40% всех мировых языков находятся под угрозой исчезновения. Владеть локальным языком многим носителям кажется бессмысленным. Однако лингвисты продолжают находить новые языки — например, в Австралии и на Малайском полуострове. Ученые полагают, что их изучение может стать ключом к сохранению старых локальных языков. The Atlantic разбирается, как новые языки помогут сохранить культуру, фольклор и даже научные инновации плохо изученных регионов, — T&P публикуют перевод.

Язык молодых

В начале 2000-х Кармель О’Шеннасси работала учителем в пустынном городе Лайаману в Австралии. Она учила детей народности вальбири, обитающей на севере страны. Вальбири известны тем, что занимаются сельским хозяйством на почти непригодной для этого почве. Вскоре О’Шеннасси обнаружила еще одну особенность этого народа — богатство языка.

Жители Лайаману чаще всего говорят либо по-английски, либо на языке вальбири, либо на их смеси — креоле. Но О’Шеннасси заметила, что дети используют языковые обороты, отличающиеся от тех, что употребляют взрослые. Она записывала детские разговоры на диктофон и пыталась расшифровать их. Затем сделала сборник иллюстрированных историй о собаке, которая спасается от монстра, и попросила детей описать, что происходит на картинках.

Дети использовали грамматику вальбири, глаголы из креоля, а существительные — из вальбири, креоля и английского. Кроме того, они создавали совершенно новые языковые правила, например использовали суффикс «-м» для обозначения событий в прошлом и настоящем, но не в будущем. Этот обычай не присутствовал ни в одном из известных языков, говорит О’Шеннасси: «Удивительно то, что новая языковая система возникла сама по себе».

Медиа широко осветили открытие О’Шеннасси, назвав новый язык «упрощенным вальбири». Но это открытие не единичный случай. За последние 10 лет лингвисты и антропологи в разных частях мира описали несколько новых языков: джедек в Малайзии, коро ака в Северной Индии и зиало в Гвинее.

Изучение новых диалектов помогает понять, как языки развиваются и сохраняются. Это особенно актуально, учитывая, что более 40% из примерно 6 тысяч языков мира находятся под угрозой исчезновения.

Рождение нового языка

Молодые языки вроде упрощенного вальбири возникают из водоворота более старых там, где смешиваются разные культуры. После того как британские поселенцы прибыли в Северную Австралию в XIX веке, коренные жители начали использовать английский, креоль и легко переключаться между разными языками.

Это повлияло на возникновение упрощенного вальбири в 1970–80-х годах. О’Шеннасси отмечает, что взрослые разговаривали с детьми на вальбири, но вставляли глаголы и местоимения из английского и креоля. Так дети стали воспринимать смешение слов не как сочетание разных систем, а как один цельный язык.

Обычно, как уточняет О’Шеннасси, носители молодого языка используют старые словоформы, но вносят в них изменения: «Поскольку все они говорят друг с другом, новый шаблон быстро закрепляется в повседневной речи».

Так же возник язык джедек на Малайском полуострове. Лингвисты из Лундского университета впервые обнаружили его в начале 2000-х годов. Грамматика джедека не похожа на устройство других языков региона; кроме того, в нем присутствует звук [р], которого нет в местном языке джахай. Для деревни, где говорят на джедеке, очень важны сотрудничество и обмен, поэтому в языке много слов, описывающих коллективное владение, и мало способов рассказать о частной собственности.

Новое — забытое старое

Некоторые из недавно открытых языков имеют очень глубокие корни. Около 10 лет назад в отдаленном регионе Северной Индии лингвист Дэвид Харрисон и его исследовательская группа из Суортмор-колледжа в США обнаружили язык коро ака. Харрисон не знает, когда точно возник коро ака, но полагает, что он мог существовать многие века.

Интересно, что все носители коро ака (около тысячи человек) одновременно говорят и на другом языке — хрусо ака. «Население коро ака входит в бóльшую популяцию носителей хрусо. Это обычное явление, когда люди переключаются на язык большинства», — говорит Харрисон. К тому же коро ака не похож на языки, на которых говорят в близлежащих деревнях. Несмотря на это, коро ака продолжал объединять небольшую популяцию с общей идентичностью.

Ключ к выживанию

Антрополог Гвинейра Исаак, директор программы восстановления языков Смитсоновского института, считает, что возродить исчезающий язык могут культурные практики. Она поняла это после встречи с канадцем, который нашел старые инструменты для приготовления кленового сиропа, принадлежавшие его племени, и снял серию роликов, используя фразы из исчезающего языка анишинаабе (самоназвание группы крупных индейских племен Канады и США. — Gрим. T&P). Молодые люди из его общины, смотря эти видео, не только слышат язык, но и встречаются со своим культурным наследием. «Это маленькое открытие обернулось сохранением коллективного знания, которое лежит в основе языка», — говорит Исаак.

Когда молодежь перестает использовать язык, перспективы его сохранения резко сокращаются. Например, коро ака уже находится под угрозой вымирания: носителей моложе 20 лет всего несколько человек. Несмотря на это, некоторые из них ведут доблестную борьбу за сохранение языка.

Хип-хоп на коро ака — попытка носителей исчезающего языка сохранить его. Запись сделана Дэвидом Харрисоном для проекта National Geographic «Enduring Voices».

Где можно учиться по теме #лингвистика

Читайте нас в Facebook, VK, Twitter, Instagram, Telegram (@tandp_ru) и Яндекс.Дзен.