Освещение — одно из главных условий встречи зрителя с произведением искусства. В музее, центре современного искусства, коммерческой галерее или аукционе работа осветителя преследует различные цели и имеет свою специфику. Проект T&P «Границы искусства» рассказывает об особенностях подсветки художественных работ и делится экспертным мнением специалистов и художников, работающих в российском контексте.

Главные задачи музейного освещения можно свести к двум: подчеркнуть уникальность каждого экспоната и помочь посетителю ориентироваться в пространстве. На самом деле эти две задачи включают в себя огромное количество факторов: свет фактически определяет все, что вы видите в музее. Если он будет слишком сильный или слишком слабый, он нарушит цветовой баланс работы. И это важно в том числе и потому, что не все посетители будут хорошо воспринимать искаженный свет: объекты, освещенные с преимуществом желто-оранжевого спектра, хуже воспринимают пожилые посетители, которые составляют большую часть всех посетителей музея. Свет должен верно передавать не только цвет работы, но и ее фактуру — блики и тени в освещении объектов недопустимы. Слишком интенсивный свет приводит к рискам сохранения музейных экспонатов — и дизайнеру, который занимается светом, нужно задумываться и об этом.

Музейное освещение сильно поменялось за последнее время, и в первую очередь причиной тому стала смена галогеновых ламп на LED-освещение. Риторика в поддержку последнего довольно широка, но если сокращать ее до минимума и обходить все технологические моменты, то получается, что LED-освещение более безопасно для экспонатов, бережет музей от излишнего расхода энергии и предоставляет различные возможности для цветового баланса: в спектре света от галогеновых ламп слишком мало синего, а в презентациях поборников LED-освещения можно найти фотографии половика, который выцвел от света галогеновой лампы и шоколадки, расплавленной галогеновой лампой за пару часов. У сторонников старой школы есть свои доводы, вдаваться в которые потребует немало времени — и сводятся они к непомерной затратности LED-освещения и к отсутствию данных его долгосрочного тестирования.

Свет может быть рассеянным и прямым, и это соотношение определяет ощущение от пространства в целом, придает больший объем трехмерным объектам, интенсивность теням. Нужно учитывать, что это типологическое деление скорее относительно, чем абсолютно. Свет как правило варьируется от рассеянного до прямого, и один поддерживает другой. Например, слишком интенсивный свет, направленный на один объект, может дать слишком обширную тень — поэтому его нужно дополнить мягким рассеянным светом, направленным на объект с другой стороны. В некоторых хэндбуках гуляет оптимальное, по мнению разработчиков, соотношение освещенности фигуры к фону как два к одному — оно, с одной стороны, не кажется слишком драматичным, а с другой стороны, переносит акцент на объект.

Тому, кто занимается светом в музейном пространстве, нужно делать поправку на следующие факторы: пропорции комнаты, дизайн интерьеров, цветовая схема, доступный дневной свет и сама природа выставки.

LED-освещение

LED-освещение

Две главные теоретические задачи освещения в музее (показать объекты и раскрыть пространство) сводятся к трем практическим: выбрать оптимальное освещение поверхности объекта, выбрать верное расположение источников света в пространстве и не допустить разрушения музейных ценностей.

У каждого источника света, в свою очередь, есть несколько параметров, которые можно контролировать — и в результате решать искомые задачи. Эти параметры называются «контролируемые качества света».

Распространение. Свет может быть узко или широконаправленный, у света может быть один или несколько источников. Главное, чего нужно достичь здесь — правильно соотнести поверхность падающего света с размером объекта, чтобы объект был главным, а не освещение. Если свет не локализуется четко на объекте, то в зале будут заметные огромные световые пятна — поэтому пятна света подбираются под каждый объект. Здесь же следует отметить, что нужно обращать внимание не только на фигуру, но и на фон — чтобы посетитель мог заметить не только объекты в пространстве, но и архитектуру помещения. Почти все современное искусство балансирует на контрасте с белыми стенами, и если не добавлять света на стены, то контраст будет очень драматичным.

Угол — параметр, который определяет, куда именно направлен свет и откуда он будет падать, насколько будет длинная тень и так далее. Угол падения связан с распространением света и в целом влияет на те же нюансы.

Интенсивность света — фактор, который напрямую связан с сохранением музейных ценностей. Одни объекты более чувствительны к свету, другие — менее, но при этом не нужно забывать, что разным объектам требуется разный уровень освещенности, чтобы они воспринимались самостоятельно и их можно было рассмотреть — например, размер объекта, количество и размер деталей в нем и так далее. На то, как старится работа, влияет не только интенсивность облучения, но и длительность демонстрации, спектр падающего света, чувствительность материала и многие другие параметры.

