Анна Кузнецова изучала философию и теологию в Омском госуниверситете, но учеба принесла ей не только знания, но и разочарование. Решив получить профессию, которая позволила бы зарабатывать и общаться с интересными людьми, Анна стала визажистом — и до сих пор любит красить людей. Однако истинное свое призвание она нашла, когда пришла волонтером в избирательный штаб. Научилась отличать политических сторонников от засланных казачков, освоила финансовый учет и сегодня руководит политическими кампаниями, иронично называя себя «электоральным визажистом», — T&P рассказывают ее историю.

В детстве я любила читать, но совсем не умела собирать лего, не понимала, как играть в компьютерные игры, и думала, что девочкам не место в математике — и к старшим классам у меня сложилось представление о себе как о гуманитарии. Поэтому, когда пришло время поступать в университет, я выбирала из гуманитарных специальностей. Самыми интригующими и необычными мне казались философия и теология. Конечно, на мое решение повлиял и юношеский максимализм. В то время как все мои одноклассники поступали на эконом и юрфак (моя мама желала для меня того же), мне хотелось отличаться от остальных и выбрать что-то особенное. Православие и вообще христианство были овеяны неким романтическим флером — и я оказалась на факультете теологии и мировых культур Омского государственного университета им. Достоевского.

В поисках профессии

Основная учебная программа строилась на изучении богословских предметов, причем с очевидным уклоном в православие. Среди наших преподавателей было два действующих служителя церкви; один из них всерьез рассказывал о штрихкодах как о печатях дьявола и давал наставления о воспитании детей: «чадо не возбраняется иногда шлепнуть, чтобы не бесилось» (в то время у меня не было критического взгляда на эти вещи, но сейчас, конечно, я понимаю, что это полная дикость). При этом моими любимыми дисциплинами были история философии и культурология: мне нравилось знакомиться с различными концепциями и теориями и узнавать о том, как со временем менялись представления мыслителей об устройстве мира и развитии культуры.

Но постепенно философия и красивые богословские концепции — теодицеи, учения о Троице, исихазма — оказались вытеснены из учебной программы историей Церкви. А сама система, когда большинство студентов не мотивированы на получение знаний и учатся ради корочки, а преподаватели это понимают, но молча ставят всем зачеты, стала казаться лицемерной. К тому же где-то на третьем курсе я начала понимать, что те карьерные перспективы, которые открываются передо мной с таким образованием (преподавание в воскресной школе или должность в секретариате какой-нибудь епархии), меня не устраивают. Захотелось освоить абсолютно прикладную профессию. Как только у меня появился широкополосный доступ в интернет, я стала интересоваться высокой модой. Тогда на Западе зарождался бьюти-влогинг, я смотрела видео известных визажистов. И, решив получить профессию, которой можно заработать и которая предполагает вращение среди интересных для меня людей, пошла на курсы визажистов и вскоре начала работать в этой сфере. Когда на пятом курсе меня отчислили за незакрытые долги в зимней сессии, я решила, что не хочу восстанавливаться.

Вместо бегства от реальности

Последний год моего обучения как раз совпал с волной протестов после выборов в Государственную думу в 2011 году. До этого момента я не особо интересовалась политикой, но массовые волнения по всей стране привлекли мое внимание, и я начала следить за новостной повесткой. Я стала понимать, что в России огромное количество проблем. А через несколько месяцев в Омске началась подготовка к выборам мэра, и далеко зашедшая шутка о том, что блогер Илья Варламов будет баллотироваться на этот пост, оказалась правдой. Варламов действительно приехал, назначил доверенное лицо и начал сбор подписей, необходимых для регистрации. В кампании принимали участие мои знакомые с философского факультета, и я тоже решила попробовать.

Когда я пришла в предвыборный штаб, там не происходило ровным счетом ничего: за столом сидел один человек, занимавшийся посторонними делами, а рядом с ним стояла клетка с кроликом. Не было команды, которая могла бы нормально все организовать, непонятно было, кому раздали подписные листы и что с ними стало. Я включилась в работу сразу: искала розданные до меня подписные листы через соцсети, приглашала избирателей на встречи, звонила сторонникам, занималась установкой точек сбора подписей. Работала абсолютно бесплатно, сознательно решив быть волонтером (основным источником дохода была работа визажиста). Мы организовывали эти точки, не имея ни малейшего понятия о том, насколько это правильно, законно и что в случае чего говорить полиции. В Омске был апрель: дули ветра, шли ливни, все конструкции падали, ничего никуда не ехало.

