Борису Гребенщикову исполняется 60 лет. «Теории и практики» совместно с издательством «Новое Литературное Обозрение» публикуют отрывок из новой книги «Борис Гребенщиков словами Бориса Гребенщикова», где музыкант рассуждает о жизни в формате алфавита: в чем суть тибетской теории рок-н-ролла, с каким алкоголем лучше поется, что общего у Бродского с хип-хопом, зачем нужна свобода и почему важны судороги от красоты.

A

«Аквариум»

Это чистый передвижной монастырь. Среднее между цирком и монастырем. Монастырь-цирк.

 Он также похож на пиратскую команду или изолированный отряд крестоносцев. Мы делаем то, что делаем, а если получаем за это деньги, то делим их в пропорции, в которой привыкли делить. Те же, для кого деньги — главное, напоминают мне анекдот про людей, которые ограбили водочный завод, украли десять ящиков водки, продали, а деньги пропили. Когда состав начинает ссориться друг с другом, я немедленно стараюсь из группы свалить. Потом на новом месте возникает совершенно новый «Аквариум» — как правило, с теми же самыми людьми.

Акунин

Придумал свой мир: изобрел Россию, в которой не стыдно жить, которой можно гордиться. Это настоящая, большая литература, которая маскируется под массовую.
 У нас почему-то именно несчастные писатели пишут талантливо, а среди счастливых не видно талантливых людей. Борис Акунин — наверно, единственное исключение. У него замечательные герои. Эраст Фандорин, может быть, несчастлив в личной жизни, но он герой, за которого не стыдно, им можно искренне восхищаться.

«Слово «гуру» мне не нравится — я настаиваю на определении себя как «аятоллы русского рока». Мы объявили джихад всей коммерческой музыке»

Акустика

Я искалечен советской властью — в том смысле, что все детство, всю юность и всю молодость я был научен петь тихо, чтобы соседи не вызвали ментов. Поэтому я привык играть на акустической гитаре, а электрическая гитара мне чужда. Я очень люблю на ней играть, но 20 лет привычки к акустике дают о себе знать. Тихо играть я умею очень хорошо, а громко на сцене у меня до сих пор не получается — я сразу начинаю играть, как Пит Таунсенд, не имея ни техники, ни задора. Ограничиваюсь четырьмя аккордами, которые могу очень громко взять. Поэтому, сколько бы я ни старался на сцене играть на электрической гитаре, в ходе концерта я ее выкидываю и опять берусь за акустику. Сейчас мы нашли идеальный вариант: электроакустическую гитару «Martin Grand Concerto».

Алиса

Моя старшая дочь. В юности слушала группы «Кино», «Наутилус», а также «Алису». С годами пришла мудрость, и она перестала слушать что-либо вообще. Теперь она в основном играет в театре, и я считаю, что это очень правильный, мудрый выбор. На концерты к нам она, однако, ходит и не уходит с омерзением, как я мог бы ожидать. Что-то ее заставляет задерживаться на концертах. Мне, как отцу, это дико приятно и льстит.

Андерсон (Лори)

Она зачарована тем, как люди разговаривают, и делает из разговоров шедевры современного искусства; работает с Питером Гэбриэлом, Брайаном Ино и Лу Ридом. При этом она всегда находится в области последних технологических достижений. Иногда — в соответствии со строгим кодексом авангардиста — готовит постановку полгода, показывает ее один раз и переходит к следующей. Я помню, как Андерсон пришла к нам в студию во время записи «Radio Silence» и призывала всех немедленно все бросить и бежать на какой-то безвестный нью-йоркский стадион, где сейчас радиоуправляемые краны на колесах будут уничтожать друг друга. До сих пор жалею, что не пошел.

Аятолла

Слово «гуру» мне не нравится — я настаиваю на определении себя как «аятоллы русского рока». Мы объявили джихад всей коммерческой музыке и образовали Фронт эмоционального освобождения, куда вошли «Ва Банкъ», «Текиладжаззз» и другие. Певцы класса и популярности Филиппа Киркорова могли бы внимательнее относиться к текстам своих песен. Если бы Евгений Онегин обращался к Татьяне: «Тазик мой», русская поэзия пошла бы по другому пути, и я не уверен, что по лучшему. Когда человек понимает, что его песню будут слушать сотни тысяч людей, должна быть определенная ответственность за ее слова. Любое пение — это молитва. Молитва со словами «Тазик мой» или «Шику дам» — не очень хорошая молитва, она не действует.

Б

Бог

Если человек выпрыгивает с девятого этажа в уверенности, что сможет пойти по воздуху, то он, скорее всего, упадет и разобьется. Это можно назвать Божьей карой, а можно пренебрежением законами физики. Мы все время живем, пренебрегая этическими законами, а потом удивляемся, почему с нами происходит что-то не то.

 Бог — это все, что существует в мире, включая каждого человека. Поэтому говорить о Боге совершенно бессмысленно. Бог в значительно большей степени проник в нас, чем мы можем себе представить. Давайте не будем скидывать на Бога самые простые вещи. В мире нет ничего, что не было бы Богом — кроме нашего глупого поведения.

Британия

Для меня это родина. Потому что многим неизвестным для меня я связан с ней — географически, метагеографически. И то, что делает «Аквариум», видится мне в какой-то мере продолжением английской формы здесь и теперь. Так или иначе, Британия всегда была мне ближе, чем Штаты.

Британскость

Интересное человеческое свойство. Наблюдатели отмечают, что исконным жителям Белого острова присущи некоторые черты, отличающие их от представителей других народов. В чем эти черты — не все сходятся, но одну выделяют единодушно: stiff upper lip (или буквально «неподвижная верхняя губа»), привычка не выказывать свои чувства на людях, прививаемая англичанам с детства. Над этой чертой много издеваются и острят, чаще всего — сами британцы.
Но если присмотреться внимательнее, это воистину благородная и прекрасная черта — если что-то не так, уметь не расстраивать окружающих, показывая, как тебе плохо.

Буддизм

Когда Будда достиг состояния просветления, первое, что он сказал, оглядевшись вокруг: «Господи, они же все Будды!» У меня такое ощущение было с детства. Я не мог ручаться за всех, но по поводу себя знал, что со мной все в порядке. И через различные философские системы, религии — от духов до кельтов — искал название и объяснение тому во мне, что «все в порядке». Причем нельзя сказать, что я «пришел к буддизму», поскольку слово «пришел» подразумевает, что я куда-то шел, а я никуда не шел. Я как сидел, так и сижу. Просто время от времени ко мне в руки попадает новый набор слов, который еще точнее объясняет мне меня самого.

