Свобода выбора имеет парадоксальные последствия: когда количество доступных альтернатив превышает разумные пределы, вместо освобождения происходит паралич воли. Мы постоянно вынуждены что-то выбирать и очень боимся, что сделаем это неправильно. О том, как избавиться от главного невроза современности «пропустить что-то важное в жизни», рассуждает автор журнала Aeon Якоб Бурак. T&P перевели самое главное.

Вот задание, которое вам наверняка понравится: оцените предложенные ниже сценарии по шкале от одного (умеренный дискомфорт) до семи (невыносимое горе).

Сценарий 1. Вы просматриваете новостные сайты, как это обычно бывает каждое утро. Но сегодня вы почему-то выбились из графика, и у вас есть только 15 минут вместо привычных 30 — приходится спешно перескакивать с колонки на колонку. Уровень вашего дискомфорта при этом? (Большинство из нас скажет, что это не большая потеря. Ну, скажем, на двоечку).

Сценарий 2. Вы приехали в Нью-Йорк и понимаете, что у вас никак не получится осмотреть все выставки, побывать во всех рекомендуемых местах и даже одолеть список must see, о котором бредили ваши друзья. Как вы теперь себя чувствуете? Где-нибудь в районе пятерки?

Сценарий 3. Вы с друзьями решили устроить совместный ужин и договорились, что это наконец-то будет вечер без телефонов. Но ваш смартфон не перестает оповещать вас о новых твиттах и сообщениях в Фейсбуке — вы слышите сигналы. Очевидно, что-то происходит в соцсетях, но проверить нельзя. Даже семерки мало, чтобы описать тот стресс, который вы сейчас испытываете.

Знакомьтесь, это «Страх Что-Нибудь Пропустить» — последнее культурное изобретение, заболевание, которое шаг за шагом разрушает наше спокойствие, порождение технологического прогресса и множащейся каждую секунду информации. То самое чувство, когда нам кажется, что где-то в эту секунду происходит что-то более захватывающее, более важное, более интересное… Согласно последним исследованиям, 56% пользователей соцсетей заражены этой современной чумой.

Конечно, СЧНП не то что бы только что изобрели. Целые тома литературы описывают кровавое противостояние между романтиками, стремящимися к сильным эмоциям, и консервативным большинством. Эдит Уортон, Шарлотта Бронте, Стендаль — вот только несколько имен — рассказали об этом переживании задолго до того, как мы стали искать друзей на Фейсбуке.

Но если герои XIX века боролись за одну какую-нибудь возможность, мы, окруженные океаном информации, вынуждены постоянно помнить, что мир стремительно несется вперед. Вот вы читаете эти строки — значит, наверняка пропускаете огненную вечеринку или вкусный обед, которые устраивают ваши знакомые.

Всем известны исследования, доказывающие, что в конце жизни мы сожалеем о том, что не сделали, а не наоборот. Раз так, наше постоянное внимание к чужим успехам — плодородная почва для будущих мыслей о бесцельно прожитых годах. Ведь веселый разговор на другом конце стола может привести к зуду СЧНП так же, как и головокружительный поток шоу, вечеринок, книг и прочей потребительской шелухи, которой нас накачивают различные медиа.

Социальный психолог из Массачусетского технологического института Шерри Таркл, автор книги «Одиночество среди людей: почему мы ожидаем большего от технологий, чем друг от друга», говорит, что интернет и современные устройства связи стали основным инструментом, с помощью которого мы выстраиваем близкие отношения. В результате появляется новый тип одиночества. «Так как личные отношения делают нас безоружными, а близость пугает, — пишет она, — мы надеемся, что с помощью технологий сможем поддерживать общение и в то же время быть независимыми от него». Мы впервые переживаем ситуацию вовлеченности в жизни сотен людей, а потому пока до конца не знаем, что с этим следует делать.

В 2012 году социальный психолог из Университета Чикаго Вильгельм Хофман изучал силу воли в борьбе с ежедневными искушениями. Получилось, что участники эксперимента скорее были готовы воздерживаться от еды и секса, чем остаться без интернета

Таркл говорит, что зависимость можно облегчить, если мы сможем, пусть и на короткое время, отказываться от гаджетов. Я предвижу появление устройств, которые будут передавать сообщения через случайные промежутки времени — так, чтобы ни отправитель, ни получатель не знали о задержке заранее. В результате владелец, которому не удалось вовремя отреагировать на какое-нибудь важное письмо, обнаружит, к своему удивлению, что катастрофы не случилось. Но нам не удастся полностью излечиться от СЧНП, пока мы честно не ответим себе, почему так боимся что-то пропустить. Ведь именно наша человеческая природа создала эту проблему, а вовсе не современные технологии.

