Писатель Стивен Кинг написал эссе о том, почему мы смотрим фильмы ужасов. Одна из основных причин, по его мнению — необходимость потакать своему скрытому безумию и подавляемой жажде насилия. T&P перевели из текста Кинга самое главное.

Мне кажется, мы все — сумасшедшие; те, кто еще находятся вне стен лечебниц просто лучше это скрывают, да и то не факт. Мы все знаем людей, которые говорят сами с собой, иногда корчат лица в ужасных гримасах, когда никто не смотрит, бывают охвачены истерическим страхом от змей, темноты, тесных пространств, затяжного падения … и, конечно, личинок и червей, которые терпеливо ждут в земле.

Когда мы платим четыре или пять баксов и усаживаемся в десятом ряду кинотеатра за просмотром фильма ужасов, мы бросаем кошмару вызов.

Зачем? Некоторые причины просты и очевидны. Чтобы доказать себе, что нам не страшно, что мы сможем пережить эти американские гонки. И фильмы ужасов, как и американские гонки, всегда были территорией для молодых; к сорока или пятидесяти годам страсть к двойным петлям и разворотам на 360 градусов значительно сходит на нет.

Мы также проводим калибровку нашего чувства нормальности — фильмы ужасов изначально консервативны, даже реакционны. Фреда Джексон в качестве тающей женщины в фильме «Умри, монстр, умри!» убеждает нас, что, как бы далеки мы не были от эталонов красоты Роберта Ретфорда или Дайаны Росс, мы все равно на расстоянии нескольких световых лет от настоящего уродства.

«Лично я предпочитаю смотреть самые агрессивные из них — к примеру, «Рассвет мертвецов» — для того, чтобы поднять дверцу клетки своего цивилизованного рассудка и закинуть корзину сырого мяса голодным аллигаторам, которые плавают в этой подземной реке».

И еще мы веселимся.

Но именно здесь твердый фундамент под ногами дает трещину, не правда ли? Поскольку это воистину очень особенный сорт веселья. Мы развлекаемся оттого, что другим людям угрожает опасность — иногда, даже убивает их. Один критик предположил, что если американский футбол стал вуаеристской версией побоища, то фильмы ужасов стали современной версией линчевания.

Почти каждый из нас — потенциальный линчеватель (исключая святых, прошлых и будущих, хотя большинство из них сходило с ума по-своему), которому нужно иногда позволять кричать и кататься по траве, сейчас и в будущем. Наши эмоции и страхи формируют свое собственное тело, и мы понимаем, что ему необходимы упражнения, которые будут поддерживать внутренний тонус мышц. Антицивилизационные, опасные эмоции никуда не исчезают, и они тоже требуют периодических тренировок.

Мифический фильм ужасов (как и черный юмор) выполняет эту грязную работу. Он избирательно взывает к худшим нашим проявлениям — высвобождает наши патологии, самые базовые инстинкты, делает явью самые отвратительные фантазии… и это происходит в подобающей темноте. По этим причинам хорошенькие либералы часто избегают фильмов ужасов. Лично я предпочитаю смотреть самые агрессивные из них — к примеру, «Рассвет мертвецов» — для того, чтобы поднять дверцу клетки своего цивилизованного рассудка и закинуть корзину сырого мяса голодным аллигаторам, которые плавают в этой подземной реке.

Зачем утруждать себя? Потому что это не дает им выползти наружу, дружище. Это держит их внизу, а меня наверху. Леннон и Маккарти сказали, что все что нам нужно — это любовь, и я готов с этим согласиться.

Пока аллигаторы накормлены.

Полностью прочитать эссе Стивена Кинга можно по этой ссылке.

Узнать больше