В

«Ветер и поток»

Было такое движение в среде китайских мыслителей, как принято говорить у нас. Движение состояло в том, что мыслители нажирались в стельку и старались постоянно поддерживать это состояние, применяя еще одно расширяющее сознание средство в виде грибов. И в таком состоянии писали стихи. Насколько я помню, трезвыми им было западло писать стихи. Или они просто не могли. Мы с Цоем были потрясены схожестью взглядов между нами и товарищами из «Ветра и потока» и вознамерились испробовать их метод. После чего каждую пятницу, поскольку детей еще не было и все были свободны, мы закупали вина и ехали к ним с Марьяной. Закупали на сколько хватало денег, но не меньше ящика, обычно из расчета четыре бутылки на человека, а получалось больше — хорошо. Продолжалось это довольно долго — несколько месяцев, наверно. Наливались чаши с вином, пускались по воде. К сожалению, не было рядом реки и приходилось пускать в ванне — когда добирались до ванны. В общем и целом мы достигли полного духовного единства с «Ветром и потоком». Правда, я там ни одной песни не написал, хотя мы с Витькой пытались сделать что-то вместе. Но, видимо, слишком разные духи через нас говорили, и вместе у нас ничего не получалось.

«У государства цели, с человечеством не совпадающие. Ошибка думать, что государство состоит из людей»

Виски и водка

Виски я полюбил пить уже в конце 80-х годов. Я, конечно, имею в виду single malt — односолодовое виски. Хотя при прочих равных я сейчас чаще пью водку — она быстрее позволяет достичь желаемого эффекта. Но если нужно петь — тогда, конечно, дайте мне стакан виски. И еще стакан виски. Внутренний восторг и парение с помощью виски в моем случае достигаются лучше. Водка дает драму, виски — все-таки взлет.

Высоцкий

Уважаю его дар, но меня тяготит безысходность, встроенная в сам лад русской песни. «И ни церковь, ни кабак — Ничего не свято.
 Нет, ребята, все не так…». Сказано сильно, но меня не устраивает такой подход к жизни. Высоцкий, как магнит, собрал в себе все, что есть тяжелого вокруг, и, естественно, не вынес такого груза. Высоцкий — это сила природы, такая же, как, например, Том Уэйтс. Но для России Высоцкий гораздо важнее. Сын Владимира Семеновича, Никита, просил, чтобы я спел какую-то песню для трибьюта, посвященного отцу. Знаю, что это безнадежное занятие, но честно взял в руки гитару. Бесполезно… Мне это самому неинтересно. Делать бледные перепевки того, что Высоцкий спел гениально, считаю, ни к чему.

Г

Галльский темперамент

Человеку, родившемуся на Севере России, естественно, галльское отношение к жизни дается с трудом. Я привык к тому, что нужно постоянно преодолевать препятствия, но так себя вышколить, что не подавать виду, будто эти препятствия существуют. Вот почему мне ближе англичане, и с ними мы говорим на одном языке. Галльским темпераментом я могу восторгаться только чуть-чуть сбоку, но такой естественности в удовольствии и неудовольствии у меня нет. У англичан есть Тёрнер, у французов — Моне, и это описывает все.

Гаспарян (Дживан)

Я полюбил его музыку году еще в 1975 году, когда вышла пластинка «Третья международная трибуна стран Африки и Азии». Там Дживан играл одну длинную, сказочно красивую композицию и поразил меня в самое сердце. И когда я в Англии записывал альбом «Radio Silence», то я попытался найти Дживана через Брайана Ино, но не смог. А потом случай нас свел в Санкт-Петербурге: я пришел на его концерт и познакомился с ним лично. И когда я записывал песню «Северный цвет» для «Сестры Хаос», все время думал, что в ней должен играть Гаспарян. Он откликнулся! С тех пор мы с ним продолжаем видеться довольно часто. Я ездил к нему в Ереван на день рождения. Представляете, сейчас ему за восемьдесят, и он выступает до сих пор! И может еще выпить по-нашему. У таких людей надо учиться. 


Государство

У государства цели, с человечеством не совпадающие. Ошибка думать, что государство состоит из людей. Государство — математически крупная система, повинующаяся законам больших чисел и озабоченная только своим выживанием. Оно всегда будет заботиться о собственном выживании, а людей будет топтать. Очевидно, что государство такого типа, как наше, заботится о своем выживании, а не о нашем, думает о сохранении своих капиталов. В каком еще государстве такое возможно — один президент уходит, взяв клятву со следующего, что тот не подвергнет его и его семью уголовному преследованию? Простите, это разве не криминал? Это не зона? Зона. А если мы живем на зоне, то и нечему удивляться. На зоне жестокосердные люди, потому что такой порядок, такие понятия.

Гребенщиковы

Мои родные из Саратова — под Саратовом есть деревня, полная Гребенщиковых. Волна староверов попала оттуда в Петербург, мой дед из этих мест. Гребенщиковская община в Риге оттуда же. Поморский раскол. Моего деда звали Александр Гребенщиков. Он был начальником Балтехфлота, имел отношение к Дороге жизни через Ладожское озеро. Его именем назван теплоход, который до сих пор рассекает гладь Тихого океана где-то во Владивостоке. Сына моего отца от другой жены тоже зовут Александр Гребенщиков. Он моложе меня на несколько лет. Очень милый человек, рок-музыкант — своеобразный, совсем на меня не похожий, но, судя по тому, что я слышал на записях, очень талантливый.

Д

Далай-лама

Вспоминаю нашу короткую встречу с большим почтением. Он дал мне аудиенцию в 1996 году в Москве в посольстве Монголии, потому что Россия позорно потеряла лицо и не могла принять далай-ламу официально. Россия делала вид, что далай-ламы здесь нет. Не мое дело — лезть в политику, но неудобно такой большой державе так поджимать хвост.

«Дао дэ цзин»

Читать Канта мне скучно, я лучше буду читать Лао Цзы. Мне было лет шестнадцать, когда один петербургский художник, послушав, что я несу, сказал: «Возьми книжку “Древнекитайская философия” и найди в ней трактат под названием “Дао дэ цзин”. Тебе все станет ясно». С тех пор я не останавливался. И это отнюдь не увлечение, а нежелание тратить время попусту, потому что европейская философия за последние две тысячи лет не дала никаких практических указаний по поводу того, что надо делать. Она только нудит, что мир либо непознаваем, либо вообще скучен. А на так называемом Востоке (хотя это, в общем-то, Юг) люди стали задаваться вопросами гораздо раньше и сформулировали практические указания: что делать, чтобы мне было лучше.

Мне волшебство интереснее. Мне интереснее общаться с культурами, где есть боги как класс существ, которые живут в другом срезе реальности, где музыка подпитывается живыми богами, а когда, как в Западной Европе, боги умерли или зачахли, мне скучно. Кельтская музыка подпитывается, и индийская, и восточная в целом — они имеют связь с духами, богами… А музыка мира, где все не входящее в человеческий круг просто выкидывается и не существует, мне скучна.

