Молодой режиссер Тая Зубова пришла в кино из рекламного бизнеса, чтобы сделать авторскую короткометражку «Рыба моя» — о человеческих отношениях, взрослении и смысле жизни. Фильм, который сейчас находится на стадии постпродакшна, удалось снять благодаря краудфандингу, помощи волонтеров и бесконечному энтузиазму создателей. Режиссер картины рассказала T&P о том, как снимать кино буквально всем миром (в съемках задействованы специалисты из России, Ирландии, Хорватии и Венгрии), какие инструменты и лаборатории Москвы могут в этом помочь и можно ли убедить людей работать бесплатно.

— Почему вы решили уйти из коммерческих съемок в чистое искусство?

— Я училась в телевизионном институте ГИТР на режиссера телевизионных программ и параллельно начала делать коммерческие видео-проекты как для больших корпораций, таких как Danone, Reno, Kia, так и для российских диджитал-компаний или «Фабрики окон». Это прогрессивные люди, с правильными ценностями, и мы снимали для них видео про человеческие отношения, про мотивацию, про семейные ценности, потому что все это помогало им развивать их бизнес и развиваться. Это была реклама и промо-ролики.

Мы напитались всеми этими ценностями, но, к сожалению, когда ты говоришь только с узким кругом покупателей, тебе тесно, и в какой-то момент захотелось выйти за пределы этого круга и говорить об этих же общечеловеческих вопросах, но с точки зрения художественного кино. Когда мы подошли к «Рыбе», у нас уже был большой опыт съемок в экспедициях, за рубежом, мы могли спокойно набрать команду в 30–50 человек, завести кран. Все это мы умели.

— С какими проблемами вы столкнулись, перейдя из рекламы в кино?

— Главная проблема — отсутствие каких бы то ни было связей в этой сфере. В кино я не знала никого, но мне повезло: я пошла учиться в «Культбюро», это новый проект. По всему миру есть такие небольшие обучающие сессии, когда ты приходишь со своим сценарием, и дальше с мастерами дорабатываешь сценарий, и можешь выходить на фестивале. Я попала в такую лабораторию, меня отобрали из нескольких сотен в десятку.

Мне очень повезло — со мной работал Патрик Нэш, это ирландский педагог, сценарист, отборщик на «Оскар», лауреат многих наград. Он помог мне посмотреть на мою историю со стороны: во-первых, он дал мне понять, что моя история может быть интересна для зрителя в Европе, а не только для русского. Во-вторых, он меня воодушевил, помог отрезать ненужные линии, сконцентрироваться на главном.

Через эту же лабораторию мы вышли на иностранных специалистов: над нашим фильмом работал кинооператор из Венгрии Мартон Визклете, сейчас музыку для картины пишет композитор из Хорватии Анита Андреис.

Совершенно случайно я узнала о питчинге дебютантов в Молодежном центре Союза кинематографистов. Там мы познакомились еще с одним продюсером, который нам помогает, там же мы познакомились с представителями кинотеатра «35 мм». У нас есть и другие партнеры, например, конкурс «Кинопризыв», издание «Life is short». Чем больше ты двигаешься, ищешь, участвуешь в различных мероприятиях, тем больше решений для своего проекта и помощи ты находишь. Нужно ходить, знакомиться, развивать связи.

— Как вам пришел в голову сюжет фильма?

— Наболело! Проблема, которая затрагивается в фильме, — это проблема ответственности, проблема взросления, роста, переосмысления ценностей. Они волнуют лично меня.

Драматургическая линия выверена и продумана в соавторстве с профессиональным сценаристом Дарьей Алешиной. Я говорю о проблемах, которые меня волнуют, но не о своем личном опыте. В фильме очень важную роль играют разные человеческие миры. Главная героиня, которая работает с детьми, в чем-то похожа на мою маму, съемки в Крыму — это часть моего детства, фильм также делится на мир фантазии и мир реальности.

— Как проходил сам процесс производства?

— На самом деле в этом году никто из выпускников «Культбюро» не планировал запускаться, мы стали единственной командой, которая пошла до конца, потому что нас очень вдохновил Патрик Нэш своими советами. Мы искали людей в социальных сетях, записывали видеообращения, в которых просили о помощи. Вся команда во время съемок, включая оператора, актеров, художников работала бесплатно!

Приключений во время съемок было очень много — в Крыму мы жили в палаточном лагере в диких условиях, были и сколопендры ночью, и жуткий шторм, и течение, которое уносило людей в море, у одной девочки случилась жуткая аллергия. Но мы с продюсером Сергеем Лосевым старались предотвратить все риски и отвечали фактически за все — это два года жизни и более ста человек в проекте.

— Последние полтора года вы занимаетесь исключительно фильмом, съемки закончились, сейчас идет финальный краудфандинг. Если все сложится удачно, что будет с фильмом?

— Если в конце мая мы собираем нужную сумму денег, до конца июня мы должны доделать фильм. Люди, которые сейчас это читают, наверное, думают, что мы сумасшедшие, но мы будем стараться!

Если к концу июня мы доделаем фильм, то мы успеем показать его отборщику для Венецианского кинофестиваля. Если не получится попасть туда, показ фильма переносится на осень, на другие международные фестивали. В любом случае, независимо от того, поедем мы в Венецию или нет, мы сможем приступить к полному метру. Это будут те же темы ответственности, взросления, конфликта двух любящих людей, но в других условиях.

— Планируете что-то заработать на короткометражке?

— Короткий метр не окупается в России, этот проект работает исключительно на имидж режиссера и имидж продюсера. Если люди увидят, что на фестивалях он неплохо проходит, или если серьезный продюсер оценит по достоинству уровень сложности съемки, он может дать нам деньги на полнометражный дебют. «Рыба моя» — это наше будущее портфолио, которое поможет нам обратиться к продюсерам для создания дебютного полного метра.

— Что бы вы посоветовали молодым людям, у которых проект фильма находится на стадии мечты и которые не связаны с большим серьезным кинематографом?

— У меня совет не экономический, а творческий. Если вы закроете глаза, подумаете о том, что вы хотите делать, и у вас все внутри заискрится, если вы почувствуете, что это вас так заводит, что все внутри разрывается, тогда нужно делать.

Как делать? Это уже технические вопросы, менеджмент. Считаете, сколько нужно людей, сколько нужно смен, какая нужна техника, сколько денег нужно. А если у меня нет денег, что я могу? Например, могу найти камеру бесплатно — звоню двадцати друзьям, у которых есть фотоаппарат. И так далее — старайтесь все брать ресурсами, если денег нет. Можете еще посмотреть наш документальный фильм о съемках фильма — как мы начинали, не имея буквально ничего.

— Сложно ли было убедить людей работать бесплатно?

— Нет, не сложно. Сложно убедить их работать бесплатно не день и не два, а несколько месяцев.

— Как же это сделать?

— Любить их, благодарить, пытаться понять. Я очень расстраивалась, когда люди уходили из группы, но нужно понимать, что это мой проект, а не их. Поэтому хорошо, что они помогали, и хорошо, если это им помогало, укрепляло. Я не всегда могла разговаривать со всеми, и в какой-то момент группа начала разваливаться, но я поняла, что надо находить любую возможность разговаривать с людьми, если возникает какой-то конфликт или напряжение.

— Что будет после «Рыбы»?

— Надеюсь, что полный метр. Все продюсеры, которые смотрят черновой монтаж нашего фильма, спрашивают, есть ли у нас сценарий полного метра. Так что нужно двигаться дальше.

Поддержать проект можно на сайте Planeta.Ru