Чуть позже в штабе появился Максим Кац; в течение нескольких дней он наблюдал за нашей работой. Потом оказалось, что среди собранных подписей было много «рисованных», сроки поджимали, стало понятно, что реальные подписи имеющимися ресурсами никак не собрать, поэтому проект было решено закрыть. Но Кац предложил мне работу в Москве в его с Варламовым организации «Городские проекты».

У меня была запланирована свадьба, я сказала, что могу приехать в июле, на что получила ответ, что они запускают проект и «надо максимум на этой неделе», быстро все обсудила с будущим мужем, согласилась — и через несколько дней уже была в Москве.

В «Городских проектах» я поработала менеджером пару месяцев, поняла, что урбанистика мне не близка, и ушла — но догадывалась, что сотрудничество с командой Каца на этом не закончится. В 2013 году он пригласил меня работать на мэрскую кампанию Навального — я начинала с должности штабного офис-менеджера, но в ходе кампании мне доверили руководство отделом встреч с избирателями и отделом кубов. Я отвечала за часть оборудования: для каждой встречи было необходимо собрать и разобрать сцену, привезти генераторы, стулья, микрофоны, шарики и красиво все оформить. Тогда я не умела и не знала ничего, понятия не имела, как делать ивенты, не понимала, как это все работает. Приходилось учиться всему в процессе и не тратить время на лишние размышления. В короткий срок узнала, например, сколько стоит солярка для генератора и что такое плоттерная резка.

Первые несколько лет жизни в Москве я совмещала две сферы деятельности: большую часть времени работала визажистом, а несколько месяцев в году посвящала менеджменту политических кампаний, куда меня приглашал Кац. В 2016-м на кампании Гудкова я стала заместителем начальника штаба и решила, что ничем другим заниматься больше не буду. Как визажист я могла бы дорасти до менеджера магазина MAC, потом стала бы мейкап-тренером — но эта работа казалась мне своего рода бегством от серьезной жизни. Оказавшись на должности заместителя начальника избирательного штаба, я поняла, что пора взрослеть, брать на себя большую ответственность — к тому же эта работа хорошо мне удавалась.

Нет времени объяснять

Во время учебы в университете я постоянно участвовала в разного рода командных активностях: играла в КВН, выступала на мероприятиях, организовывала праздники на факультете, была старостой группы. Когда начиналась моя карьера визажиста, я нашла в Омске модельное агентство, написала туда, меня взяли на работу — я сразу со всеми познакомилась. В любой группе людей меня сильнее всех слышно, я громче всех возмущаюсь и могу организовать людей для общего дела. Благодаря этим soft skills — умению договариваться, слушать других и делать так, чтобы слышали меня, анализировать и быстро реагировать — я смогла добиться первых результатов, работая в политических кампаниях. Но знаний поначалу не хватало: я не понимала, как составить табличку, что написать в договоре, какой должна быть приемлемая цена аренды оборудования, как организовать процессы эффективно. На одном из первых собеседований, которые я проводила, я что-то сказала человеку о причинах, по которым он не подходит для работы, его это очень задело, он начал спорить, было неприятно нам обоим.

В ситуациях, когда у меня был минимум информации и времени, первое, что мне приходилось делать, — находить людей, которые лучше разбираются в нужном вопросе, а главное, готовы помочь консультациями

(мне повезло: во время кампаний меня всегда окружали профессиональные люди с разнообразным опытом). Когда передо мной стоит совершенно новая задача или предстоит работа в новой для меня сфере, я обращаюсь к теории. Так случилось, когда передо мной поставили новую задачу — контроль финансовых потоков на кампании 2017 года. Тогда я прослушала курс онлайн-университета для финансовых консультантов «Финолог», посмотрела много тематических видео на YouTube. Когда появляется время, я хожу на обучающие тренинги — например, была на семинарах бизнес-консультанта Алекса Найкина «ДНК результативности». Параллельно читаю популярную бизнес-литературу о том, как делать проекты в условиях высокого эмоционального напряжения, и изучаю английский. В книге датского психолога Свена Бринкмана «Конец эпохи self-help» я прочитала важную мысль о том, что постоянные попытки себя улучшить и получить как можно больше знаний на самом деле приводят к тревоге и депрессии из-за несоответствия идеальному образу. Мне близка эта позиция, и в последнее время я ставлю на первое место свое эстетическое удовольствие — читаю больше художественной литературы и смотрю кино.