Деньги

В Индии до сих пор существуют четыре касты: брахманы-жрецы; кшатрии-воины, князья; вайшии-торговцы; шудры-работники, ремесленники. Музыканты принадлежат к четвертой касте, то есть музыкой они зарабатывают себе на жизнь, это их работа, хлеб. Но если, например, брахман или кшатрий захотят сыграть музыку, они могут сыграть ее дома, для друзей, могут даже выступить по радио — при условии, что не будут брать за исполнение деньги. Как только они берут деньги, то автоматически лишаются места в своей касте, потому что занимают место шудры. То есть выбирай: либо ты играешь музыку бесплатно, либо ты теряешь свое место и становишься музыкантом. Нам повезло: в 80-е годы не было и речи о деньгах, вот почему музыка была вдохновенной. И, как ни странно, с той поры, когда деньги вошли в это уравнение — с конца 80-х, не появилось по большому счету ни одного талантливого человека. Либо ты зарабатываешь деньги и ты музыкант-ремесленник, который не может производить ничего нового, либо ты делаешь что-то новое, но не зарабатываешь денег.

А вообще, деньги — точно то же самое, что Интернет или молоток: средство, орудие. И в них нет идеи. Нельзя сваливать на деньги то, в чем виновата жадность. Жадность есть жадность, алчность есть алчность, невежество есть невежество, и Интернет не виноват, и деньги не виноваты, и водка не виновата. Если человек неумерен, то он неумерен. Отсутствие или наличие водки ничего не меняет. Не будет водки — он напьется другим, не будет Интернета — все равно найдет возможность скачать порнографию, не будет денег — люди найдут, как делить энергию так, чтобы себе было больше, а другим меньше.

Дети

К сожалению, получается, что я очень мало вижу своих детей. Я в каком-то смысле «мифический папа», хотя все-таки смог стать для них другом, советчиком. По крайней мере, ничем себя перед ними не запятнал. Но от чувства вины перед ними избавиться не могу. Может, оттого, что как-то очень болезненно их люблю. И они меня любят. А видимся мы редко.

Джаз

Темные кафе, бородатые битники в темных очках обсуждают с длинноволосыми девушками в коротких юбках и черных чулках дзен-буддизм и курят тигровый камыш, запивая его грубым алкоголем… Джаз я всегда уважал теоретически, но слушать его — избави бог. Джаз остается музыкой подавленности, недаром для него характерна меланхолия. Это форма закованная и, так или иначе, печальная, она ассоциируется с негритянской культурой в изгнании, воспоминанием об утерянной родине. Когда джаз играют белые люди, чувствуя силу этой музыки, но не понимая ее, они пытаются повторить ностальгию другой расы, что довольно нелепо. Вот почему для меня не существует, скажем, белого блюза.

Дилан

Очень напоминает мне одного даоса из книги Роберта Ван Гулика: забил на все в мире с такой силой, что его интересуют только те процессы, которые созерцает лишь он сам. Но иногда он имеет доброту поделиться результатами своих созерцаний с нами. На кой хрен ему это надо, я не пойму. Но он добр, а мы в меру своей тупости и понимания можем как-то разделить его плоды восхищения жизнью. Музыка, которая не имеет никакого отношения к сегодняшнему дню, как какой-нибудь канон, дошедший до нас из XVII века.

Донован

Великий и единственный, блистательный и курчавый трубадур Золотой эры рок-н-ролла. Когда-то он научил меня, что этика передается не словами, а музыкой. Под его песни хочется расписать машину невозможными цветами и медленно разъезжать по летним улицам в поисках всего невероятного. Забавно, что оно тут же появляется.

Духовные достижения

Как-то Будда с учениками шел по берегу реки и встретил аскета. И тот стал хвастаться своими духовными достижениями:

— Я могу перейти эту реку посуху.

Будда спрашивает:

— Сколько ты этим занимаешься?

Тот отвечает:

— Сорок лет.

Будда:

— Проще было заплатить перевозчику, и он бы тебя перевез.

Нет смысла тратить духовные силы на пустячные демонстрации чудес.

Ж

Жена

Ирина является для меня учителем высшего калибра. Она сидит дома и охраняет тылы, а я езжу повсюду, как пчелка, собираю мед или, наоборот, его распространяю, но нахожусь постоянно в связи со своей половиной.

«Можно жить без одежды и без кровати — но как же жить без музыки?»

Жирок

В конце XIX века Россия пошла в правильном направлении. И только стала обрастать жирком, как все опять повернулось не так. Может быть, такая уж судьба России? Не знаю. Но слово «жирок» не имеет той буржуазной окраски, к которой мы привыкли. Жирок — это необходимый запас, который помогает справляться с потрясениями. Недаром полные люди, как правило, более добродушны. Мы же исхудали, из нас долго выкачивали кровь. Надо дать отдохнуть этому организму лет сто-двести. Вот тогда появится культура. Культура — место, где живут наши души. Будет хорошо душам — все будет хорошо. Вот мой рецепт.

И

Информационный шум

Бывает только в голове. Уже на первых трех сайтах я узнаю все, что нужно.

К

Картины

У моей первой жены дед был художником. Как-то мы были на даче у ее родителей, и я залез на чердак. А там куча холстов: некоторые еще нетронуты, другие покрыты толстым слоем пыли и паутины. И тут же краски, кисточки, разбавители. Дело было в 1977 году. После первых проб я понял, что мне больше всего нравится рисовать небо, облака и что-нибудь им сопутствующее — это во мне вызывало сущий восторг. Так что поначалу рисовал в основном пейзажи.

Потом я начал придумывать картины, где есть какой-то сюжет. Я пробовал рисовать и портреты, но заметил, что, как только я рисую человека, у меня с ним радикально меняются отношения. Не потому, что я плохой художник, а просто потому, что такие вещи делать нельзя. Мне, по крайней мере, точно нельзя.

Китаец

Толя Ромм, или Китаец (Кит), потому что он родился в Китае. Он был старше меня на несколько лет, относился к поколению, которое слушало джаз и любило стихи. Благодаря ему я совсем по-другому начал слышать Окуджаву. Кит повлиял на меня сильнее кого бы то ни было. Прежде всего показав пример рыцарского отношения к людям: я запомнил на всю жизнь, что о людях нужно заботиться. Кроме того, он сильно поддерживал меня, когда я начинал писать песни. Он как-то без слов провел мысль: делай что делаешь и никого не слушай. Его убили — то ли кагэбэшники, то ли кто-то еще…

Кокаин

На кокаине я пел очень давно и проверил: когда поёшь, кажется, что получается замечательно. А когда слушаешь, то понимаешь, что полное говно. Алкоголь и наркотики — это большая обманка. Человеку кажется, что он поет хорошо. Если вместе с ним кто-то тащится, то и им может показаться, что все замечательно. Обкуренные люди могут часами сидеть и играть три ноты. И они считают, что это астрал. Это не астрал, а три очень плохо сыгранные ноты. Алкоголь — те же яйца, вид сбоку. Пьяный человек ничего написать не может.

