Научное кино Советского Союза было разнообразным: тут и учебные фильмы, предназначенные для показа в школах и ВУЗах, пропагандистские фильмы, популяризирующие научные и технические достижения, общеобразовательные фильмы, которые показывали в кинотеатрах и по телевидению. Научный кинематограф снабжался всеми необходимыми ресурсами, государством поддерживалось несколько специализированных киностудий — самыми крупными из них были Центрнаучфильм, Леннаучфильм и Киевнаучфильм. Большое количество режиссеров, сценаристов и кинооператоров посвятили себя созданию научных фильмов — из богатого наследия этих лент T&P выбрали несколько по-настоящему уникальных.

Несмотря на чрезвычайно сложно устроенную зрительную систему, человек сильно ограничен своей оптикой — мы можем скользить взглядом по поверхности, но не можем проникнуть в глубину происходящих вокруг нас процессов. Научный интерес и жажда знания подтолкнули человека к изобретению специальных приспособлений: линзового телескопа, чьи основные принципы действия были описаны Леонардо да Винчи; микроскопа, впервые сконструированного в Голландии в конце XVI века. Мир постепенно раскрывался перед нами, обнажая всю свою сложность и противоречивость — оказалось, что в нем есть и парадоксальные совпадения, и непостижимая хаотичность. Кинокамера, по своей сути, также является оптическим приспособлением, ее объектив — это набор линз и зеркал, но феноменально важной стала способность камеры фиксировать изображение и сохранять его на пленке.

Многие знают, что кинематограф был изобретен братьями Люмьерами и Томасом Эдисоном для развлечения публики — он был и остается дорогостоящим аттракционом. Однако параллельно истории люмьеровского кино, развивалась история кино научного, также появившегося в конце XIX века, но имевшего совсем другие корни. Французский физиолог и изобретатель Этьен Маре создал в 1882 году прототип хронофоторужья, с помощью которого двенадцать лет спустя запечатлел на пленке последовательность изображений — проиллюстрировал общеизвестный факт, что кошка всегда приземляется на свои лапы. Спроецировав эту последовательность на экран, ученый сумел добиться иллюзии движения и продемонстрировал результат в Парижской академии наук. О показе писали газеты, но гораздо важнее, что участвовавшие в последовавшей научной дискуссии ученые выдвигали свои гипотезы, основываясь на этом запечатленном движении.

Оказалось, что с помощью кинематографа мы можем наблюдать происходящие процессы в деталях, манипулировать временем, замедляя или ускоряя его по собственному желанию, и возвращаться к зафиксированному факту движения. Но с развитием науки документальный способ кинематографического изучения быстро исчерпал себя. Как с помощью него рассказать, например, о теории относительности, математической теореме или отразить всю сложность психологического устройства человека? Да и сам кинематограф в процессе своего развития начал задаваться другими, более общими вопросами — он обращался уже не к объекту научного исследования, но к самой науке. К чему приведут исследования космоса? Должны ли ученые нести ответственность за свои изыскания? Новые вопросы требовали новых ответов — режиссеры были вынуждены разрабатывать иные художественные приемы, выходящие за рамки отрешенного документального фиксирования фактов, и многим из них удалось найти собственные фокусные точки исследования актуальных проблем науки и жизни.

Физиология организма: Давид Яшин

кинооператор, режиссер студии «Моснаучфильм»

О фильме Давида Яшина 1940 года «Эксперименты по оживлению организма» писали в американском журнале Time — такое впечатление он произвел на западных ученых и широкую общественность. Умерщвление собаки и последующее ее оживление с помощью специального аппарата до сих пор представляется чем-то фантастическим — словно претворилась в жизнь история о Франкенштейне. Но в отличие от литературного аналога фильм не критикует человеческое желание заглянуть по другую сторону жизни. Совсем наоборот, он обнадеживает зрителя и раскрывает перед ним новые возможности науки по борьбе с неотвратимой смертью живого организма. В финале картины еще недавно мертвое подопытное животное радостно играет с облаченным в белый халат ученым.

В основу фильма легли исследования физиолога Сергея Сергеевича Брюхоненко, также выступившего автором сценария и научным консультантом «Экспериментов». Его работа положила начало современной трансплантологии, без его изобретений невозможно представить современную кардиохирургию — советский ученый первым в мире создал и запатентовал аппарат искусственного кровообращения, состоящий из примитивного искусственного сердца и искусственных легких.

Путешествие к звездам: Павел Клушанцев

кинооператор, писатель, режиссер студии «Леннаучфильм»

Без придуманного Павлом Клушанцевым люминесцентного метода комбинированной съемки Джордж Лукас не смог бы снять свою культовую трилогию «Звездные войны», изобретенный им трюковой «эффект невесомости» использовался Стэнли Кубриком в «Космической одиссее 2001». Советский режиссер начинал свою работу в научно-популярном кинематографе, но более известен его фантастический фильм «Планета бурь» 1961 года, который даже выходил в широкий прокат в США, хотя и в сильно измененном виде.

В случае Клушанцева жанр научной фантастики — радикальная попытка преодоления ограниченности и формальности чисто научного кинематографа, попытка наладить более тесный контакт со зрителем. Режиссер стремился показать будущее, в котором благодаря науке и труду в мире не останется гнета, горестей и несчастья. В равной степени научном и фантастическом фильме «Дорога к звездам» рассказывается история советской космонавтики: из прошлого, от первых чертежей Константина Циолковского, в будущее, к добыче полезных ископаемых на Луне и экспериментам в открытом космосе — все это за 4 года до полета Юрия Гагарина в космос.

