Биологи Пьет ван дер Берг и Тим Фосет объясняют родительскую строгость по отношению к бойфрендам своих дочерей эволюционными причинами и теорией сексуальной селекции. О своих успехах они написали статью в New York Times, из которой T&P выделили основные тезисы.

В основе выбора партнера лежит теория сексуальной селекции. Она концентрируется не на борьбе за выживание, а на соперничестве за сексуального партнера. Эта теория оказалась крайне эффективна для объяснения многих поведенческих процессов в животном мире — начиная от ярких павлиньих хвостов, заканчивая трескотней самцов сверчков.

В отличие от животного мира у людей есть свои уникальные ограничения, связанные с влиянием родителей. Казалось бы, симпатии детей и родителей как носителей одних и тех же генов должны совпадать и быть подкреплены общими эволюционными интересами. Но все не так просто. Генетический интерес родителей состоит в рождении как можно большего количества внуков. Поэтому они стремятся распределить свои ресурсы — деньги, внимание и все остальное так, чтобы все их дети чувствовали себя примерно одинаково хорошо. Дети, в свою очередь, больше всего заинтересованы в собственном размножении, поэтому они пытаются заполучить ресурсы своих братьев и сестер. Именно борьба за родительские ресурсы может оказаться причиной строгой родительской цензуры партнеров.

Для исследования этого феномена была создана компьютерная модель, которая симулировала эволюционный процесс. Все мужчины получили разные возможности для инвестирования своих ресурсов в воспитание детей. Предпочтения женщин по этому признаку также различались — те, кому было важно вовлечение мужчины, имели больше шансов сойтись с партнерами, которые больше инвестировали.

Исследователи не утверждают, что выбор партнера зависит исключительно от генов: огромное влияние оказывают культурные факторы, личностное развитие и случайные события. Но в распространенности описываемого конфликта между детьми и родителями наверняка большую роль сыграла эволюция.

Потомство (с незначительной возможностью мутаций) наследовало качества обоих родителей — желание инвестировать у мужчин и важность инвестирования партнера для женщин. Кроме того, исследователи позволили родителям оказывать влияние на выбор партнера у потомства и выборочно распределять ресурсы. Затем они проследили моделирование тысяч разных поколений, чтобы узнать, каким из них удалось выжить.

Выяснилось, что со временем родители начинали активнее инвестировать в тех дочерей, чьи партнеры были склонны вкладывать меньше ресурсов. Они считали, что поступают наиболее эффективно и максимизируют финальное количество потомков. Но их наименее удачливые отпрыски начинали «эксплуатировать» родителей, специально выбирая равнодушных партнеров — они получали больший объем поддержки, при это не затрачивая силы на поиск идеального мужчины. В результате, разборчивость женщин значительно снижалась со временем, зато требования родителей к потенциальным зятьям увеличивались.

Исследователи не утверждают, что выбор партнера зависит исключительно от генов: огромное влияние оказывают культурные факторы, личностное развитие и случайные события. Но в распространенности описываемого конфликта между детьми и родителями наверняка большую роль сыграла эволюция.

Полностью прочитать статью Фосета и Берга можно на сайте New York Times.