В этом году Европейскому университету в Санкт-Петербурге, создатели которого ставили перед собой цель заново изобрести аспирантуру, исполнилось 20 лет. «Теории и практики» решили, что это хороший повод узнать, чем сегодня занимаются петербургские ученые и почему это может быть интересно. Пять исследователей — историк, два социолога, антрополог и экономист — рассказали T&P том, что сегодня кажется им важным в сфере научного интереса. Интервью будут опубликованы на сайте в течение ближайшего месяца: Михаил Соколов расскажет о том, почему не стоит ориентироваться на абстрактный «западный опыт», Борис Колоницкий — о том, когда произойдет следующая Февральская революция, Юрий Березкин — о том, как китайцы смотрят на Луну, Юлия Вымятнина — о влиянии гормонов на финансовые рынки, а Лев Шилов — об игрушке под названием «муниципальный бюджет».

Михаил Соколов: монолог об ученых, рейтингах и академических странах

«В России часто можно услышать ссылки на абстрактный “западный» опыт, обычно с мазохистскими нотками: «У нас все неправильно, а вот там-то все совершенно по-другому». Есть какой-то образ идеального «там». Всем нам нравится верить, что где-то есть рай на земле. Но при минимальном приближении выясняется, что «там” абсолютно неоднородное. Если брать общие очертания академических карьер и сил, которые определяют их течение, то в целом Франция будет находиться на одном полюсе, на другом полюсе будет Германия, Россия рядом с Францией, Британия окажется посередине, США — где-то между Британией и Германией».

Борис Колоницкий: о революциях, символическом и вопросах, которые должен задавать себе историк

«Меня каждый раз спрашивают, когда начинается какой-то очередной кризис: «Правда, очень похоже на Февральскую революцию?». Одни — с надеждой, другие — с опасением. Когда я говорю: «Нет, вообще-то не очень похоже», люди теряют интерес. Исторические аналогии проводить можно, но это требует очень большой исторической культуры и очень больших знаний. А у нас — что бы ни было сравнивается исключительно с отечественной историей. И Февральскую революцию приплетают туда, где для этого нет оснований. Какие вопросы перед профессиональными историками ставят современные кризисы:события 2012 года, или так называемые цветные революции, или Арабская весна, или события на Майдане? Мне кажется, что историк должен быть интересен не только узкопрофессиональной аудитории. Я думаю, что способ быть интересным — это отвечать на вопросы, которые интересны сейчас».

Юлия Вымятнина: о бегстве капитала, финансовых рынках и образе пузыря

«Экономисты лучше умеют описывать какие-то общие движения экономических агентов, когда экономика растет или идет на спад. Но они очень плохо умеют описывать, что происходит в переломные моменты, почему все перестают ожидать роста и начинают ожидать спада. Возможных факторов множество и вне экономики. Есть, например, исследование о том, что уровень определенных гормонов меняет восприятие ситуации участниками финансового рынка, нужно ли играть на повышение или понижение».

Юрий Березкин: об археологии фольклора или что видят люди на Луне

«Под фольклором я имею в виду не только развернутые тексты (сказки, легенды, былички), но и разного рода народные верования типа представлений о небесных светилах и атмосферных явлениях (радуге, солнце, луне, созвездиях). Скажем, что люди видят на Луне? Большинство, конечно, ничего не видит — а что там видеть? Ну, пятнышки какие-то. Но есть определенные региональные традиции: китайцы видят кролика и жабу. Это не значит, что они реально их там видят — вряд ли они вообще так уж часто и пристально смотрят на Луну. Однако на вопрос, что видно на луне, в Китае принято отвечать, что там живут кролик и жаба, а кроме того, растет дерево».

Лев Шилов: о горожанах, республиканских методах и городских бюджетах

«Наш проект связан с финансами, мы хотим дать людям возможность распределять реальные деньги. Если они будут просто играть в игрушку «мунициальный бюджет» и говорить: «Я бы потратил 500 миллионов на здравоохранение» или «Я бы потратил 300 — на образование», это никому пользы не принесет. Нужно, чтобы люди на себе почувствовали все проблемы, которые возникают при распределении реальных денег. Поэтому проект начался с такого имульса: «А давайте посмотрим, как такие методы работают в России».

Стипендии на обучение в магистратуре Европейского университета