Ежегодно в апреле тысячи людей по всему миру садятся за парты, достают листочки и пишут «Тотальный диктант» по русскому языку. Текст диктанта готовит известный писатель, а проверкой работ занимаются эксперты-филологи. Акция проходит на самых разных площадках — от Международной космической станции до исправительных колоний, — но везде следует принципу добровольности, потому что не терпит обязаловки. О том, как был придуман «Тотальный диктант», как он зарабатывает и почему не проходит в школах, — в рассказе руководителя проекта Ольги Ребковец.

Каждый год во время дней гуманитарного факультета Новосибирского госуниверситета студенческий «Глум-клуб» (изначально он был «Гум-клубом», но потом превратился в «Глум») устраивал разные забавы — например, проводил конкурс душевого пения: участники в купальниках и с мочалками заходили в обычный душ на первом этаже общаги, вставали под струю воды, пели песни, а в коридоре авторитетное жюри ставило оценки и определяло победителя. Но однажды в деканате сказали: «Ребята, все это прикольно, но давайте что-нибудь будет про гуманитарный факультет». И участники «Глум-клуба» — Илья Стахеев, Иван Дедов, Екатерина Косых, Илья Денисов, Константин Пономарев — решили провести диктант.

Диктант был создан как вызов физикам, математикам и представителям других специальностей: пусть вспомнят, как ручку в руке держать и как буквы правильно писать. Первым текстом стал отрывок из «Войны и мира». Первым «диктатором» (шутку придумали в «Глум-клубе», и она прижилась) — преподаватель истории Сергей Куликов. Он был звездой университета, его обожали все студенты — и гуманитарных, и негуманитарных специальностей. Акцию он превратил в настоящее шоу.

После диктанта в «ленинской комнате» общежития, где проводил встречи «Глум-клуб», филологи всю ночь проверяли работы. Никаких единых критериев проверки не было, текст сличали с эталоном, предложенным в сборнике диктантов. Оценки публиковались так: на кафедре список с фамилиями тех, кто получил от пятерки до тройки, с припиской: если у вас два, то в списке вас нет, не расстраивайтесь и приходите еще! Уже тогда была заложена идея, что

мы не стремимся опозорить тех, у кого двойки, а хотим мотивировать людей к обучению и поощрять самых грамотных.

Тогда не было даже мысли, что акция когда-нибудь может пересечь пределы университета. Но сразу были заложены те идеи и принципы, которые мы в «Тотальном диктанте» продолжаем продвигать, — добровольности, анонимности, вызова самому себе. Диктант — это в первую очередь яркое событие, которое должно принести удовольствие.

Что такое «Тотальный диктант»

Ежегодная просветительская акция в форме добровольного диктанта для всех желающих. Это общественный проект, который проводится силами активистов и волонтеров. Организатор акции — фонд «Тотальный диктант» (Новосибирск). Текст диктанта каждый год специально для акции создает известный писатель. Участвовать в «Тотальном диктанте» может любой желающий, независимо от возраста, пола, образования, вероисповедания, профессии, семейного положения, интересов и политических взглядов. Подробнее о принципах «Тотального диктанта».

Звездный диктатор

На первый диктант пришли, по разным версиям, от 120 до 150 человек — я это связываю с тем, что почти все, кто проводил диктант, тогда работали в журналистике и PR, поэтому с самого начала грамотно организовали продвижение акции: составили и разослали пресс-релиз и официальные приглашения, сделали афиши.

Следующие несколько лет «Тотальный диктант» пробовал разные форматы. В 2006 году Илья Стахеев, один из основателей акции и тысячник в ЖЖ, написал текст диктанта на «олбанском» языке — тогда это было модно и тоже стало своеобразным информационным поводом. А в 2009 году мы подумали, что нужно пригласить звезду — может быть, из Москвы. Додумались до Псоя Короленко. У нас не было никаких ресурсов, но сработала теория шести рукопожатий: снова помог Илья Стахеев. Он договорился с Короленко, я выпросила у деканата денег ему на билеты из Москвы, и Псой приехал. Мы написали пресс-релиз, мол, «Звезда из Москвы приезжает диктовать „Тотальный диктант“». В итоге новость о диктанте попала даже в газетки, которые раскладывают бесплатно в почтовые ящики. Пришли 650 человек.