Цвет — аспект, который дизайнеры обязательно должны контролировать — например, сопоставляя естественное освещение и освещение светом разного спектра. Нужно обязательно проверять, какой цвет тот или иной свет дает на белой поверхности и какой цвет он может вытянуть из картины. И, конечно, не нужно забывать, как спектр того или иного света может повредить ту или иную картину.

Движение посетителей может привести к неровному распространению света, появлению мерцания и бликов, и этот фактор тоже должен обязательно учитывать дизайнер.


Нина Дивова

заведующая отделом выставок Третьяковской галереи

«Освещение играет очень большую роль в том, насколько выставка будет восприниматься зрителем, насколько освещение будет удачным относительно экспонируемого материала. Освещение дает как минимум 30% успеха. Конечно, важна основа — экспонаты, важна экспозиция, но не менее важно и освещение.

В вопросах освещения есть принципиальная разница между постоянной экспозицией и выставкой. В постоянной экспозиции картины находятся долгое время и требуют прежде всего равномерного освещения, а выставочное пространство дает возможность экспериментировать. И последнее время этим увлекаются как у нас в стране, так и за рубежом.

Сейчас появилось много новых возможностей, много разных светильников — раньше мы такой роскоши не имели. Кураторы часто поддаются очарованию этой возможности и экспонируют живопись в темном зале, на темном фоне, освещая картины только по границе рамы. Это очень эффектно, но это очень сильно меняет восприятие живописи. Если художник работает цветом, то для него очень важны цветовые нюансы, а темный фон и яркое освещение абсолютно меняют ситуацию и картина превращается в картинку.

В своей практике в зависимости от наполнения выставки и ее дизайна мы каждый раз решаем, нужно ли «погасить» потолок или делать только направленное освещение, или же оставить и направленное, и общее ровное освещение. Раньше мы приезжали и восхищались западными музеями с ровным потолочным светом. Потом поняли, что этот ровный свет не дает возможности передать те живописные нюансы, на которые ты хочешь обратить внимание. Живопись — разная, и в каждом отдельном случае нужно принимать решение, как ее лучше осветить — например, выбрать прямое освещение или боковое. Особенно трудно освещать многослойную, пастозную живопись, поэтому каждый раз добиваешься оптимального варианта исходя из своих возможностей. Недавно у нас была выставка Николая Ге, и были работы, которые накануне подвергались реставрации: где-то лак больше блестел, где-то просел, и сделать ровное освещение было очень сложно. Так что в каждом случае мы пытаемся осветить картину индивидуально.

Сейчас у нас очень посещаемые выставки — от двухсот до трехсот тысяч посетителей на каждой. Освещением посетители, как правило, довольны — за исключением графики: в этом случае всем обычно кажется, что света мало. С этим мы ничего не можем поделать: допустимая освещенность графики и тканей — 60 люкс. Мы даже пишем таблички про допустимую освещенность, но все равно в книге отзывов появляются записи: «темно». Если мы хотим сохранить для потомков классическую графику, надо экспонировать ее именно так, а живописные работы можно показывать и при 200 люксах».

Анастасия Митюшина

руководитель образовательного отдела Центра современной культуры «Гараж»

«В кураторстве выставок «Гаража» свет играет такую же роль, как и в любом другом выставочном пространстве: свет обеспечивает доступ к произведениям. Если это хороший, грамотно выставленный свет, то зритель его не замечает и может наслаждаться произведением искусства. При этом свет может выполнять множество функций, например, менять настроение пространства и интонацию кураторского высказывания. С помощью света можно создавать ауру сакральной недоступности, магической таинственности, но мы такими уловками редко пользуемся.

Мы постоянно экспериментируем со светом и ищем лучшие решения. Сейчас в Центре современной культуры «Гараж» стоит система управления светом «Лютрон». Она позволяет создавать любые конфигурации и запоминать их. Она объединяет в единую сеть светооборудование трех типов: газорязрядные лампы, люминисцентный свет, светодиодные светильники. Система шинопровода позволяет включать свет группами и секциями. При необходимости всю систему можно трансформировать и перестроить. Наша команда еще при открытии «Гаража» проходила тренинг в Великобритании у одного из лучших специалистов Фила Карлтона. У нас есть фильтры, линзы, avi-фильтры, возможность менять градус лампы, чтобы получалось световое пятно нужного размера и формы.