Фильм-исследование: Феликс Соболев

актер, режиссер студии «Киевнаучфильм»

Может ли наше сознание влиять на окружающую среду в планетарном масштабе? Какое место во вселенной мы занимаем благодаря нашей способности мыслить? Как появилась эта способность? Как взаимосвязано живое и неживое, научный прогресс и человеческая эволюция? Концепция биосферы и ноосферы, разработанная ученым-космистом Владимиром Ивановичем Вернадским, стала темой короткого фильма Феликса Соболева, вышедшего в 1974 году. Большое и малое, значительное и ничтожное — от пылинки до звезды, от улыбки Джоконды до извержений магмы — выводится из привычных человеку рамок, всему назначается своя роль в этой космической симфонии.

В более ранних фильмах режиссера используется метод «эксперимента в кадре» — научный опыт становится зрелищем. Кинокамерой выявляется присущее ему драматическое зерно — напряжение исследования, катарсис научного открытия. Фильм 1971 года «Я и другие» состоит из серии заснятых экспериментов на конформизм, вдохновленных экспериментом Аша. Часто критикуемый за излишнее упрощение, фильм остается удачным примером научно-популярного кинематографа — как можно успешно совместить в кино развлекательный, научный и критический контексты.

Ничейная земля: Семен Райтбурт

режиссер студии «Центрнаучфильм», преподаватель ВГИКа

С развитием науки теоретически неподкованному человеку становится все труднее уследить за ее прогрессом, и только благодаря талантливым популяризаторам — лекторам, писателям, режиссерам — мы узнаем о ее современных достижениях. У Семена Райтбурта желание преодолеть раскол между традиционной гуманитарной и научной культурами стало основным вектором творчества. Режиссер использовал приемы художественного, игрового кино, в основе его фильмов всегда лежит конфликт между обитателями разных миров: физиками и лириками, прагматиками и поэтами, математиками и чертями. В своих фильмах Райтбурт сталкивает этих персонажей в попытке найти то общее, что принадлежит всем людям в равной мере, вне зависимости от их образования или происхождения, и свести их на этой территории. Сам режиссер говорил, что работа в таком жанре научно-художественного кинематографа — это беспрерывное нахождение на ничейной земле, на границе между искусством и наукой.

Его фильм 1977 года «Кто за стеной» — это философская притча о природе человеческого разума и способности машины мыслить, художественная иллюстрация знаменитого эмпирического теста Тьюринга, придуманного английским математиком с целью определения степени осознанности искусственного интеллекта.

Неразрешимые вопросы: Елена Саканян

биолог, режиссер студии «Центрнаучфильм», преподаватель ВГИКа

Во всем мире есть всего лишь несколько водоемов, где живут существа, прозванные ацтеками аксолотлями, то есть «водяными собаками». Эти обитатели мексиканских озер, по своей сути — вечные дети, земноводные, оставшиеся на ранней стадии развития вследствие загадочной случайности в процессе эволюции их предков. Аксолотли не претерпевают метаморфозы во взрослую форму амбистомы и при этом сохраняют возможность размножения. Именно эти существа-личинки вынесены в название фильма «Кто разбудит аксолотля?» Елены Саканян, исследующего возможности человеческого развития с точки зрения генетики и нетрадиционных эволюционных теорий. Какие способности человек может приобрести, если пробудить его «спящие гены»? Аксолотль становится метафорой ограниченности человека, рассматриваемого с точки зрения механистической дарвиновской теории эволюции и естественного отбора.

По словам Виталия Трояновского, киноведа и режиссера-документалиста, почти во всех значимых фильмах Елены Саканян присутствует «героиня, которую мучают сложные, неразрешимые вопросы, которые она обращает к учителю, которого уже нет». Самой главной такой фигурой стал Николай Тимофеев-Ресовский, выдающийся генетик, ученый-«невозвращенец», работавший в нацистской Германии и осужденный в СССР как «предатель Родины». Именно ему посвящена трилогия фильмов о Зубре, с помощью которой режиссер добилась его реабилитации в начале 90-х годов.

Поэзия науки: Владимир Кобрин

кинооператор, художник, режиссер студии «Центрнаучфильм», преподаватель ВГИКа

По словам Юрия Норштейна, он ловил время, как бабочку — в сачок, а воду черпал решетом. Жанр кобринского кино нельзя определить в рамках художественного, документального или научного кинематографа — пожалуй, его фильмы можно назвать авангардными. Разворачивая психоделическое кукольное действо на подмостках космического театра, режиссер, по его собственным словам, замыкал пространство между землей и космосом. Его интересовали материи более тонкие, нежели физические или любые другие законы науки. Научное знание для Кобрина — лишь одна из многих сторон глобального знания, которое способно транслировать изображение, не важно пленка это, видео или компьютерная графика. Фильм «Биопотенциалы» 1988 года интенсивен, многозначен, калейдоскоп мощных аудио-визуальных образов, абсурдных и часто комичных, дезориентирует зрителя. Это сложное, синтетическое размышление режиссера о том, что, в конечном счете, представляет собой человек в своих противоречиях.