Хотела бы я получить еще одно образование? Не исключено. Но это точно не будет классический российский университет, где преподаватели читают одни и те же лекции из года в год. Мне очень нравится подход, который применяется в MBA, когда немалая часть программы посвящена развитию лидерских качеств и тому, как строить взаимоотношения в команде, а студентов не заставляют потреблять огромные блоки информации, а учат ее искать самостоятельно. Думаю, что такое образование было бы очень полезным для развития моей карьеры.

Сделать из хорошего человека профессионала

Для ведения политических кампаний всегда требуется большое количество сотрудников, поэтому мне пришлось разобраться в найме и управлении персоналом. Почти всему меня научила знакомая из штаба, профессиональный HR. Мы проводили совместные собеседования, я наблюдала за ее работой и задавала вопросы (как выявить лидера, найти человека, который не будет бояться общения с незнакомцами). Она рассказала, какие задания давать соискателям и как фиксировать нужную информацию о кандидатах во время групповых собеседований. За последние три года я провела более сотни групповых и персональных собеседований, пообщалась примерно с тысячей соискателей. Конечно, профессиональным рекрутером меня назвать нельзя, но я умею отбирать людей под наши задачи и дальше с ними работать.

На собеседованиях я обращаю внимание на две вещи. Во-первых, мне важно понять, является ли человек нашим сторонником: мы работаем в довольно специфическом сегменте, и нам важно, чтобы с нами были только те люди, которые разделяют наши политические взгляды. Во-вторых — определить, насколько человеку комфортно общаться, насколько легко он может начинать разговор, поднимать неудобные вопросы, завоевывать доверие незнакомого собеседника. У меня есть несколько заданий, которые я даю — и дальше смотрю, как люди себя ведут, насколько они проявляют свое лидерство, не пасуют ли перед сложностями.

Понимание главных менеджерских приемов пришло с опытом: нужно назначать ответственных, уметь делегировать полномочия, придумывать какие-то метрики продуктивности.

Самое главное, что я усвоила за годы своей карьеры, — управление должно строиться на принципах меритократии. Это когда твой результат гораздо важнее того, кто ты.

Если 18-летний студент делает что-то лучше тебя, несмотря на твое образование и статус, то он станет руководителем отдела (такие случаи у нас бывали не раз). Меня научил этому Максим Кац — в свое время он сделал на меня ставку, так как увидел, что из меня может получиться хороший специалист. Говорят, что лучше из хорошего человека вырастить профессионала, чем из профессионала пытаться сделать хорошего человека, — это как раз мой случай.

Электоральный визажист

Своим главным профессиональным достижением я считаю прошлогоднюю кампанию «Объединенных демократов» Дмитрия Гудкова и Максима Каца. В ней я целиком руководила всеми процессами — была начальником штаба и финансовым директором. Если в школе работа с любыми цифрами вызывала у меня панику, а во время первой кампании я не умела даже толком делать таблицы в Excel, то теперь под моим управлением находился огромный бюджет: нужно было следить за всеми расходами, планировать на будущее, вовремя подавать сигналы отделу фандрайзинга о том, что требуются деньги, и в конце остаться без долгов. Если бы мне тогда сказали, что через несколько лет я буду отвечать за финансы в таком серьезном проекте, то ни за что не поверила бы. Было сложно, но я справилась.

На оппозиционных кампаниях много не заработаешь, но я своим доходом довольна, у меня стандартная зарплата управленца. Для того чтобы зарабатывать много в сфере макияжа, нужно очень много работать: помимо творчества и красоты, это еще и тяжелый физический труд. Хотя иногда скучаю по работе визажиста — хочется своими руками создавать красоту, и, если сейчас кого-то крашу, всегда испытываю радость. Я люблю рассказывать о своей карьере с небольшой долей иронии: называю себя богословом-визажистом-политтехнологом, а в твиттере подписана как «электоральный визажист».

Где можно учиться по теме #политика