Самое трудное в работе со светом, как говорит наш технический директор, — понять, чего хочет куратор и художник! А все остальное — дело техники. В вопросах освещения мы всегда следуем пожеланиям художников, которых выставляем. Они же авторы! Но часто бывает, что в процессе обсуждения между художником и куратором рождается какой-то новый вариант. А наш технический директор, знающий все нюансы световой калибровки, предлагает иногда и свое решение. Порой воля художника очень строгая. Так, например, было с выставкой Марка Ротко летом 2010 года, оставившего после себя подробное указание, при каком освещении его работы должны экспонироваться.

С организацией света в российском контексте дела обстоят не самым лучшим образом: в целом в России только осваивают современный подход к свету и архитектурной организации выставочного пространства. Но не нужно забывать, что государственные бюджеты на музеи всегда были небольшими и много прекрасной живописи висит при не самом выгодном освещении не оттого, что музей не знает, как сделать лучше, а просто оттого, что у него не хватает средств на улучшение условий показа или обучение сотрудников».

Снежана Крастева

куратор Центра современного искусства «Гараж»

«Некоторые кураторы говорят, что освещение выставок — это необходимое зло, и я с ними скорее согласна. На эксперименты с освещением у меня уходит много часов, и обычно я выделяю на это отдельное время ближе к концу работы, когда выставка уже собрана. Мой совет — не откладывайте освещение на самый последний момент, может быть так вы и сэкономите время, но вам удастся только приблизиться к оптимальному варианту, потому что выбор правильного освещения — это долгий процесс проб и ошибок.

Сама выставка определяет освещение и принципы, которыми мы будем руководствоваться при выборе света. Мы выбираем освещение только после анализа работ — решаем, какая часть этих работ должна быть освещена и как правильно подобрать освещение, чтобы не появилось ужасных теней, которые повлияют на остальные наши работы? Произведения искусства очень сильно меняются от освещения, точно так же как и человеческое лицо. Освещение может помочь усилить субъективную ценность работ, создать ауру оригинальности — но это дешевый путь к успеху: художнику это не понравится, а зритель заметит трюк за пару минут. При этом нужно помнить, что маленькая фарфоровая скульптура будет выглядеть по-разному в зависимости от того, будет ли она выставлена только под естественным светом или освещена светом точечным. Материалы восприимчивы ко всему, что их окружает, как если бы они были живыми. И некоторые художники умеют обыгрывать возможности материала, который они используют.

Что касается общей ситуации с освещением, мне кажется, она никогда не будет идеальной, но к этому идеалу можно максимально приблизиться с теми техническими возможностями, которые есть в наличии. Освещение было существенной составляющей моей последней выставки в «Гараже» — и мы провели много ночных часов с художниками и технической командой, чтобы представить каждую работу в лучшем свете».

Cемен Файбисович

художник

«Для освещения живописи главное помнить, что угол падения равен углу отражения, поэтому если освещать картину в лоб, отраженный от нее свет будет бить ровно в глаза зрителю, мешая ему смотреть и создавая на поверхности засвеченные зоны или засвечивая всю работу, если она небольшая. Поэтому светильники, особенно если это споты, надо разносить по сторонам. Самый сложный вариант — когда картина большая и сильно отсвечивает. В этом случае для равномерного не бликующего освещения поверхности требуется несколько спотов, причем светильники слева желательно направлять на ее правую часть, а теми, что справа, освещать левую. И, разумеется, вести тщательный визуальный контроль. Также требуется учитывать, откуда идет основной поток зрителей, и стараться большую часть света направлять с той стороны, откуда движется зритель, чтобы как можно меньше слепить его. Именно с этой стороны требуется направлять свет на центральную зону картины. Направляющие для крепления светильников устанавливаются примерно в полутора метрах от стены, но решать задачи правильного и комфортного освещения сложнее, если направляющие подвешены низко.

При освещении объектов сложной формы могут решаться разные задачи, но если желательно избежать лишних теней, нужны несколько источников света в разных точках с тем, чтобы одни засвечивали тени от других. При этом также следует учитывать направление потоков зрителей и основные точки, с которых они рассматривают объект, чтобы свет не бил им в глаза».

Ольга Чучадеева

директор по PR и маркетингу галереи «Риджина»

«Касательно освещения галереи «Риджина» — у нас есть стандартный свет, и в зависимости от проекта используются либо полный комплект ламп, либо частичный, либо выставляется дополнительный свет, вплоть до зажжения лампадок, как это было на выставке Олега Кулика — это было его решение и смысл и неотъемлемая часть инсталляции «Бомбиста». Количество ламп, используемое на разных выставках, зависит от проекта. В случае экспонирования видеоарта количество света минимально. Очень интересно, когда свет создает свою реальность, как например на выставке Владимира Логутова «Руины индустриального», где были выставлены металлические объекты, которые с помощью света, казалось, парили в воздухе.

