Все мы помним, что произошли от обезьян — но некоторые детали нашей физиологии унаследованы от куда более древних предков. Палеонтолог Павел Скучас выступил на Geek Picnic в Санкт-Петербурге с лекцией о том, как звероподобные ящеры стали млекопитающими и почему рептилоиды испортили нам зрение и зубы. «Теории и практики» записали основные тезисы.

Наши предки — зверообразные рептилии, и сейчас у нас с ними не так много общего. Они существовали еще до появления динозавров — и отличались большим разнообразием видов: были хищные и травоядные, крупные и не очень. Но примерно 200 миллионов лет назад, в конце триасового периода, они почти все исчезают, остается всего несколько групп — и эта тонкая ниточка ведет к появлению современных млекопитающих. Что же произошло? Дело в том, что именно в это время появляются динозавры.

Хищные динозавры были идеальными убийцами — быстрыми и достаточно умными. При этом они были очень разнообразны — от гигантского Tyrannosaurus rex до небольших динозавров размером с голубя. Современные птицы — их потомки: палеонтологи выяснили, что почти у всех хищных динозавров было оперение. Динозавры стали своеобразным эволюционным прессом для звероподобных ящеров: последние оказались перед выбором — быть съеденными или меняться, чтобы спастись от хищников. Наши предки пошли во второму пути и стали ночными животными, ведь динозавры вели дневной образ жизни — и даже сейчас птицы по большей части активны в светлое время суток. Кроме того, они уменьшились в размерах. И оставались маленькими и ночными на протяжении 120 миллионов лет. Потом динозавры начали вымирать, и млекопитающие почувствовали себя привольнее, но обитание в сумерках очень сильно аукнулось их потомкам. Какое же наследие мы получили? Эволюционировавшие ящеры «наградили» нас слабым зрением, относительно хорошим слухом, одной сменой зубов и крупным головным мозгом.

«Увеличение мозга млекопитающих не связано с усложнением поведения — мозг рос, потому что развивалось обоняние»

Из-за того что млекопитающие вели ночной образ жизни, зрение у них ухудшилось. Большинство млекопитающих имеет дихроматическое зрение — основанное на двух типах колбочек. У человека — трихроматическое зрение, но это следствие эволюции отряда приматов: другие животные в основном видят слабее и хуже различают цвета. Но у большинства птиц (напоминаю, они потомки динозавров) — отличное зрение: они видят в ультрафиолете, а некоторые различают поляризованный свет и даже линии магнитного поля.

Многократная смена зубов — древняя черта, свойственная низшим позвоночным, от примитивных рыб до рептилий. У них закладывается несколько рядов зубных зачатков и на месте утраченного зуба вырастает новый. Но у нас зубы меняются только один раз — можно позавидовать крокодилу или акуле, которые вообще не знают, что такое кариес. Почему мы не можем менять зубы раз в 5–10 лет? Оказалось, что это тоже наше мезозойское наследие: древние млекопитающие были очень маленькими и жили совсем недолго, а значит, им просто не требовался такой запас. Впоследствии они эволюционировали и менялись в размерах, но наличие только одной смены зубов уже зафиксировано в нашем геноме.

Принципиальное отличие слуха млекопитающих от слуха птиц и рептилий — наличие в ухе за барабанной перепонкой трех слуховых косточек. Одна косточка есть и у всех перечисленных немлекопитающих групп — а две остальные «переползли» из челюстного сустава, чтобы млекопитающие могли лучше ориентироваться в ночных лесах. У зверообразных рептилий слух был неважный — чтобы услышать что-то, они клали морду на землю. Сейчас мы можем увидеть процесс эволюции на примере развития человеческого эмбриона: вначале слуховые косточки находятся в челюсти, а потом они передвигаются к уху.

Что интересно, мозг у млекопитающих увеличивался вовсе не для того, чтобы обеспечивать более сложное поведение — этот процесс связан с развитием обоняния, которое было необходимо при ночном образе жизни. В общем, если бы динозавры не вымерли, мы с вами никогда бы не появились на свет. Но теперь мы едим птиц — потомков наших древних врагов, и в этом есть своя ирония.