Социолог из Оксфорда Эндрю Пржибыльски недавно провел исследование на эту тему и обнаружил, что уровень СЧНП выше всего у молодых людей, особенно у молодых мужчин, и среди таксистов, которые постоянно вовлечены в чужую активность. А пика этот страх достигает у молодых людей с неудовлетворенными психологическими потребностями, такими как любовь, уважение, автономия, безопасность. Кто-то из нас боится так и не встретить настоящую любовь, другие — упустить возможность продвижения по службе. И все из-за того, что нам очень важно мнение других людей.

Свобода от чужих оценок и жизнь за рамками социальных сопоставлений — роскошь, доступная очень немногим. Здесь нужна крепкая самодисциплина, редкое сегодня качество. В 2012 году социальный психолог из Университета Чикаго Вильгельм Хофман изучал силу воли в борьбе с ежедневными искушениями. Получилось, что участники эксперимента скорее были готовы воздерживаться от еды и секса, чем остаться без интернета.

Так что же нам делать со «Страхом Что-Нибудь Пропустить»? Психотерапия многим не по карману, а клятва отказаться от гаджетов может разве что насмешить. Поэтому, пожалуй, лучший способ совладать со страхом — это признать, что при нашем лихорадочном темпе жизни мы иногда вынуждены что-то пропускать или терять. И как только мы это сделаем, то, возможно, станем достигать больших результатов.

Это простое решение было впервые предложено в 1956 году Гербертом Симоном, американским мультидисциплинарным исследователем и нобелевским лауреатом по экономике. Он использовал термин satisfice (гибрид от suffice — «быть достаточным» и satisfy — «удовлетворять»), чтобы описать стратегию, при которой взамен попыток достигнуть максимального успеха мы останавливаемся на «вполне достаточном» результате. Идея Симона строится на предположении, что у нас просто нет таких когнитивных способностей, чтобы перерабатывать бесконечные потоки информации и принимать наилучшее из всех возможных решение. Гораздо разумнее, согласно концепции satisfice, выбирать первый вариант, подходящий под критерий как «вполне достаточный».

Свидетельства эффективности такого метода представлены в изобилии. В бизнесе именно стратегия «вполне достаточно» оказывается самой выигрышной на длинной дистанции. Деловые люди знают, что лучше уступить партнеру, чем пытаться извлечь максимальную выгоду, особенно если речь идет о долгосрочных отношениях.

Английский историк Ричард Овери, исследуя итоги Второй мировой войны, говорит о причинах победы союзников. Например, о том, что немецкая армия стремилась улучшать техническую оснащенность в ущерб тактическим задачам. В какой-то момент у немцев было около 425 разных видов самолетов, 151 вид грузовиков и 150 видов мотоциклов. Ценой, которую они заплатили за это, стали проблемы с массовым производством, что со стратегической точки зрения оказалось важнее. Для решающих сражений в России немецким войскам нужно было везти за собой около одного миллиона запасных частей для сотен видов вооружения. Русские же, напротив, использовали только два вида танков, что упрощало их обслуживание. Это было то самое «вполне достаточно».

Кто общался с перфекционистами, знают: жизнь для них — бесконечный оценочный лист, причина частых разочарований и депрессий. Они склонны путать ошибки и неудачи, а болезненное отношение к критике мешает им развиваться. Вероятно, им бы очень помогло знакомство со стратегией satisfice.

Даже когда речь идет об эмоциях и любви, «вполне достаточно» — это то, что нужно. Британский психолог Дональд Винникотт, например, дал определение «вполне хорошей матери», то есть такой, которая внимательна к своему ребенку и правильно реагирует на его поведение. По мере взросления ей иногда «не удается» исполнить все капризы своего дитяти, что подготавливает его к реальной жизни, созданной из ситуаций, когда многое идет не так, как хотелось бы. Ребенок учится не ждать удовольствия здесь и сейчас, а это ключ к успеху во взрослой жизни. То же касается и любви: мы соглашаемся на «вполне хорошего» спутника жизни. Да, вероятно, есть кто-то, кто нам больше подходит — но многим не хватило бы жизни, чтобы его или ее найти.

Если вы еще сомневаетесь, что стратегия satisfice — лучшее противоядие «Страху Что-То Пропустить», то слова американского публициста и поэта Ральфа Уолдо Эмерсона, возможно, настроят вас на нужный лад: «Каждая потеря оборачивается новыми приобретениями. И цена каждого приобретения — упущенные возможности».