручкой лет эдак с тринадцати. Мне нравилось, что работа идет медленнее, и я могу обдумывать каждое предложение. Мне нравилось, что приходится все переписывать набело, а не удалять куски текста на компьютере. Кроме того мне было очень приятно это тактильное ощущение, когда надо было совершить ритуал заполнения ручки чернилами». Далее писатель отмечает, что в его арсенале 60 авторучек двух типов, среди которых TWSBI Diamond 540, Visconti, Pilot Custom 823 Amber, Delta Fluida, Lepine Indigo Classic. Ему очень нравится пользоваться ими в работе и подписывать книги: «Я люблю каждый день писать другими чернилами. Так я сразу вижу, сколько успел написать».

Симону де Бувуар на фотографиях можно заметить с ручками Sheaffer Snorkel Triumph, Sheaffer’s Snorkel и Esterbrook.

Стивен Кинг однажды охарактеризовал свою авторучку Waterman как лучший в мире процессор. Писать от руки он начал, когда после автомобильной аварии работа за компьютером стала причинять боль. Писатель отметил, что таким образом вынужден замедлить темп и думать над каждым словом.

Марк Твен любил отрывные блокноты в кожаном переплете, сделанные на заказ по его рисункам. Исписав очередной лист, он вырывал его — таким образом, не нужно было искать чистую страницу. Любимой ручкой писателя считается Conklin Crescent Filler, так как она не скатывалась с рабочего стола. В 90-х годах XIX века Твен уже пробовал писать левой рукой, потому что правая отказала из-за ревматизма, но потом бросил эту затею и начал надиктовывать свои произведения.

«4 унции чернильных орешков (из них добывается галловая кислота), 2 унции железного купороса, полторы унции гуммиарабика. Растолочь орехи в ступе. Добавить гуммиарабик и купорос, влить пинту крепкого несвежего пива и пинту легкого пива. Добавить немного рафинированного сахара. Получившуюся смесь оставить в каминном углу на 14 дней, взбалтывать два-три раза в день».

Джон Стейнбек был заядлым приверженцем карандашей. Когда он только начинал писать, у него их было 24. Стейнбек обожал знаменитый Blackwing, а также любил Mongol 480. Говорят, к концу работы над романом «К востоку от рая» он сточил 300 карандашей. Для написания книг «Гроздья гнева» и «Консервный ряд» потребовалось по 60 штук на каждую.

Джейн Остин писала в канцелярском блокноте форматом в одну четверть листа с мраморной бумагой, переплетенном дубленой овечьей кожей. Края бумаги были красного цвета и обрезаны довольно грубо. Английская романистка записывала свои сочинения при помощи гусиного пера и чернил. Вот рецепт этих необычных чернил: «4 унции чернильных орешков (из них добывается галловая кислота), 2 унции железного купороса, полторы унции гуммиарабика. Растолочь орехи в ступе. Добавить гуммиарабик и купорос, влить пинту крепкого несвежего пива и пинту легкого пива. Добавить немного рафинированного сахара. Получившуюся смесь оставить в каминном углу на 14 дней, взбалтывать два-три раза в день».

Генри Дэвид Торо родился в семье владельца карандашной фабрики, где в юности и работал. Он изобрел первоначальную версию American pencil, сделав грифель более прочным с помощью глины, что также препятствовало смазыванию написанного. Торо при себе всегда имел записную книжку и карандаш.

Кормак Маккарти с 1923 года работал на печатной машинке Olivetti Lettera 32. На ней было напечатано свыше 5 миллионов слов и более 12 работ автора. Машинку недавно продали на аукционе за $254 500, а друг писателя Джон Миллер подарил Маккарти новую, за $11.

Известно, что автор Шерлока Холмса, сэр Артур Конан Дойль, написал некоторые свои сочинения ручкой Parker Duofold.

Знаменитая своими детективными романами писательница Агата Кристи предпочитала для работы печатную машинку Remington Home Portable Number 2.

Клэр Мессуд, написавшая бестселлер «Дети императора», не мыслит себя без качественной перьевой ручки и блокнота Clairefontaine (одного на роман).

Джуди Блум, автор книг для подростков, придерживается мнения, что лучше карандаша и бумаги ничего нет: «То, что происходит между мозгом и рукой, зажавшей карандаш, очень важно для конечного результата». Иногда Блум работает на компьютере, но утверждает, что лучшие работы все же получаются после правки напечатанного карандашом.