«Теории и практики» продолжают объяснять смысл часто употребляемых выражений, которые зачастую используются в разговорной речи в абсолютно неправильном значении. В очередном выпуске рубрики — чем Линкольн помог Обаме и почему Иван-Царевич неизбежно встречает Серого волка.

Нарратив — слово, вошедшее в моду в эпоху постмодерна. Чаще всего им заменяют понятия «повествование» или «сюжет». Оно произошло от латинского narrare — «язык повествования». Философы постмодерна позаимствовали термин из историографии, где он появился при разработке концепции так называемой «нарративной истории», рассматривающей исторические события в контексте рассказа об этих событиях. Особенность нарративной истории — в том, что она не пытается объективно оценивать произошедшее: событие становится неразрывно связано с интерпретацией.

Этот же подход был применен и к тексту. В рамках постмодернистской концепции концентрироваться надо не на исходном смысле истории, а на способе ее изложения, признав его самодостаточность и самоценность. Как писал французский философ и семиотик Ролан Барт, повествование разворачивается «ради самого рассказа, а не ради прямого воздействия на действительность, то есть, в конечном счете, вне какой-либо функции, кроме символической деятельности как таковой».

По определению психологов и философов Рома Харре и Йенса Брокмейера, нарратив — это ансамбль «лингвистических и психологических структур, передаваемых культурно-исторически, ограниченных уровнем мастерства каждого индивида и смесью его или ее социально-коммуникативных способностей с лингвистическим мастерством». Сообщение о любом жизненном событии обычно принимает форму истории, рассказанной в соответствии с «определенными соглашениями». С помощью этой истории человек пытается упорядочить собственный опыт, исходя из своих представлений о мире. Так или иначе, нарратив переносит основное содержание истории из фабулы в сам процесс и способ повествования.

Нарративная психология утверждает, что нам проще воспринимать собственную жизнь по законам сюжета, а не с помощью каких-то логических правил. Тем более, что жизни «самой по себе» вроде как и не существует: мы с детства составляем свое представление о мире, основываясь на рассказах значимых для нас людей.

В литературе нарратив — это последовательность изложения фактов и событий в произведении. Но не стоит путать его с сюжетом: нарратив — это не фабула сама по себе, а структура, на которой основана фабула. При этом нарратив существует по определенным законам: в нем можно выделить разные модели и шаблоны. Например, советский фольклорист Владимир Пропп попытался сформулировать базовую структуру сказочного нарратива. Он предложил разделить нарратив на более мелкие единицы — нарратемы: характеры, функции персонажей, волшебные орудия или определенные ситуации. Например, нарратему «герой встречает волшебного помощника» мы встречаем и в русской народной сказке про Ивана-Царевича и Серого волка, и в «Хоббите», где на помощь Бильбо и его друзьям приходит загадочный оборотень Беорн. А лингвист Альгирдас Жюльен Греймас разработал универсальную нарративную схему, которую можно применить к большинству текстов. В ней фигурируют шесть актантных ролей (то есть, функций, выполняемых персонажами): отправитель, получатель, субъект, объект, помощник и оппонент.

При этом нарратив в художественных произведениях можно трактовать и с более широкой точки зрения — как способ изложения истории. Один и тот же сюжет можно передать с помощью разных нарративов. Например, история про Алису в Стране чудес может подаваться и как сказочный сон в детской книжке — абсурдный, но не несущий негативного заряда, и как перемежающийся с реальностью продолжительный бред сумасшедшей девочки в легендарной компьютерной игре American McGee’s Alice, где та же вымышленная вселенная полна жестокости и насилия, а Алиса вынуждена сражаться с Красной королевой, захватившей власть (то есть, история путешествия по вымышленной стране становится историей преодоления психической травмы).

Нарратив пригодился и психологам. Нарративная психология утверждает, что нам проще воспринимать собственную жизнь по законам сюжета, а не с помощью каких-то логических правил. Тем более, что жизни «самой по себе» вроде как и не существует: мы с детства составляем свое представление о мире, основываясь на рассказах значимых для нас людей. В любой биографии есть элементы комедии (победа жизни над смертью, высвобождение подавленных желаний), романса (идеализация прошлого), трагедии (поражение героя) и иронии. Соответственно, человек может справиться с психологическими проблемами, переосмыслив и переписав собственную историю с помощью психотерапевта.

Термин «нарратив» также активно используется в рекламе и политтехнологиях — выяснилось, что даже выработав иммунитет к слоганам и прочим рекламным приманкам, люди продолжают прислушиваться к историям. Поэтому успех того или иного продукта или политического лидера во многом зависит от наличия у него внятной и убедительной истории, делающей его близким покупателю или избирателю. Например, типичная нарративная схема из сказки — протагонист с помощью волшебного средства борется со злодеями — часто используется в рекламе бытовой химии. В роли протагониста выступает заботливая и трудолюбивая домохозяйка, зло воплощают пятна или микробы, а вместо меча-кладенца — суперэффективное моющее средство.

Барак Обама не случайно провозгласил своим кумиром Авраама Линкольна: избирателям и СМИ нетрудно было заметить символичные параллели между биографиями легендарного президента и перспективного современного политика. Обама был сенатором от Иллинойса — Линкольн участвовал в Законодательном собрании этого же штата. Обама — афроамериканец, Линкольн отменил рабство в США. Даже на инаугурации молодого президента прозвучал лозунг «Новое рождение свободы», приуроченный к 200-летию со дня рождения Линкольна. Правильно выбранный нарратив очень помог имиджу Обамы, несмотря на то, что описанные параллели более чем условны и вряд ли помогают объективно оценить его качества и таланты. Обаяние красивой истории — мощное оружие для политика.

Как говорить


Неправильно «У этой книжки неинтересный нарратив — я сразу понял, чем она закончится». Правильно — «сюжет».

Правильно «Политический нарратив Маргарет Тэтчер — история о том, как победа 1945 года была погребена под тремя десятилетиями попустительства, политической вялости и инфляции и была восстановлена с помощью железной воли».

Правильно «В этой статье правильно изложены факты, но саркастический нарратив мне не нравится — я по-другому вижу ситуацию».