Образовательный проект Capable People запустил курсы русского языка для взрослых. Организатор курсов Юлия Андреева рассказала «Теориям и практикам», кто и зачем приходит восполнять пробелы в знании родного языка, почему для этого не подходят обычные репетиторы и какие ошибки могут погубить деловую переписку.

— Как у вас возникла идея открыть такие курсы?

— Идея к нам пришла в связи с пробелами в грамотности, с которыми мы и наше окружение регулярно сталкиваемся в повседневной жизни. Типичные и, порой, нелепые ошибки сказываются не только на неформальной, но и на профессиональной деятельности. Интересно, что эта проблема не привязана к уровню образования и социальному статусу: часто люди имеют высшее образование, занимаются собственным бизнесом и, общаясь с клиентами, делают грубейшие ошибки. Поэтому мы поставили себе задачу — помочь людям говорить и писать грамотно. При этом, объяснять все доступным и человеческим языком, не заставлять зубрить правила и вспоминать части речи. Программа строится на мнемонических приемах, ассоциативных и логических связях, понятных взрослому человеку.

— Получается, учебников и репетиторов недостаточно?

— Мы все учили русский язык в школе, максимум в институте, и восстановить необходимый базис во взрослой жизни очень непросто. Читать учебники ты уже не будешь, обращаться к репетитору — тоже, потому что у всех учителей есть своя привычная, годами отработанная программа, которую они не меняют и которая не работает. Как правило, в ней используется только один канал восприятия — слух. Навыки не отрабатываются на конкретных визуальных примерах, поэтому запомнить что-либо очень сложно. Существуют курсы для взрослых, но программа там не сильно отличается от школьной и совершенно не соответствует современным запросам и тенденциям. А мы хотели сделать емкий, интенсивный курс с измеримыми результатами по его итогам. Поэтому пошли сложным путем — создаем свою методику, которая позволяет взрослому активнее вовлекаться в процесс, реагировать на задания с интересом и, соответственно, увеличивать эффективность.

— Как вы искали преподавателей?

— У меня есть бэкграунд, связанный с научной деятельностью, поэтому я знаю, как общаться с преподавателями, университетами и частными лицами. Для нас не так существенны дипломы и регалии — важно, чтобы человек был предельно компетентен в вопросе и говорил на понятном языке, любил предмет и «жил» им. Мы начали заниматься проектом осенью прошлого года, много думали, тестировали, как это может выглядеть, каким может быть формат. Конечно, что-то меняли, добавляли, оттачивали иными словами. К концу года сделали несколько пробных бесплатных мероприятий, чтобы понять, что и как работает, а что стоит исключить.

Сейчас мы активно развиваем направления русского языка и развития памяти. C нами работают профессионалы и по совместительству очень интересные люди, объективно «живущие» предметом, о котором они рассказывают. По русскому языку мы работаем с Ксенией Турковой — популяризатором русского языка, журналистом, кандидатом филологических наук. А развитию памяти у нас учит Никита Петров — научный работник, автор методик ускоренного развития, тоже, кстати, кандидат филологических наук. При этом, мы перманентно открыты новым контактам и готовы знакомиться с профессионалами из прикладных областей, науки в том числе.

Мы делаем ставку на визуальную составляющую, игрофикацию и разнообразные практические упражнения. Программа строится на мнемонических приемах, ассоциативных и логических связях, понятных взрослому. Мы моделируем распространенные ситуации, устраиваем игры и викторины, разбиваем группу на команды и даем задания, чтобы участники соревновались друг с другом. Все это позволяет запоминать правила более эффективно. Еще у нас есть «зарядка по русскому языку», во время которой студенты усваивают какие-то правила, находясь в движении. Большие цели мы разбиваем на маленькие, помогая ученикам быстрее почувствовать прогресс. И ставим их так, чтобы человек четко понимал, какую выгоду ему принесут новые знания.

© Александра Карелина

© Александра Карелина

— Кто и с какими запросами к вам чаще всего приходит?

— Разные люди, в том числе журналисты и лингвисты. Мы воспринимаем грамотность гораздо шире, чем просто умение писать без ошибок: это и стилистика, и этика, понимание того, каким языком стоит говорить с приятелем, а каким — с коллегой. К сожалению, этому не учат в школе, как и грамотному использованию неологизмов и лексики вообще. Это касается и письменной, и устной речи.