Комсомол

Когда я вступал в комсомол, часть ритуала заключалась в том, что на вопрос, почему вступаешь, нужно было ответить: «Я хочу находиться в авангарде советской молодежи». Через много лет я понял, что не отступил от своей клятвы.

Конец света

Меня многие спрашивают, как бы я отметил его? А я и не жду конца света. Я жду выхода второй и третьей части фильма «Хоббит» и пятой части «Пиратов Карибского моря».

Концерт

Дэвид Боуи как-то сказал: «Люди приходят на концерт посмотреть на человека, который может умереть у них на глазах, а может и выжить». То есть увидеть настоящую жизнь, а не шоу. Сегодня теряется граница между музыкой и коммерцией, граница, которую необходимо соблюдать. Филипп Киркоров говорит: «А что плохого в игре под фонограмму? Если люди в таком-то городе смогут услышать музыку, которая будет чисто звучать?» Я могу сказать, что в этом плохого: это не является концертом! Концерт — то, что делается на сцене перед твоими глазами. Его слышишь только ты, и никто больше: вот такое сочетание звезд сегодня, так люди чувствуют себя по отношению друг к другу, вот такой зал. Эта музыка существует только сегодня и больше никогда. Когда идет фонограмма, это не концерт — это звукозапись. Перед концертом не нужны силы. Силы нужны, когда ты решаешься с кем-то бороться. А мы не боремся. Наш концерт — это как влюбленность. Ты приходишь с тем, что у тебя есть. Ты идешь на свидание.

Кризис среднего возраста

Я обсуждал эту тему с одним своим другом, журналистом из Лондона, и он сказал: «Ты не заметишь кризиса среднего возраста. У творца всегда такой собственный творческий кризис, что кризис среднего возраста на его фоне проходит просто незамеченным». Это меня утешило.

Л

Ленин

Много чего сделал: как известно, изобрел электричество, изобрел Дзержинского и изобрел видеокамеру. Дзержинский, в свою очередь, изобрел Кремль, Калинина и Древний Египет.

Любовь к родине

Нормальный человек рекламировать не обязан. Ему в голову не придет кричать на каждом углу: «Я люблю свою мать!»

М

Магнитофон

В моей юности переезд из одной квартиры в другую состоял главным образом в перевозке магнитофона с колонками; остальных вещей, как правило, было крайне мало. Магнитофон был сердцем любого жилья. Помню, году в 80-м мы с Севой Гаккелем смотрели, как наши соседи перевозят мебель, и поймали себя на том, что чего-то не хватает. Колонок не хватало — на людей, у которых дома нет звуковоспроизводящих устройств, мы смотрели как на бедных, обиженных Богом. Можно жить без одежды и без кровати — но как же жить без музыки?

Мантра

Я могу читать Ее сколько угодно. И в жизни она помогает — кармически разряжает жизнь, действует как надо. Но если меня ночью поставить под пулемет, так я скорее Иисуса вспомню.

«Мастер и Маргарита»

Конечно, прекрасная проза, но я не могу не относиться критически к некоторым этическим вопросам, которые подняты в этой книге. Ведь так или иначе положительным началом здесь является сатана, который всегда был воплощением нечеловеческого. Воланд и его свита, безусловно, сильнее, лучше и гуманнее, чем люди. Возникает вопрос: что стоит за Воландом? За ним стоит стопроцентное знание и гордость этим знанием. Элемента относительности в нем нет. Иешуа по художественной значительности Воланду уступает. В романе высоко поднято понятие гордости, что, с одной стороны, радует и привлекает, но, с другой, заставляет задуматься: так ли гордость важна? Меня смущает, что сатана показан человеком, причем человеком абсолютным и с абсолютным правом судить. Это очень сильный художественный прием, но, примериваясь к нашей повседневной жизни, я не знаю, насколько при такой расстановке акцентов выводы из булгаковской книги могут быть верны.

Москва

Я никогда в жизни ни на секунду не рассматривал возможности жить в Москве. Мне вполне приятно, что она существует, что я могу приехать туда, сходить в ресторан, потратить в нем денег столько, сколько будет стоить среднее путешествие вокруг земного шара, или посмотреть, как мои друзья будут платить, и думать, что я на такую сумму мог бы сплавать, по крайней мере, вокруг Европы. А потом спокойно уехать назад, заехать ровно на два дня в Петербург, зайти в студию, записать радиопередачу или что-нибудь еще и опять отправиться на месяц с гастролями. В этом состоит моя жизнь.

Моя первая гитара

Я нашел ее на помойке, поэтому она ничего не стоила. Принес домой; отец поглядел на меня — я был в лаптях, онучах, с чумазой мордашкой, торчащими вихрами — и сжалился надо мной. Он взял в руки гитару, отшкурил, покрыл лаком, из-за чего она навсегда потеряла какой-либо звук, зато стала выглядеть хорошо. На ней я учился играть, подбирал Шопена, Мусоргского и другие произведения мировой классики.

«В Африке рождаются, чтобы воспитать в себе ритмические чувства, в Индии — чтобы вырасти духовно, а Россия — страна, где рождаются существа, которые раньше были демонами»

MP3

В качестве основной формы того, чем мы сейчас занимаемся, я вижу не кусок пластмассы, не кусок винила, не магнитофонную ленту, а файл, существующий неизвестно где. Музыка для меня неумолимо приобретает форму набора компьютерных знаков. Сейчас меняется не только форма, меняется сам способ слушания музыки. Большая часть моей жизни, лет сорок, была связана с тем, что мы сидели у колонок и получали божественное наслаждение. Прослушивание музыки было общественным занятием. Теперь этот паттерн меняется. Не знаю как. Какое-то время назад казалось, что формат mp3 не вытеснит до конца другие стандарты, потому что он ниже качеством. Но сейчас я слушаю 95% музыки в этом формате. Хотя было бы хорошо, если бы появилось что-то получше качеством.

Мужчина

Я стал мужчиной. Я знаю это ощущение. Если сейчас ко мне Господь Бог придет и скажет: «Давай, дорогой, завязывай», мне будет о чем творчески с ним поспорить, и, думаю, я останусь при своей точке зрения. Как говорила Цветаева: «В Бога я верую, но если Он начнет меня учить писать стихи, я скажу ему — отдохни».

Мын

Это понятие известно лишь посвященным. В одну из маленьких советских республик приехал мальчик, который родился там и которого из деревни отправили в консерваторию, где он показывал очень большие таланты в игре на местном однострунном инструменте. Собрались старцы в шапках. Он сыграл им Мусоргского на одной струне, потом Баха, Паганини. Они похлопали. Потом он ушел, и их спрашивают: «Ну как? Здорово?» А старики говорят: «Пальцы бегают, а мына нет». Когда мы записывали «Растаманов из глубинки», то в первой версии не было мына.
 И вот, помучавшись три часа, мы пришли к тому, что мын появился. А я знал, что он появится, я просто ждал.