В 2010 году мы уже планировали диктант на весь Новосибирск, но понимали, что на десять Псоев Короленко деканат денег не даст. Тогда появилась идея: что, если знаменитость не продиктует, а специально напишет текст? Еще одна причина, по которой мы решили привлечь автора, — это распространение гаджетов с выходом в интернет. Один из участников предыдущего диктанта просто списал текст, не обратив внимания на то, что одно предложение мы из него исключили. Мы решили, что не хотим каждый раз догадываться — человек сам так написал или просто дружит с гуглом.

Мы не нашли никого меньше, чем Борис Стругацкий. Помог новосибирский писатель-фантаст Геннадий Прашкевич, который тесно работал со Стругацкими: по нашей просьбе он обратился к Борису Натановичу, и тот не отказал.

Фан и экспертиза

Те 650 работ, написанных под диктовку Псоя Короленко, были проверены буквально на коленках — когда мы в машине везли Псоя в аэропорт. Что-то было проверено некорректно. Одна из участниц акции, дочь заведующей кафедрой общего и русского языкознания НГУ, принесла ей этот диктант, проверенный абы как. И тогда филологи университета решили не оставаться в стороне от акции и взять на себя ответственность за экспертную составляющую. В 2010 году у акции появился Экспертный совет, а у участников — возможность приходить на апелляции и на разборы работ. В 2011-м мы начали делать курсы по подготовке к диктанту.

Когда в проект пришли филологи, он встал на обе ноги. Мы, студенты, «продаем» акцию как фан, информационно сопровождаем, придумываем крутые фишки, а мощные эксперты делают так, чтобы люди могли подготовиться к диктанту, а организаторы — поручиться за результат. Людям важно качество.

Вокруг акции началась вдумчивая методическая и научная работа. Когда мы начали делать конференцию «Тотального диктанта», у меня была установка на то, чтобы это стало самым крутым филологическим мероприятием, самой крутой филологической тусовкой в России. В 2013 году это было мероприятие на 35 человек, а сейчас это конференция, на которой проходит заседание Орфографической комиссии РАН. К каждой конференции мы готовим сборник научных трудов (часть статей сделана непосредственно на материалах «Тотального диктанта»), он называется «#Тотсборник», и это, наверное, первый научный сборник, который начинается с хэштега. Кроме того, это, наверное, единственная конференция, которая заканчивается рок-концертом.

Глоток свободы для тюрьмы и школы

В 2010-м диктант прошел по всему Новосибирску, и, главное, мы попали в федеральные сюжеты. После этого начали поступать запросы из других городов, потому что люди узнали о диктанте на уровне России. Постепенно к «Тотальному диктанту» присоединялись новые площадки, города и страны: так, в 2019 году акция прошла в 81 стране с 236 тысячами участников. Сейчас

сложно найти площадку, где бы еще не писали диктант: писали на Международной космической станции, в Кунгурской пещере, в Антарктиде на полярной станции, дайверы в Карелии писали «Тотальный диктант» под водой.

Пишут в самолетах и на ходу троллейбуса.

Тюрьмы, СИЗО, исправительные учреждения — тоже традиционные площадки, где очень хороший отклик. Пока мы не можем наладить контакт только с армией: как ни странно, соблюсти принцип добровольности там сложнее, чем в тюрьме. В армии нет типов активности, которые предполагают личный выбор и личную свободу, а в колониях есть занятия по русскому языку, и те, кто на них ходит, могут писать диктант. В Нижегородской области в женской колонии был диктант, и одна участница написала стихи для Павла Басинского, который был автором текста в этом году, — там просто слеза, хорошие стихи про чувства. В Новосибирске многолетней площадкой диктанта является наркологический диспансер. К нам обратился его главный врач: мол, хотим у себя диктант провести; мы указали на принцип добровольности, но он опросил пациентов — оказалось, около 20 желающих и персонал. Уже много лет они каждый год проводят диктант.

А со школами мы не ведем системной работы, не считаем школьников своей основной целевой аудиторией, потому что диктант для них — это оскомина, дрожь в коленках и никакого позитива. Учителя, в свою очередь, боятся уронить показатели. Очень долго пришлось работать, чтобы объяснить:

не надо никого специально приводить, не надо никого заставлять, пускай все будет от души.

Сейчас эта система устаканилась, и проводят диктант у себя в школе только те, кто очень хочет и понимает все принципы. Многие школьники сейчас даже воспринимают «Тотальный диктант» как большой спорт: в школе обычные диктанты, а я пойду, как взрослый, напишу «Тотальный». Периодически бывают перегибы: например, недавно на форуме в Петербурге одна школьница мне рассказала, что у них диктант хотят сделать обязательным для всей школы и выставлять оценки в журнал. Я всегда прошу писать мне, если вдруг такое происходит. Такого быть не должно.

