Поэт и историк Дженнифер Майкл Хечт написала книгу «Останься» о культурном и научном подходе к суициду. Апеллируя к религиозным догматам, научным исследованиям, литературным и философским трудам, она приходит к выводу, что суицид неприемлем, потому что может склонить к роковому шагу окружающих. Об этом рассказывает сайт Brain Pickings, в чьем тексте T&P выделили самое главное.

Религия поддерживала идею о том, что Бог запрещает суицид, подкрепляя ее телесными и даже посмертными наказаниями. Получается, что других последовательных доводов против самоубийства у нас нет. Западная философская мысль заключила, что без бога и религии человек сам волен решать прекратить свой жизненный путь. По крайней мере, отношение к суициду стало куда более неоднозначным.

Если в XVII веке самоубийство все еще трактовалось как работа дьявола, то в XVIII веке основным связанным с ним предметом для дискуссий и опасений врачей становится меланхолия. Самоубийство, которое раньше считалось одним из тяжелейших грехов, начали воспринимать почти нейтрально. Многие даже иногда расценивали его в положительном ключе, когда оно олицетворяло в себе некоторые идеалы или протест против оскорбления собственной чести.

Но на данный момент помимо чисто философских причин осуждать сведение счетов с жизнью, у нас есть исторический, социальный и статистический довод. Современные социальные науки подтверждают, что самоубийство влечет за собой другие самоубийства — как среди тех, кто знал покойного, так и среди людей, которые идентифицировали себя с ним.

«Часто люди очень много требуют от себя и своей жизни. Они не могут принять, что реальность не соответсвует их ожиданиям. В качестве лекарства от подобных страданий Джон Мильтон призывал не забывать, что иногда мы не имеем права голоса в той роли, которую нам отвела судьба».

Подобное «заражение» может проводить социокультурное моделирование и формировать целые суицидальные кластеры. Сильнее всего это влияет на людей схожего с жертвой возраста, стиля жизни, привычек — чем больше совпадений, тем выше опасность попасть под влияние. Помимо социальных и эпидемиологических исследований, влияние суицидов признает и клиническая психология — знакомство с самоубийцей расценивается как мощный фактор риска.

Принимая решение покончить с собой, мы влияем на всех окружающих людей. В течение месяца спустя смерти Мерелин Монро социолог Дэвид Филлипс зафиксировал скачок суицидов по всей Америке на 12%. Этому феномену дали название «эффект Вертера» в соответствии с сентиментальным романом Гете, после выхода которого в Европе началась целая эпидемия самоубийств (подробнее об этом можно прочитать в книге «Писатель и самоубийство» Григория Чхартишвили — прим. T&P).

Часто люди очень много требуют от себя и своей жизни. Они не могут принять, что реальность не соответсвует их ожиданиям. В качестве лекарства от подобных страданий Джон Мильтон призывал не забывать, что иногда мы не имеем права голоса в той роли, которую нам отвела судьба. Тогда лучшей тактикой может оказаться терпеливое ожидание. Или, как говорил писатель Дэвид Фостер Уоллес, часто нам нужна смелость не для того, чтобы решительно менять реальность, но для того, чтобы принять ее и сохранить себя в ней.

Прочитать другие отрывки из книги Дженнифер Майкл Хечт о самоубийстве «Останься» можно на сайте Brain Pickings.