Н

На заказ

Во время концерта я не играю. Логично было бы, если бы после этого заказывающий выходил к нам на сцену, обнимал меня, доставал водку, разливал по стаканам, мы бы ее выпивали вместе, а потом и пели бы. Я играю то, что нужно как мне, так и слушателям. Перед концертом я составляю приблизительную программу, а потом на сцене все живет совсем иначе. И не было, кажется, ни одного зала, магия которого не помогала бы выступить. Хотя нет, однажды никак не получалось играть. Это было в городе Ковдоре на крайнем-крайнем Севере. В центре города — дыра метров триста глубиной и полтора километра в диаметре, и из нее шла такая х…ня, что мы не могли даже гитары нормально отстроить. В Ковдоре добывали какую-то руду, и из дыры распространялся совершенно дикий фон. В эту яму во время нашего первого концерта свалился японский трактор, который привезли поработать в российскую глубинку. Потом его пытались поднять, но оказалось, что поднимать уже нечего, японские детали не выдержали российских реалий и превратились чуть ли не в плоские железки.

Непрерывный концертный тур

В апреле 1991 года, когда «Аквариум» первого созыва по взаимной договоренности всех участников ушел на покой, а музыку играть все равно хотелось, мой старинный приятель Олег Сакмаров, с которым мы тогда репетировали, сказал: «А почему бы нам не съездить с новыми песнями на концерт в Казань к моим родственникам, а заодно и еще куда-нибудь?» Это было началом непрерывного концертного тура, благодаря которому мы уже более 20 лет не понаслышке видим свою родную страну в таком масштабе, как мало кому удается ее увидеть. И когда мне говорят: «Вы же в России не бываете, у вас же дом в Лондоне и вилла на Андаманских островах», мне даже некогда на это отвечать, потому что мы в этот момент едем на автобусе где-то между Воронежем и Томском. 
И это положение дел меня вполне устраивает.

Нью-Йорк

Это как домашнее животное: пусть оно немножко хромает, но такое чудесное!

О

Обстоятельства

По-моему, песни значительно важнее любой истории, которая может быть с ними связана. Сообщения Леннона и Маккартни о том, что, когда они писали «She’s Leaving Home», они думали о бананах, или тщательно задокументированная история, что песня «Sexy Sadie» поначалу была посвящена Махариши Махеш Йоги, на мой взгляд, совершенно ничего не добавляют к чуду этих песен. Они совсем не о Махариши и не о бананах; информация, заключающаяся в этих песнях, совсем другого рода.

Общий язык

Существует общность людей, приобщенных к культуре, а на одном языке могут уживаться полярные противоположности. Между людьми, которые живут в общечеловеческой культуре, гораздо больше общего, чем между людьми, говорящими на одном языке, если один из них слушает русский шансон, а другой — Чайковского.

П

Париж

Впервые я оказался там в 1988 году — у меня был промоушен-тур и интервью по поводу выпуска «Radio Silence». В первые два дня я пребывал от Парижа в крайнем восторге. На третий день мне страшно захотелось напиться и пить долго. Такова была история всех моих следующих приездов в Париж, которые происходили достаточно часто, раз в несколько лет: восторг день или два, а потом становилось так тоскливо, что хотелось впасть в запой. Только в последние два-три года я понял, в чем была моя ошибка: нельзя находиться на Правом берегу. Можно находиться только на Левом. То же самое думал и чувствовал Хемингуэй, который вообще дал себе клятву на Правый берег не ходить.

Пелевин

У нас разные школы медитации. Но я Виктора обожаю. Все, что он пишет, подобно писаниям священноодержимых и будет выясняться в течение ближайших двух-трех сотен лет. После нескольких встреч мы с ним строго-настрого договорились больше никогда не видеться, чтобы наше уважение друг к другу росло все больше и больше. Иногда мы нарушаем это правило, но все же стараемся его придерживаться, потому что главное в жизни — это ритуал. В нашей с ним жизни.

Перевоплощения

Я слышал одну интересную теорию. Брахманы Индии считают, что, постоянно перевоплощаясь, человек рождается в разных культурах, чтобы получить какой-то урок. Например, в Африке рождаются, чтобы воспитать в себе ритмические чувства, в Индии — чтобы вырасти духовно, а Россия — страна, где рождаются существа, которые раньше были демонами. Нужно пояснить: демон — не пугало, как мы привыкли думать. Он обладает значительно большей силой, чем человек. Обычно демоны зациклены только на себе. Они даже не способны представить себе, что кроме них что-то еще может быть важным. Посмотрите вокруг — именно такое поведение мы в основном и видим. Мы видим огромную страну, наполненную людьми, из которых девяносто процентов большую часть времени думают только о себе. Поэтому в России рождаются, чтобы научиться думать о других и любить друг друга. Здесь столько людей, которым нужна помощь! Материальная, духовная, душевная или какая-то еще. Эта смешная теория очень запала мне в душу. Неважно даже, верна она или нет.

Петербург

Враждебен искусству, здесь только стойкие выживают. «Аквариум» закалился здесь, после Петербурга уже можно играть где угодно, уже ничего не страшно. Когда здесь играешь, создается ощущение, что у людей в зале в жилах не кровь, а вода, смешанная с какими-то гигиеническими жидкостями. Им, в общем, не очень хочется жить и не очень хочется умирать… не хочется ничего… Я не люблю играть в Петербурге, потому что перетекания энергии из зала к нам и от нас в зал происходит гораздо меньше. В Петербурге все такие… в очках… чуть-чуть прибабахнутые… женщины с «Беломором» типа «мы все это видели, мы же знаем правду»! Это не мое отношение к жизни. А в другие периоды жизни играть здесь — прекрасно.

«Это — Гребенщиков. Я — Пугачева. Он едет до Ленинграда. Все!»

Пиратство в Интернете

Я целиком за пиратство. Пока у нас люди получают мало денег, требовать, чтобы они отдавали за альбом половину своей зарплаты, это преступление и оскорбление. Пираты поступают правильно — они делают музыку доступной народу.

«Плагиат»

«Идентично», «списано», «содрано»… Рок-н-ролл — это фольклор со всеми вытекающими, и каждый волен исполнять то, что считает нужным для себя. У нас никогда не было такого: прослушали, например, Брайана Ино, понравилось — решили содрать. Скорее наоборот — сперва напишем что-то, а потом сидим и соображаем, на что оно похоже. Если Ино позвонит мне и скажет, что это его вещь, мы с удовольствием подтвердим его авторство. В рок-н-ролле не может быть плагиата! Я за безымянность. Существует — и хорошо. Мне на обложках дисков не хочется писать «БГ». Если бы не коммерческие интересы тех, кто их выпускает, я бы предпочел вообще без имени.