«Тотальный диктант» как проект

В 2010 году мы делали диктант командой друзей, и так бы все и оставалось, но стало ясно, что масштабы акции растут. Поэтому были зарегистрированы торговый знак «Тотальный диктант» и Фонд поддержки языковой культуры граждан «Тотальный диктант», который и занимается организацией акции сейчас. Это формальный инструмент и наша гарантия безопасности.

Сейчас фонд — это организация, на которую мы получаем гранты, которая заключает соглашения с партнерами и с нашими городскими координаторами. Люди, которые в городах делают «Тотальный диктант», — волонтеры и общественники. Они молодцы, но мы с ними заключаем соглашение, где прописываем основные принципы и условия нашего взаимодействия.

Долгое время диктантом управляли один-два человека, но с 2017 года появился штаб «Тотального диктанта», высший исполнительный орган. Сейчас в нем 10 человек, которые живут во Владивостоке, Челябинске, Новосибирске, Страсбурге, Москве и Таллине, за каждым закреплено какое-то направление. Например, Зоя из Челябинска занимается IT, Слава из Владивостока — корпоративными площадками и курсами.

Ни для кого из этих людей «Тотальный диктант» не является единственным местом работы. Есть текучка. Люди уходят, потому что в активные месяцы на пике иногда можно выгореть и это точно отличается от работы в офисе с десяти до шести. Судя по опыту, два-три года в таком режиме — это хороший средний показатель для члена штаба.

Кроме того, остаются филологи Экспертного совета «Тотального диктанта»: из Новосибирска, Иркутска, Владивостока, Тюмени, Ростова-на-Дону, Петербурга, Москвы. Они занимаются всей предварительной работой: текст, его подготовка, комментарии, подробные критерии оценивания.

Как заработать на орфографических ошибках

Сейчас у диктанта появляется коммерческая сторона. Мы запустили серию книг: ежедневник с блоком правил для деловой переписки, хрестоматия «Тотального диктанта», сборник текстов разных лет. Есть онлайн-курс «Никогда не пиши „ни когда“» — там общие моменты по орфографии и пунктуации. В следующем году мы запустим тестовую версию онлайн-курса по бизнес-русскому, он будет и B2B, и B2C. Уже сейчас делаем корпоративные программы по русскому языку для компаний, отвечая на те боли, которые есть в этих компаниях. Делаем диктанты как мероприятия: например, в прошлом году организовали диктант для «Вымпелкома». Текст написал и продиктовал Александр Цыпкин, была трансляция на пять городов, все желающие сотрудники могли присоединиться.

Замысел этой коммерческой деятельности в том, чтобы меньше зависеть от грантов и спонсоров, иметь стабильное финансирование. Пока мы больше вкладываем, чем получаем, но в будущем хотим третий сегмент финансирования, который обеспечит стабильное существование диктанта. Мы прекрасно понимаем, что президентский грант может кончиться в любой момент.

«Тотальное путешествие»

Раньше каждый год автор приезжал в Новосибирск и в НГУ диктовал текст, но в 2018 году мы в качестве одной из возможностей развития акции в других городах решили сделать статус столицы диктанта и разыгрывать его. Пятерка городов, победивших в народном голосовании, выходит в финал, и жюри выбирает победителя. Тогда в следующем году автор текста акции приезжает уже туда.

Первой «новой» столицей акции стал Владивосток, и на афтепати родилась авантюра — сделать туда автопробег из Новосибирска. Мы проехали 6300 км. А в этом году столицей стал Таллин — до него от Владивостока 13 007 км. Мы ехали на газелях 29 дней через 28 городов. В каждом городе были стоянки. Мы на улицах людей спрашивали: «А вы знаете, как правильно писать такое-то слово?», давали выполнять упражнения из ежедневника. С нами ехали четверо писателей, которые про это путешествие написали книжку.

«Тотальное путешествие» — это большая агитационная, просветительская кампания. В следующем году поедем из Таллина в очередную столицу — 1 февраля узнаем, куда же именно.

Интервью провели Ксения Романенко, Александра Евтушенко, Мария Багина, Алиса Артемьева — руководитель и участницы студенческой экспедиции «Советская утопия: высшее образование и наука в Новосибирском Академгородке», организованная лабораторией «Развитие университетов» НИУ ВШЭ в рамках программы студенческих экспедиций «Открываем Россию заново».