На наш аукцион VLADEY мы привлекаем высококвалифицированного специалиста и арендуем специальные лампы, которые устанавливает профессиональный светооператор под руководством куратора, так как правильно подсветить топовый лот — залог успеха аукциона. И не только топовый».

Александр Лысов

художник

«Главная проблема, с которой я сталкивался — освещение больших работ. Подсветить глянцевые работы площадью порядка десяти метров довольно сложно, потому что музейный свет в России, как правило, точечный и очень сильно бликует, и обычно кроме этого света в музеях ничего нет. В таких случаях я просто привожу свой свет — флюоресцентные лампы, которые дают меньше бликов, варьируются по температуре цвета, по нюансам цветопередачи. Такой свет почему-то мало используется в российских музеях, в то время как в европейских музеях он есть практически всегда как некоторая альтернатива.

Год назад на выставке «Роснанофорум» я выставлял свой принт три на десять метров. Когда мы включили галогеновый свет, от него пошло много тепла и произошло тепловое расширение материала. Работа просто изогнулась на два-три миллиметра — и это расширение материала было заметно глазу. Нам пришлось срочно, буквально в день открытия, решать как с этим бороться — мы усилили кондиционирование, чтобы все охладить и вернуть работу в нормальное состояние.

Музей Лентос

Музей Лентос

Сделать хороший многофункциональный свет — это в первую очередь задача архитектора. Самый интересный пример, который мне встречался — музей Лентос в городе Линц. Это новый музей с прозрачной крышей из матового стекла, в нем естественное солнечное освещение, красивая игра света на закате. Там же предусмотрена дополнительная подсветка из люминисцентных ламп — целиком светящийся потолок из равномерно подсвечиваемых блоков. Днем этого не видно, а вечером включается свет и получается равномерно освещеннное пространство. Плюс у них практически не используется точечная подсветка, но оборудование для этого есть — на нижнем этаже, где нет дневного света, есть и точечное освещение для отдельных объектов и есть общий свет.

Музей Лентос — новое здание, и оптимальное освещение было заложено в нем еще на этапе проектирования. У нас музеи очень часто располагаются в старых зданиях, но и в этом случае тоже, конечно, можно решить этот вопрос. Прежде всего, нужно сделать безтеневое освещение — это хорошо для работ, особенно для фотографии: если какие-то работы экспонируются под стеклом, точечное освещение будет бликовать. В галереях освещение должно быть аналогично музейному — если вы экспонируете искусство, то нужно как минимум иметь набор из общего света и из точечного.

У нас есть много осветительных компаний, которые работают в event-бизнесе, у них есть все необходимое оборудование, поэтому их часто приглашают на большие события. При этом нужно учитывать, что многие из них не обращают особенного внимания на цветопередачу, по крайней мере то, что я вижу по своему опыту — почти у всех такой гибкий телевизионно-сценический свет. При этом светодиодными прожекторами искусство подсвечивать просто запрещено — все цвета от этого становятся блеклыми. Я не встречал здесь компаний, которые специализировались бы именно на галерейном свете, хотя Philips здесь делает все более-менее профессионально, но Philips берутся за единичные проекты, которые им интересны в плане продвижения их технологий. Крупный выставочный зал с высокой посещаемостью это может себе позволить, а делать освещение небольшой галереи Philips, наверное, не будут».

Егор Кошелев

художник

«Успешная организация освещения — один из наиболее важных факторов для успеха выставки. Как мне кажется, естественное освещение для современной экспозиции — один из наихудших вариантов. Источники искусственного света на выставке выполняют две основных функции — прежде всего, обеспечить нормальный осмотр произведения, сделать его видимым для зрителя, раскрыть все его нюансы. Не менее важно создать систему экспозиционных акцентов, организовать выставочные зоны согласно замыслу автора. Так, например, можно выстроить экспозицию в огромном зале, имея лишь несколько объектов (или даже один-единственный) благодаря эффектному распределению световых потоков. Лишившись освещения, произведения неминуемо потеряются в пространстве.

Я бы сказал, что возможности света для российского contemporary art пока остаются мало освоенными главным образом в связи с общей нищетой и равнодушием к тому, как функционирует пространство, сама экспозиционная ситуация. Освещение стекла, нейтрализация бликов, освещение сложных поверхностей — все это не так уж сложно при наличии специальной шины и достаточного числа осветительных приборов. Сочетая несколько направленных лучей света, работая с разными углами освещения и разной высотой подъема фонаря можно добиться безграничной широты световых эффектов, учесть интересы самого требовательного автора и выгодно оформить любое, даже предельно сложное пространство».