Поклонницы

Их становится все меньше. Я уже стал как памятник Крылову. Какое влечение можно испытывать к пророку Моисею, например?

Политика

В политику играть — дело поганое, это не занятие для приличного человека. Музыка, как мне кажется, более интересна и долговечна. Простой пример: я думаю, что ни вы, ни я не знаем, кто был правителем при Иоганне Себастьяне Бахе.

Во-вторых, представьте себе такую ситуацию. В городе, куда поочередно входят красные, белые или зеленые, есть аптека. Вопрос: имеет ли право аптека быть на какой-то стороне и не кормить лекарствами своих противников? Нет, не имеет. В-третьих, страна у нас очень большая, и на 99% ее населения политика никак не сказывается. Я это знаю, потому что объездил всю Россию. Поэтому наша задача — делать то, что мы делаем, не будучи привязанными к какой-либо группировке. Группировки проходят, а люди остаются.

Популярность

Пик популярности пришелся у меня на конец 80-х, и я выяснил для себя, что если человек отчаянно хочет быть звездой и иметь поклонников, которые будут поджидать его в подъезде с бутылкой портвейна, то он это и получит. Если же человек хочет писать музыку и не хочет пристального внимания со стороны психически неустойчивых людей, то он чувствует себя гораздо спокойнее. Не нужно себя защищать, прятаться, менять телефоны. Просто люди на тебя не бросаются, а спада популярности чаще всего не происходит.

Похороны

Я помню похороны Кайдановского, когда в церковь было не войти из-за тусовщиков с «Мосфильма». Они стояли с очень важным видом, показывая, как они одеты и как сильно они скорбят. А Кайдановский никогда с ними не общался, и они с ним не общались. Когда он был жив, ему работать не давали, а после смерти все пришли показаться. Таких похорон, упаси Господь, никому не пожелаю.



Поэзия

Рок-н-ролл и поэзия не совсем сочетаются. И я никогда бы не стал претендовать на столь высокое звание, как поэт. Александр Пушкин, Уильям Батлер Йейтс, Иосиф Бродский — поэты, а Борис Гребенщиков — музыкант. В хорошей песне все элементы сбалансированы. На бумаге многие элементы не очень смотрятся, а в песне именно так, как должны, — не только за счет смысла, но и за счет музыки, тембра голоса исполнителя, магической наполненности пространства и так далее. Если взять совершенный стих и попытаться сделать из него песню, то получится не очень. Хороший стих не предполагает музыкального сопровождения. В нем уже есть своя музыка.

Привидения

Они жили в моей лондонской квартире. Я их не видел, зато прекрасно слышал и даже разговаривал с ними. Это было два человека, в прошлом — воры; правда, они утверждали, что их повесили случайно. У нас случались конфликты. Они постоянно звали друг друга и каждую ночь открывали валокордин, который ставили на кухонный стол. Почему? Не знаю. Зачем привидениям валокордин? Однажды мы с ними договорились, что не будем трогать друг друга. Они остались в квартире, но больше мне не мешали. Потом оказалось, что дом стоит на месте знаменитого Тайбернского кладбища — там в ХV веке была виселица. Ничего странного в этих привидениях нет. Умирает человек, но часть его энергетики остается и принимает иногда несколько необычные формы.

Проблемы

Слово «проблема» очень опасно. Мы говорим «проблема», обозначая то, что очень сложно, неприятно и нерешаемо. Если же подойти к той же проблеме, когда мы полны здоровой энергии, это будет уже не проблема, а задача, решать которую будет увлекательным делом. Поэтому проблема от задачи отличается тем, что проблему видит больной человек, у которого нет энергии или дефицит энергии, а задачу видит здоровый.

Продюсер

Я не очень понимаю, что в России называется этим словом. Если группа такое говно, которому нужен человек со стороны для объяснения музыкантам, что им нужно делать, это одно. Продюсер в западной традиции существует для другого: ты платишь человеку деньги за то, что он сделает тот звук, который ты хочешь. У меня был ровно один опыт работы с посторонним продюсером, когда мы с Дэйвом Стюартом писали «Radio Silence». Когда Найджел Годрич начал продюсировать Пола Маккартни — кто такой Маккартни и кто такой Годрич? Но Маккартни сказал: «Мне сто лет, я сейчас такой, но хочу звучать вот так». Годрич сказал: «Хорошо, только потом не жалуйся». И стружку сдирал с него с такой силой, что Маккартни выл, матерился, но деваться было некуда. И поэтому у них получился гениальный альбом «Хаос и Творение на заднем дворе», на голову выше того, что Маккартни делал за последние 20-30 лет. Я с удовольствием поработал бы с людьми, которые помогли бы мне в таком продюсировании. Но таких людей нет: я их никак не найду или никогда в жизни у меня не будет таких денег, чтобы вписывать в свои авантюры того же Найджела Годрича или Дейнджермауса.

Пугачева

Алла пробила выход пластинки «Аквариума» на «Мелодии». Они с Вознесенским пришли и через пять минут просто сломали шею худсовету, за что я кланяюсь ей в ноги. И потом один раз она меня пьяного сажала на поезд. Не помню деталей, но проводники рассказывали мне, что она просто втолкнула меня в поезд: «Это — Гребенщиков. Я — Пугачева. Он едет до Ленинграда. Все!» Без билета, без всего. Это фигура!

«Пусси райот»

Судебный процесс над ними противоречит здравому смыслу, вернее, является насмешкой над ним. Я не одобряю того, что девушки делали, их действо мне кажется глупостью и хамством по отношению к верующим, но государственный суд над ними — чистый гиньоль.
Впрочем, с каких пор мы решили доверять советскому правосудию? См. протокол суда над Бродским.

Пять точек

Питер, Москва, Лондон, Париж, Нью-Йорк — вот пять городов, где я все время нахожусь. Это пять точек, опираясь на которые, я сохраняю равновесие. Есть еще кое-какие места в Индии и Непале.

Р

Ранг-джунг

По-тибетски: «самопроизвольно возникающий». Я точно знаю, что в своей семье я стопроцентный «ранг-джунг». Что-то вроде пришельца. В этой роли я не одинок, вспомним лицо Джона Леннона — разве он похож на европейца? Откуда он взялся?

Религия

Религия — это жизнь духа, и рок-н-ролл — жизнь духа. Религии мы с детства были лишены, рок-н-ролл являлся для нас единственной формой жизни духа. Потому были хиппи, разговоры о жизни, любви; потому все лезли на сейшены, летели, как бабочки на огонь, сквозь ментов, по крышам, через женские туалеты. Это было жизненно необходимо.

