Как менялась традиция толкования текста и как она меняла понимание Библии — основная тема мини-курса из двух лекций, который прочитал в Москве по приглашению проекта «Эшколот» профессор литературоведения из Гарварда Джеймс Кугел. T&P публикуют главные тезисы.

При чтении Библии, начиная с конца библейской эпохи (2-3 век до нашей эры), еврейские толкователи применяли 4 принципа, которые, как правило, не применялись при чтении других книг. В Библии всегда есть сокрытый смысл, который необходимо понять: когда в тексте написано что-то одно, подразумевается что-то совершенно другое. Библия — это книга наставлений, а не просто рассказы. Текст написан последовательно, все его части согласованы. В Библии нет ошибок. Все книги Библии были дарованы Богом или как минимум одобрены им.

Благодаря этим толкователям, которые по-новому объясняли Пятикнижие и его законы (их идеи зафиксированы в Свитках Мертвого моря, Кумранских рукописях и некоторых менее известных книгах), люди постепенно стали считать доказанными вещи, которых на самом деле в Библии не было. Например, знаменитая история о грехопадении Адама и Евы, наказанных изгнанием из Райского сада болезнями, трудом и смертностью, в самой Книге Бытия не фигурирует: о грехопадении человека речи не идет, жизнь в саду не описывается как безгрешная, нигде не упоминается, что Адам и Ева должны были жить вечно. Современные толкователи считают, что появление истории с открытием плода и уходом из райского сада могло быть связано с переходом от общества собирателей к оседлому сельскохозяйственному типу общества. Проклиная Адама, Бог делает его крестьянином.

В Книге Бытия нет дьявола, а только змей; нет яблока — только плод. Все эти элементы были придуманы толкователями и наложились на первоначальный библейский текст. Недавно один ученый заявил, что открыл самую древнюю семитскую надпись, и в ней говорится о Матери-змее: действительно известно, что на древнем Ближнем Востоке змеям поклонялись. Дьявола же в древнем Израиле не было, сама идея дьявола появляется значительно позже — в конце библейской эпохи. Слово Сатана встречается в некоторых библейских текстах (например, в книге Иова), но оно не обозначает “источник всего зла”. Там Сатана — не имя, а профессия: обвинитель, прокурор.

В библейском тексте говорится четко: “в тот день, когда вкусишь от него [Древа Познания], смертью умрешь”, но Адам, согласно тому же библейскому тексту, не умер, а прожил 930 лет. Толкователи нашли выход и здесь: в Библии говорится, что для Бога один день — тысяча лет, поэтому Адам действительно умер в течение дня по небесному свидетельству. Или же фразу “ты умрешь” следует понимать не буквально, а как “ты станешь смертным”. Идею, что во всем виновата женщина (“От жены начало греха и чрез нее мы все умираем”, 25:24) можно встретить у многих толкователей. Однако, когда Бог предостерегал Адама от поедания запретных плодов, Евы даже не существовало.

И евреи, и мусульмане, и христиане считают единобожие главным принципом Авраама, но в Библии нет на это прямого указания. Единобожие Авраама также достижение толкователей.

Подмена библейского текста интерпретациями стала возможна по нескольким причинам: у людей не было Библии. Даже Иосиф Флавий (это следует из его записей) помнил не саму Библию, а рассказы преподавателей о ней. Способ чтения Библии через комментарии евреи передали ранним христианам, которые, как известно, тоже были евреями.

Переняв 4 вышеупомянутых принципа еврейских толкователей, толкователи-христиане добавили к ним два своих: аллегорическое чтение Библии (таким же образом греки интерпретировали Гомера и Гесиода) и типологический подход к тексту (предполагает наличие в Ветхом Завете предсказаний новозаветных событий). Уже к Средневековью в сознании людей укоренилось: в Священном Писании мириады смыслов — простому человеку не стоит даже пытаться вникнуть.

В эпоху Ренессанса буквальный смысл Священного Писания внезапно получил новую жизнь. Христианские средневековые ученые не знали не только иврита, но и греческого, однако к началу 16 века любой образованный человек мог выучить древнееврейский язык по учебникам, отпечанным на недавно изобретенном станке. В эпоху Мартина Лютера , когда библейский текст был переведен на национальные языки, предметом раздора между Католической и Протестантской церковью стали вопросы перевода и отношение к традициям толкования библейского текста.

В итоге идею, что в Писании содержится сокровенное знание, что оно подразумевает не то, что в нем написано и что в Писании нет противоречий, сокрушил Спиноза. В эпоху Просвещения о Библии уже можно было отзываться пренебрежительно, а о еврейском народе — непристойно. 19-20 века стали золотыми веками библеистики: разгадано древнее иероглифическое письмо, расшифровано вавилонское и ассирийское письмо. Выяснилось, что большинство древних сюжетов перекликаются с библейскими: например, история о потопе.

Теперь мы знаем, что Библия была первой среди множества книг, которые рассказывали, как служить Богу. Но из описания истории, сборника посланий пророков она превратилась в свод учений о жизни благодаря толкователям. Ответ на вопрос “Как читать Библию” зависит от того, кто его задает и в рамках какой религии он находится.

Лекцию можно посмотреть по ссылке.

Текст: Мила Дубровина