Популярный мультфильм «Черепашки-ниндзя» стал своеобразной реакцией на Чернобыльскую катастрофу — правда, мутация в нем показана со знаком плюс, а радиоактивные отходы признаются опасными только в руках злодея. Феномену «Черепашек-ниндзя» и вытеснению страха перед радиацией посвящена статья медиа-исследовательницы Ники Фалькоф в одном из последних номеров The Journal of Popular Culture. T&P перевели из текста самое важное.

Невидимое зло

Страх оказаться зараженным радиацией — совершенно особый страх. Подобные запугивания активно использовали в своих целях политики во время Холодной войны, и именно этому времени мы обязаны возникновению термина «радиофобия».

Радиация подразумевает невидимое зло. Как то самое облако, которое двинулось на Европу после Чернобыля, — органы чувств человека не в состоянии его заметить. Ужасающие последствия облучения могут проявляться даже через десятилетия. Поэтому страх оказаться зараженным радиацией может разыграться в воображении человека очень легко.

Американцев Чернобыль не просто напугал издалека, а живо напомнил им о крупной аварии на атомной станции Три-Майл-Айленд в 1979 году. Исследования показали, что после этой трагедии в Пенсильвании многие опрашиваемые сильно преувеличивали вероятность стать жертвой радиации и были склонны игнорировать опасность, исходящую от других вещей.

Черепашья сила

Черепашки-ниндзя впервые появились на страницах графического романа Кевина Истмана и Питера Лэрда в 1984 году как пародия на нескольких супергероев начала 80-ых. Комикс довольно быстро стал культовым и вскоре по его мотивам уже был снят мультсериал. К огорчению поклонников, в телеверсии черепашек сильно облагородили — от подрывной книжки с искрометным черным юмором на экране не осталось и следа.

Хотя в дальнейших теле- и киноверсиях сюжетная линия немного варьировалась, кратко ее можно пересказать так: четыре домашних черепашки оказались смыты в нью-йоркскую канализацию и застряли в ней где-то между территорией благородного ниндзи Хамато Йоши и злобного ниндзи Шреддера. Шреддер хранит под землей канистру с радиоактивными отходами и намеревается использовать ее в разрушительных целях. Черепашки встают на сторону добра и, дабы обрести силу, учатся секретам мастерства у хорошего ниндзи Йоши. Правда, из-за близости к радиации герои мутируют: сам ниндзя превращается в гигантскую крысу, а его пасынки — в черепах-гуманоидов. Вот их новые итальянские имена — Рафаэль, Леонардо, Донателло и Микелланджело. И по забавному стечению обстоятельств, именно эта четверка смогла невероятным образом популяризировать пиццу среди американских подростков.

Вытесненный страх

У мультфильма довольно быстро появилась куча фанатов не только в Америке, но и за ее пределами. Сами черепашки-ниндзя вскоре стали появляться везде — на майках, чашках и упаковках хлопьев к завтраку. Казалось, никто — и прежде всего, сами создатели героев — не рассчитывали на такой оглушительный успех зеленых мутантов. Возможно, черепашкам удалось прогреметь на весь мир, потому что всего через полгода после аварии на Чернобыльской АЭС они как бы «нормализовали» радиацию, тем самым поддерживая дальнейшее использование ядерной энергетики.

Можно сказать, что при этом был включен такой защитный механизм, как отрицание. Черепашьи истерические восторги по поводу мутации говорят скрытым текстом: «Я знаю, что ядерная энергия страшна и опасна, но я не знаю». Мы видим, что восприятие реальности в этом мультфильме как бы приостановлено и при помощи энергичного действия предпринята попытка его замещения. Вместо радиофобии мы получили радиоэйфорию.

Когда вы смотрите «Черепашек-ниндзя», у вас не возникает чувства тревоги. А теперь представьте, что бы вы почувствовали, если бы кто-то рассказал вам историю о претерпевших мутацию домашних животных? В оригинальном комиксе это двойное измерение научной фантастики еще присутствовало. А вот в герметичной телеверсии — его уже нет.

Давайте вспомним, как мы знакомимся с черепашками в мультике: видим силуэты каких-то героев, ведущих борьбу со злодеями. К тому моменту, когда мы понимаем, что это не люди, а мутанты-гуманоиды, уже абсолютно очевидно, что они представляют силы добра, и поэтому не страшны. Еще через несколько кадров черепашки и вовсе предстают как отличные веселые парни, то и дело кричащие друг другу «дай пять». Они и правда, скорее, похожи на подростков из 1980-ых, взять хотя бы их вкусовые предпочтения — пицца, газировка, сникерсы и видеоигры. «Черепашество» проявляется только в пластике: спасаясь от опасности, они умеют втягивать голову в туловище или глубоко заныривать в воду. А о том, что герои титулованы как ниндзя, можно догадаться, наблюдая их боевую технику.

И все же, напомним, что первоначальное названию комикса — «Подростки-мутанты-ниндзя-черепашки». Невольно возникает вопрос: чем же характеризуется их мутация? Несмотря на то что это слово стало компонентом названия (а впоследствии и бренда), оно, кажется, ни разу не прозвучало на протяжении всего сериала. Мутация здесь как бы взята в скобки, оставлена сама по себе и вытеснена другими положительными характеристиками героев.

Реабилитируя мутанта

Практически полностью игнорируя мутацию и ее последствия как тему, создатели мультипликационной версии черепашек-ниндзя заставляют нас принять тот факт, что мутация — это не сугубо отрицательное явление.

В отличие от многих других монстров, герои здесь никогда не оплакивают собственную судьбу и ни на кого не гневаются. Сам акт их мутации сопровождается такой веселой музыкой, что предстает, скорее, как волшебное преображение, а не как проклятие. Вообще если смотреть сериал серьезно, то получается, что радиоактивные отходы опасны только в том случае, если они попадут в руки кому-то нехорошему (вместо Шреддера, как нетрудно догадаться, можно подставить СССР). Удивительным образом сериалу удавалось одновременно притупить страх радиации у подростков и, если возникнут дополнительные вопросы, указать им на провинившегося во всем слона.

А учитывая популярность мультика, можно с уверенностью сказать, что у «Черепашек-ниндзя» получилось не только реабилитировать мутантов. То, что антиядерные настроения в обществе до сих пор не набрали ощутимый вес — это тоже, пусть и отчасти, черепашья заслуга.