Рок-н-ролл приводит к религии, потому что она объясняет жизнь духа, дает понимание, в отличие от рок-н-ролла, ко- торый ничего не объясняет. Религия — это объяснение, а рок-н-ролл — это сила. Многие люди этой силы не понимали и ловились на пьянки, наркоту, девок. Они принимали обстановку за суть, а суть не в ней, она — в духе, который все наполняет и делает живым. Вот почему, когда наркотики подвели рок к самому порогу, все начали искать Бога и сразу нашли шаманов, Тибет, Шамбалу, гуру. Только потому, что рок-н-ролл будит в человеке дух.

Многие годы мы были оторваны от корней, лишены связей с могучей и вечно живой народной традицией, как у нас любят говорить. Когда этих связей не осталось совсем, возник такой могучий голод, такая жажда, что люди взвыли волками. Но, вместо того чтобы жрать друг друга, они пошли назад и начали расти снова, используя любые подсобные средства. Для того чтобы обрести сплоченность, понимание, чувство друг друга, обрести ритуалы, которые все это помогают постигать, обрести чувство природы. Рок-н-ролл, в отличие от истинно народной культуры, — вещь очень быстрая. Ритуалы и традиции меняются в нем каждые две недели. Но основа остается одной и той же — поиск единения с Богом, миром, Вселенной.

«Я пытался перевести и посмотреть, что делает, к примеру, Снупи Догги Дог. У меня волосы дыбом встали — какая сложная у него поэзия»

Репутация

Если бы я хоть раз за свою жизнь волновался о своей репутации, я не занимался бы музыкой, а вел карьеру младшего научного сотрудника. Наверное, дослужился бы сейчас до профессора. Но моя репутация меня никогда не волновала — она была замарана с самого начала. Музыкант, который занимается тем родом музыки, которым занимаюсь я, — цыган. Цыгану терять нечего.

Русский рок

Я представляю себе примерно так: пожилые люди с немытыми волосами громко поют о том, как им плохо живется на свете. Причем среди них попадаются особо продвинутые, которые поют о том, как им плохо живется на свете вместе со всеми нами. Наш рокер обязательно суров, неотесан и ведет себя так, как будто жизнь — тяжелое бремя, которое мы несем скрепя сердце. А в Европе красивые молодые люди трясут патлами и радуются жизни. Рок-н-ролл — это когда в тебе так много радости и счастья, что они из тебя льются. «Нет в жизни счастья» — вот лозунг нашего рокера. Мне кажется, что счастья в жизни много, хоть лаптем ешь. Только уберите шоры с глаз. Когда у нас появятся люди, которые поймут это, тогда появится и конкурентоспособная музыка.

Рэп

Это новая форма поэзии, и я жду, когда в России это осознают. Децл и все его друзья — все-таки не рэп, они не чувствуют формы. Настоящий рэп — невероятно сложная музыка, естественная, с уличным орнаментом. Я пытался перевести и посмотреть, что делает, к примеру, Снупи Догги Дог. У меня волосы дыбом встали — какая сложная у него поэзия. Из русских поэтов ближе всего к рэпу был Иосиф Бродский. Он мастер внутренних кольцевых рифм, которые повторяются внутри строки, он писал самый лучший рэп.

C

Саке

Однажды вечером, в марте 1999-го, мы сидели в каком- то жарком японском подвале, вокруг на разные голоса рычали якудза, девы в кимоно метали на стол какие-то несъедобные, на взгляд северных варваров, яства. И слова песни «Пока несут саке» написались сами собой. Произносилась фраза, и я понимал: «О! Гениально!» На четвертом или восемнадцатом кувшине саке уже понимаешь — гениальная фраза. Я сидел и записывал, потом с удивлением открываю записную книжку — почти готовая песня. Поскольку саке несли все время, то мыслей приходило много. Я никогда не пил столько саке, как в том марте. И надо сказать, что очень благотворно подействовало.

Свобода

Я открою вам одну тайну. Ничто никуда не движется. Мы просто живем. Происходит одна и та же драма, смысл которой сводится к тому, что каждому человеческому существу дается шанс достичь освобождения от всей ерунды, которой мы сами себя окружаем. Поверьте, единственное, что заслуживает внимания, — это свобода.

Скорбец

Мы придумали это слово с писательницей Таней Толстой за выпиванием хорошего вина. Сидели и гадали, как слово «блюз» прозвучало бы по-русски. И пришли к выводу, что в России понятия «блюз» нет и быть не может. Есть слово, которое выражает похожее русское ощущение, состоящее из понятного слова «скорбь» и суффикса «ец».

Советская власть

Была магическим средневековым государством. Поэтому и существовала некоторое время успешно, поэтому и выдержала борьбу с другим оккультным государством — фашистской Германией. Государства, боровшиеся с Третьим рейхом, просто не понимали, с чем имеют дело. Им в голову не могло прийти, что Гитлер серьезно считал, будто мы живем не на круглой планете, вращающейся в космосе, а на пузыре внутри каменного пространства. И он в 1942 году отправлял экспедицию на остров Готвальд, чтобы радаром достичь другой стенки и выяснить, где находится английский флот. Это было настоящее средневековое государство, построенное на древних магических ритуалах, имеющее абсолютно оккультную цель. И все бились с Гитлером, считая, что он нормальный безумный покоритель мира, а он был оккультистом. Это было два разных уровня сознания. И нам удалось уберечься только потому, что у нас оккультизма было не меньше, чем у него. То есть боролись два средневековых мифических государства. Все как у Толкиена, только уровень сознания ниже.

Страдание за других

Это полная чушь. Когда ты страдаешь за других, другим от этого не легче. Они либо про это не знают, либо знают, и им от этого еще хуже. Потом ты выглядишь как благородный человек, страдающий за других, и набираешь себе очки, что есть абсолютное лицемерие. Орки в фильме Питера Джексона по «Властелину колец»: они радуются или страдают? Они постоянно страдают. Единственное, что их отвлекает о страдания, это желание свернуть голову другому существу. Чем ближе человек к орку, тем больше он страдает, чем дальше человек от орка, тем меньше он страдает.

Судороги от красоты

Вот что я ищу. Как Рамакришна — вышел в поле, увидел стаю летящих журавлей и от красоты упал в обморок. И если у «Аквариума» так не получается, мы все равно хотим этого добиться.

