Последние данные о миллениалах из доклада Бюро трудовой статистики США показали, что типичный 29-летний ненавидит, когда его называют миллениалом, и имеет мало общего с образом «образованного молодого человека, живущего в доме рядом с метро», каким многие его считают. В новом выпуске совместной рубрики с пабликом Newочем «Теории и практики» публикуют перевод материала The Atlantic о том, что представляет из себя обычный человек к 30 годам на самом деле.

Как выглядит среднестатистический жизненный путь американца на пороге тридцатилетия?

Кем бы ни был задан этот вопрос, ответить на него трудно. В особенно сложном положении оказывается центральная пресса — индустрия, ответственная за поиск ответов. Парадокс цифровых медиа заключается в том, что благодаря интернету возможностей распространять материалы у журналистов становится больше, а локаций СМИ — меньше. Работа в онлайн-медиа вроде The Atlantic, BuzzFeed или Gawker стала подразумевать переезд в Нью-Йорк или Вашингтон в пять раз чаще, чем вакансии, связанные с телевидением. Кластеризация становится все более центростремительной: в период с 2004-го по 2014 год доля рабочих мест в сфере СМИ в Лос-Анджелесе, Нью-Йорке и Вашингтоне увеличилась на 60%.

Нетрудно представить, как много недостатков в такой агломерации — к примеру, гораздо меньше внимания уделяется локальным историям. Но существует и менее очевидная проблема: в больших городах у журналистов с хорошим образованием в конечном счете формируется искаженное представление о реальности, «иллюзия большинства», созданная их окружением, которое крайне нерепрезентативно для всей страны. Не будем лукавить, опыт работы репортером в Де-Мойне или в сельской Небраске позволяет получить более полное представление о Де-Мойне или сельской Небраске, но не открывает окно с панорамным видом на общий опыт всех американцев. Все-таки для этого нужно нечто большее — например, общенациональное исследование.

В этом смысле Бюро трудовой статистики очень кстати опубликовало доклад о демографической ситуации среди 29-летних жителей США. Для меня как для 29-летнего экономического обозревателя из Нью-Йорка он стал хорошим ориентиром. Представление о молодых жителях США сейчас искажено: принято считать, что слово «миллениал» — это краткое обозначение молодого человека с высшим образованием, который живет в большом городе. Но мы упускаем из виду некоторые важные детали — например, то, что большинство родившихся в начале 80-х — конце 90-х, во-первых, не имеют высшего образования, во-вторых, не живут в больших городах, и в-третьих, как правило, ненавидят, когда их называют «миллениалами».

Среднестатистический 29-летний не оканчивал четырехгодовую университетскую программу, но начинал учиться в колледже; сменил несколько работ, при этом больше двух — в течение последних трех лет; вряд ли заведет семью, как его родители в этом возрасте, но, скорее всего, с кем-то живет; не похоже, что у него есть собственный дом, как это было бы 15 лет назад, но, несмотря на всю эту историю с модернизацией городов, он предпочитает жить за пределами густонаселенной городской застройки вроде Бруклина или Вашингтона.

Далее представлено еще несколько пунктов из доклада Бюро статистики труда США (и нескольких других аналогичных исследований) о 29-летних:

Образование

Уровень образования 29-летних (ось Y: процент)

Уровень образования 29-летних (ось Y: процент)

У среднестатистического 29-летнего нет высшего образования. На самом деле он окончил «какое-то учебное заведение», но степени бакалавра у него нет. Несмотря на то что почти у трети белых в этой возрастной группе есть диплом, у четырех из пяти афро- и латиноамериканцев его нет. Возможно, самым поразительным в этой статистике оказался огромный разрыв между положением мужчин и женщин на пороге 30 лет. Мужчины-миллениалы зарабатывают больше, чем женщины того же возраста, хотя к 29 годам степень бакалавра есть у каждой третьей женщины и лишь примерно у четверти мужчин.

Работа

Средний доход в 29 лет составляет около $35 тысяч. Разговоры о стабильной карьере для большинства молодых людей ближе к мечтам, чем к реальности. В их случае работа — это чаще всего еще временная работа. До 29 лет средний американец успевает сменить больше семи рабочих мест, на трети из них он задержался не дольше, чем на полгода. Можно предположить, что постоянная смена работы и кратковременные трудоустройства — привычная часть подростковой жизни. Но в период между 25 и 28 годами американцы, независимо от уровня образования, в среднем могут сменить больше двух рабочих мест. Проблема временной занятости хуже сказывается на положении молодежи без высшего образования или диплома колледжа. В основном люди 18–28 лет с неполным средним образованием проводят на одной работе всего шесть месяцев.

Брак

Процент людей в возрасте от 18 до&nbs...

Процент людей в возрасте от 18 до 34 лет, вступивших в брак и имеющих детей

С браком все сложно. С одной стороны, молодые люди вступают в брак и заводят детей позже, чем их родители, либо не делают этого вообще. В 1960 году у 84% людей 25–29 лет уже была семья; к 2010 году — таких только 42%, то есть показатель снизился вдвое. Как показано на графике выше, процент семей с детьми стабильно снижался с 1970-х годов. Но это не значит, что большинство 29-летних одиноки. На самом деле 60% из них либо состоят в браке, либо живут с партнером, либо «сожительствуют в гражданском браке» (20%). Пожалуй, правильнее было бы сказать, что одиночество в этом возрасте стало более распространенным явлением, но быть «привязанным» к кому-то теперь сложнее, особенно для представителей меньшинств. К 29 годам белые люди с высшим образованием более чем в два раза чаще вступают в брак, чем черные, не окончившие колледж.

Количество браков в зависимости от ра...

Количество браков в зависимости от расы и образования (ось Y: процент)

Жилье

Разница в доле владеющих недвижимостью в&n...

Разница в доле владеющих недвижимостью в зависимости от возраста: 2014 против 2001

На рубеже веков не было преувеличением сказать, что типичный 29-летний является домовладельцем, поскольку у 44% представителей этой возрастной группы был свой дом. Но за последние 15 лет такая вероятность снизилась почти для всех групп, как можно увидеть на графике выше. На сегодняшний день собственный дом есть только у 35% 29-летних. Вопреки сложившемуся стереотипу, далеко не все миллениалы ютятся в густонаселенных городских районах. Сочетание низкого уровня доходов и дефицита городского жилья (а также, возможно, стремление к простору и солнцу) вытесняет их на окраины. Как писал Бен Кассельман в статье «FiveThirtyEight», на каждую сотню американцев 25–29 лет, переезжающих в большой город, приходится 124 американца, перебирающихся оттуда в пригород. Окраины могут выглядеть совершенно по-разному, начиная с обособленных замкнутых пространств у съездов с шоссе и заканчивая относительно тесными проходными кварталами. Как минимум можно с уверенностью сказать, что, когда речь заходит о географии, говорить о «типичных» 29-летних вообще не приходится.

Это приводит нас к важному выводу. Журналистам, политикам, да и вообще кому угодно, может быть, удобно иметь точные представления о среднестатистическом опыте определенного поколения в Америке — «средняя величина» упрощает жизнь. Это запоминаемый показатель, или фактоид. Намного важнее учитывать многообразие опыта, обращать внимание на то, что группы вроде «образованных 29-летних», «29-летних горожан» или «29-летних, состоящих в браке» оставляют за бортом больше 60% людей того же возраста. На самом деле не существует никакой нормы, и уж тем более нормой не является образованный молодой человек, живущий рядом с метро.