Плюс мы отрабатываем конкретные навыки, необходимые людям разных профессий — маркетологам, журналистам, менеджерам, бизнесменам. Например, умение писать деловые письма. В лучшем случае многие страдают чрезмерным употреблением канцеляризмов — человек считает, что написал классическое деловое письмо, но оно получается сухим и бесчеловечным, перегруженным, тяжелым. В худшем — ставят запятые по принципу «лучше больше, чем меньше», отсюда появляются обращения «Уважаемый, Иван» и при этом «С уважением Иван». Сказывается классическая уверенность в том, что «так пишут все», вкупе с незнанием и обрывками правил школьных лет. Пожалуй, люди мало читают правильной литературы. Мало верных визуальных примеров перед глазами.

— Среди ученых тоже немногие умеют писать живым и доступным языком — поэтому у нас так мало хорошего научпопа. С этой стороны запроса не было?

— Научная среда все еще не хочет говорить по-человечески — там существуют жесткие правила, определяющие формат работы и язык. Так что ученые к нам не обращались. Больше всего запросов идет из активной сферы продаж, где бизнес связан с коммуникациями, иногда руководители фирм направляют к нам сотрудников.

— Какие правила вызывают больше всего вопросов и сомнений?

— Часто используют тире как знак, оправдывающий все. Другие классические ошибки — н/нн, приставки пре- и при- (приемник и преемник) и, конечно, одеть/надеть (одеть можно кого–то, а надеть — что-то.) Есть и неочевидные ошибки в сочетаемости слов. Например, «предпринимать меры», особенно часто это словосочетание можно встретить в речи чиновников. Надо запомнить, что меры принимают и никак иначе. Из аналогичных примеров: играть значение/иметь роль (только «играть роль» и «иметь значение»), дешевые/дорогие цены (цены могут быть только высокими или низкими, а дорогими и дешевыми могут быть товары. Много скрытой тавтологии — «сегодняшний день» («сегодня» = «сего дня» или «этого дня»), «памятный сувенир», «своя автобиография». Неправильно ставят ударения. Попробуйте найти бариста, который правильно ставит ударение в слове «ЛАтте», не говоря уже об иностранных словах: «кеш» (наличность) вместо слова «кэш», которое, кстати, уже есть в словарях. Аббревиатуры — «эсэмеска» (а не «смска»).

— Вы тестируете будущих студентов?

— Пока еще нет, но собираемся делать тест, по итогам которого сможем рекомендовать посетителям тот или иной уровень. И тут есть нюансы — человек может правильно писать, не делать орфографических ошибок, но при этом у него может быть полная беда со стилистикой. Или же его лексика может быть отягощена особенностями региональной речи «сполна», «чуток», «малость». В этом нет ничего критичного, но часто режет слух и глаз.

© Александра Карелина

© Александра Карелина

— Максим Кронгауз на одной из лекций говорил о том, что онлайн-язык — гибрид письменной речи и устной, поэтому он не подчиняется многим правилам письменной речи. Но сейчас люди часто решают деловые вопросы в интернете — в том числе и отправляют резюме через Фейсбук. Уже сложились рекомендации для онлайна, или тут приходится соблюдать баланс интуитивно?

— Чтобы на основе нового опыта сформировались правила, должно пройти какое-то время. Но уже сейчас в подобной коммуникации нужно соблюдать баланс между классической человеческой речью и форматом делового общения — чтобы, с одной стороны, не было канцеляризмов (есть примеры, когда и в Фейсбуке люди пишут «деревянным» языком), а с другой, панибратства и пренебрежения к речи. Мы знаем, например, о проблемах ряда компаний, работающих в клиентской сфере. Сложность заключается в контроле коммуникаций своих сотрудников и клиентов через онлайн-сервисы, приложения и социальные сети, где менеджеры дают себе волю, тем самым дискредитируя имидж компании.

— Сейчас во многих дискуссиях любят указывать на неграмотность собеседника — «вы запятую не там поставили, о чем вообще с вами можно говорить!». Как ваши ученики относятся к своим пробелам в знаниях? И что может мотивировать носителя языка снова сесть за парту?

— Наши студенты относятся к своим ошибкам с самоиронией, но, возможно, такой здоровый подход возникает лишь на определенном уровне грамотности. Люди, которые действительно плохо говорят и пишут, гораздо меньше мотивированы.

Мотивирует столкновение с реальностью, с более грамотными людьми. Но замечания граммар-наци вызовут скорее отторжение, потому что любое замечание бьет по самооценке. Человек должен сам осознать этот недостаток, пройдя какую-то цепочку событий. Например, если он допустил ошибку на работе из-за своей неграмотности и понял, что она мешает ему добиться большего.