Т

Тексты песен

Можно слушать и расшифровывать. Но изнутри, для себя, я был бы счастлив петь песни типа «Бэйби-бэйби, вставь мне в жопу огурец!», если бы мог петь это с такой же убедительностью, с какой пою «Иван Бодхидхарма движется с юга на крыльях весны»… Мне часто говорят: «Песни должны быть понятны». Это не совсем так. Я думаю, что песня может быть понята неоднозначно, трактовка ее может меняться, как трактовка некоторых стихотворений. Песня похожа на предсказание оракула. Оракул говорит: «Трижды восемь — двадцать четыре. Четыре сбоку, ваших нет». Что это значит? Человек ждет разгадки до тех пор, пока в жизни его не случается событие, проясняющее предсказание. Правильная песня поддается многим трактовкам до тех пор, пока не случается событие, про которое она была написана. Песня является частью судьбы. Песни «Аквариума» — это математические формулы. В их «икс» и «игрек» каждый помещает свой смысл, и они всякий раз работают.

Телевидение

Когда-то наш Сын неба сказал, что надо «мочить в сортире». Вот телевидение и есть «мочение в сортире». Без исключений, просто разные формы сортиров, разные способы.

Тибетская теория рок-н-ролла

До «Битлз», до 1960-х годов, восточные религии были изолированы от западного мира. Я еще помню время, когда тибетский буддизм был книгой за семью печатями. А потом это положение оказалось взорванным, тайны, которые несколько сот лет хранились за семью печатями, стали доступны среднему человеку и совершенно другой цивилизации. Можно пойти в магазин и купить, например, книжку по технике тумо. Общеизвестна теория, что рок-н-ролл был придуман и осуществлен перерождениями тибетских лам, которые, зная о последствиях китайской оккупации, решили подготовить западный мир к восприятию тибетского буддизма. И они переродились в совершенно загадочных странах типа Англии и Америки, дав начало музыке, которая разрушила все кастовые, национальные и культурные границы.

«Тарковский всеобъемлющ, он работает на другом уровне. Однако «Холмс» мне более приятен и больше мне дает»

Трава

На фестивале в Тбилиси мы жили в гостинице и с утра до ночи курили дико плохую траву. И докурились до такого состояния, что на сцене все песни — медленные, быстрые, романсы — сыграли нон-стопом в реггей. Далеко не все можно сыграть в реггей, однако мы пытались играть в реггей именно все. И в течение последующих четырех часов езды домой Артем Троицкий ругался на нас самыми последними, самыми черными словами. Теоретически я его понимал: все звучало тогда очень плохо. Но мы получили экстраординарное удовольствие, назвав это действо «Джа над Волгой». По большому счету, это был бунт.

Трансформатор

Я — трансформатор. Я воспринимаю себя как посла рок-н-ролла, не более; я не претендую на то, что делаю что-то новое. 
Каждая земля, каждый язык, каждая форма восприятия реальности требует определенных людей и мифов, кото- рые наиболее четко эту форму осознают и действуют в ней. Дилан, «Стоунз», «Битлз», масса других прекрасных людей делали и продолжают делать это там. Здесь же этого никто не делает, почти никто. Я вижу очень мало людей, которые сообщают здесь эту энергию. Мне приходится работать сразу за сто человек.

Ф

Фонограмма

Есть люди, которые любят женщин, и есть люди, которые любят резиновых женщин. Играть музыку — это любить женщин, а играть под фонограмму — это любить резиновых женщин. И в том и в другом есть, наверное, свои плюсы, но я предпочитаю первое.

Футбол

Я был на футболе один раз в жизни — в Тбилиси в прошлом веке, в каком-то забытом году. Макаревич затащил меня на чудовищно престижный матч между английской и грузинской командами, где нужно было быть всем. Каждое место стоило, наверно, 5000 долларов; его туда привели, а он взял с собой меня. Мы напились в течение первых 15 минут и свалили оттуда. На этом мое знакомство с футболом кончилось.

Х

Харрисон

В юности каждый новый год в нашей компании начинался с того, что, просыпаясь утром первого января, мы обязательно ставили Харрисона — как будто это было залогом того, что год пойдет правильно. Харрисон первым вышел за пределы популярной музыки Запада и сделал шаг на Восток. Он, может быть, иногда не очень нравился мне как человек. Но как перед учителем я простираюсь перед ним на земле в полный рост. Он дал мне меня самого, открыл для меня большой и интересный мир, когда в 60-х годах написал «Within You Without You», «The Inner Light». Эти вещи подействовали на меня сильнейшим образом, и после их прослушивания мне захотелось узнать, что на самом деле из себя представляет культура восточных стран. Именно Харрисону в наибольшей степени я обязан тем, что я такой, какой есть.

Ходорковский

Я никогда не встречался с ним, а к властям по поводу него обращался потому, что мне очень не нравится позорная ситуация, в которую попало русское правосудие. Суд над Михаилом Ходорковским позорен для России, и все это знают, все об этом говорят. Вне зависимости от того, верны были или нет первоначальные обвинения, дважды судить за одно и то же несправедливо. И в какой-то момент я решил, что от меня требуется заявление по этому вопросу, ибо так вести себя нельзя. Я не верю никакой власти, но есть вещи, по поводу которых мне хочется высказаться, и многие рок-музыканты захотели этого вместе со мной.

Хоровое пение

Вселяет в меня бесконечную печаль. Однажды в ранней юности я перенес сильный шок — оказался в вагоне поезда, где толпа пожилых туристок без особой мелодии, но с неподдельным чувством, мощным хором распевала «Всю ночь кричали петухи». Это никак не отразилось на моем отношении к данной песне, но навсегда привило мне ужас перед КСП.

Ц

Царство Господне

Человека можно в него насильно притащить, но он не будет знать, что там делать. Он будет искать там ближайший бар, вот и все. А поскольку в Царстве Господнем баров не предполагается, то он будет там потерян.

Ч

Чтение

Я читаю в основном очень специальную литературу. А так, мне нравится все, что не скучно и по делу: «Южная трилогия» Майкла Муркока, например, или древнекитайские истории о лисах и даосах, или «Записки у изголовья» Сей Сенагон, или «Тайная жизнь природы» Питера Томпкинза…

Ш

«Шерлок Холмс»

Сериал Масленникова значит для меня больше, чем Тарковский. Это может показаться парадоксальным, но больше, хотя Тарковского я очень люблю. Тарковский всеобъемлющ, он работает на другом уровне. Однако «Холмс» мне более приятен и больше мне дает.

Я

Ямайка

«Аквариум» — группа интернациональная, мы стараемся держать под бдительным вниманием все существующие страны, имеющие хоть какую-то культуру. Например, я съездил к своему другу на Ямайку. И там мы нашли подтверждение того, что музыка реггей представляет из себя светлое будущее человечества. Она идеальный пример смычки религии и культуры и чего-то еще. И поэтому смычка с ямайскими музыкантами не за горами. Мы смело соединяем русскую культуру и реггей в один бурлящий поток, и у нас в этом отношении совершенно имперские планы. Например, план смычки России и Ямайки — туннелем насквозь. Это довольно быстро. Инженеры подсчитывали и говорят, что туннель обойдется достаточно дешево — меньше, чем четвертая или пятая московская Кольцевая дорога.