Каждый встречался в своей жизни с черным котом на улице: многие его обходили, а некоторые даже крестились при этом. Но что ужасного в милом домашнем животном? Почему наши предки считали черного кота предвестником неудач? T&P расследует историю предрассудка.

Чтобы быть точными, нужно упомянуть, что вера в демонический образ черного кота была распространена не везде. В Великобритании и Шотландии, например, черный кот считался символом удачи и процветания, и его с радостью впускали в дома жители городов. Однако в других регионах такого позитивного отношения к котам не было.

В Средневековье было распространено мнение о том, что черный кот — помощник ведьм в их злокозненных происках. Иногда ведьмы посылали котов шпионить за жертвами или даже сами превращались в них. Переходя человеку дорогу, ведьма в образе черного кота символически отсекала его от земного мира, проводя границу между потусторонним и мирским.

Это поверье привело к тому, что черных и других котов начали убивать, и во время эпидемий чумы кошек почти не осталось — соответственно, ловить мышей, переносчиков болезней, было некому. Однако настоящим безумием может показаться то, как именно коты отправлялись на казнь. В средневековье люди предпочитали выносить судебные вердикты не только людям, но и животным. Известны случаи, когда собак или свиней на судах обряжали в человеческие одежды, а затем в них же и казнили. Человеческий суд должен был работать только с «очеловеченным» материалом. Конечно, домашние животные также относились к миру человеческого — потому и преследовались уголовно. Помимо светских судов, известны случаев массовых судебных процессов против животных, устраиваемых церковью. Обвиняемыми в колдовстве и вредительстве могли выступать не только кошки, но и саранча или рыбы.

Кошек, однако, не любили особенно. Возможно, что это было связано с их обликом и повадками: гуляющие по ночам создания, сверкающие мистическим светом глаз, да к тому же своенравно себя ведущие не могли не вызывать подозрений. По одной из легенд, одна из ведьм, сжигаемая на костре, успела превратиться в кошку. С тех пор кошек сжигали на кострах, в точности, как их «хозяек». Даже знаменитых еретиков катаров (от др.-греч. «чистый») церковь стремилась этимологически связать с котами, считая, что те целуют в зад кота, в образе которого является сам Люцифер.

Все эти предрассудки привели в конечном итоге к закреплению негативного образа кошек в целом и, особенно, черных котов. Иногда стремление к их уничтожению принимало причудливые формы. К примеру, в проектах немецкого ученого и изобретателя Атаназиуса Кирхера можно найти своеобразный музыкальный инструмент — котопианино. Оно состояло из нескольких кошек, закрепленных внутри инструмента, а их хвосты были вытянуты в клавиатурный отсек. Хвосты котов с разными тонами мяуканья помещались в отдельные ячейки. Специальные рычаги тянули котов за хвост при нажатии на клавишу, в следствии чего те истошно вопили, создавая незамысловатые мелодии. Считалось, что такой инструмент может помочь в лечении меланхолии, так как отвлекал больных ею от постоянного уныния и оживлял обстановку. До сих пор ходят слухи о том, что в 1549 году Филипп II, король Испании, наслаждался музыкой кошачьего пианино, а Петр I даже заказал себе такой инструмент для Кунсткамеры.

Другим примером жестокого обращения с кошками может стать сохранившийся до сих пор в более цивилизованной форме обычай сбрасывать несчастных животных с колоколен по праздникам. Так как кошки считались перевоплощенными ведьмами или их помощниками, этот процесс имел большое распространение: в последний раз кошек сбрасывали с колокольни города Ипра в Бельгии в 1817 году. Впрочем, там до сих пор продолжают это делать, с разницей в том, что сбрасывают теперь не настоящих кошек, а только плюшевые игрушки для развлечения туристов.

Так образ черного кота начал связываться с верованиями в ведьм и дьявола, что привело к возникновению современной приметы. И, вспоминая многочисленные образы черных котов, воспетых Эдгаром По и Михаилом Булгаковым, стоит помнить и о том, сколько бед животным принесли ложные представления об их природе.